У впечатлительной мадемуазели Греты поводы для волнений находились всегда. Даже капризы погоды порой доводили ее до исступления: едва небо затягивалось тучами, Грета впадала в панику, рисуя в воображении крах всех своих планов.
Но настоящая катастрофа наступала, если занемогала ее обожаемая кошка Кики. Мадемуазель лишалась сна и покоя, штурмуя ветеринарные клиники, ведь каждый чих питомицы казался ей предвестником конца.
В одну прекрасную солнечную субботу Грета решила отправиться на рынок. На ней было воздушное платье с открытыми плечами, украшенное воланами и принтом из сказочных принцев на белых конях. Образ дополняли широкополая шляпа с нежными искусственными цветами на розовой ленте и бежевые кроссовки с яркими акцентами, добавлявшие наряду игривости. В руках мадемуазель сжимала плетеную корзинку, готовую к рыночным сокровищам.
Гардероб Греты не безмолвствовал.
– Эй, Грета! – зашептало платье легким, кокетливым голосом. – Посмотри, сколько здесь всего! Надеюсь, ты не ограничишься скучной морковкой?
– Вот-вот! Выбирай что-нибудь под стать мне – эффектное и красивое! – самовлюбленно подхватила шляпа. – Может, клубнику? Я ее обожаю!
Кроссовки не остались в стороне и заговорщицки подмигнули:
– А мы бы предпочли что-то покалорийнее! Как насчет марш-броска к ларьку с пирожками? Мы слышали, там есть отменные, с мясом!
– Вечно вы о еде! – рассмеялось платье. – Мы здесь по делу, а не ради чревоугодия.
– Чем больше Грета съест, тем больше ей придется бегать, – парировали кроссовки. – Логика проста: бег сжигает калории, а мы рождены для движения!
– Ох, – прибавила шляпа со вздохом, – ты просто не понимаешь, дорогая ткань. Жизнь коротка, особенно у аксессуаров. Нужно радоваться моменту!
– Да-да! – восторженно возопили кроссовки, подпрыгивая на месте. – Давай, Греточка, жми к жареным пирожкам! Мы в предвкушении!
– Не слушай их, дорогая, – недовольно проворчало платье, расправляя складки. – Ступай медленно и величаво, как подобает леди. И, ради бога, не запачкай меня!
– Платье, на тебе же такой романтичный сюжет: принцы, кони! – весело прыснула шляпа, колыша своими искусственными лепестками. – Ты просто обязано быть готово к приключениям! Грета, решайся! Я буду твоим верным компасом, а кроссовки – резвыми ногами. Вместе мы покорим этот рынок!
Пока наряд увлеченно спорил о меню грядущего обеда, впечатлительная мадемуазель лишь пересекла порог рынка. Путь ее пролегал через цветочные ряды, где бутоны распускались, точно юные дебютантки на первом балу. Грете казалось, будто она очутилась в зрительном зале на утреннем спектакле: яркие тюльпаны, словно нарядные дамы, кокетливо стреляли глазами в прохожих, а бархатные розы – эти неисправимые старые романтики – шептали истории о вечной любви.
Воздух здесь был напоен ароматом настолько густым и сладким, что он окутывал плечи, точно нежная шаль. Продавцы, подобно искусным ловцам душ, перехватывали взгляды покупателей.
– Возьмите этот букет, мадемуазель! Он не для глаз, он для души! – воскликнул один из них, подмигивая так многозначительно, будто знал сокровенную тайну каждого лепестка.
Толпа прохожих, подобно пчелиному рою, жужжала у прилавков. Кто-то склонялся над целомудренными лилиями, а кто-то, подобно искателю приключений в джунглях, отважно погружался в заросли экзотических растений.
– Эти орхидеи – сущие дивы, они требуют не просто ухода, а поклонения! – вещал торговец, и в его голосе слышалась целая жизненная философия.
Один из продавцов – юноша редкой красоты и обаяния – ослепительно улыбнулся Грете, предлагая охапку роз. Наша героиня, как известно, не мыслила жизни без цветов, но была верна своим привычкам и обычно делала такие покупки в другом месте. Однако перед напором юности и грации она почти мгновенно капитулировала.
Мадемуазель уже была готова сокрушенно вздохнуть и принять букет, но, подойдя ближе, внезапно замерла. Ее взору предстало нечто невообразимое: руки красавца-продавца были облачены в чудовищно грязные перчатки.
– О господи! – вскричала Грета, картинно прижав руку к груди. Лицо ее исказилось в гримасе искреннего ужаса. – Как вы можете прикасаться к прекрасному в этих замаранных обносках? Это же катастрофа! Я же могу подхватить какую-нибудь заразу!
Она не верила своим глазам: на перчатках явственно читались следы сырой земли и подозрительные пятна. Грета чувствовала, как к горлу подкатывает привычная волна истерики. Продавец, впрочем, не растерялся и сохранил обезоруживающее дружелюбие.
– Мадемуазель, заклинаю вас, не тревожьтесь! – поспешил успокоить ее он. – Я просто только что закончил полив. Мои подопечные просто обожают воду!
Он говорил с невозмутимой уверенностью, но впечатлительная Грета была непреклонна и сурова, точно старая дева, охраняющая свои принципы. Она-то знала: цветы, переполненные влагой, коварны. Для нее это не просто капли воды, а неминуемая аллергическая реакция. А к вопросам здоровья мадемуазель относилась со всей серьезностью, на какую только была способна ее мятущаяся душа.
Оставив позади коварные цветочные ряды, мадемуазель Грета попыталась восстановить душевное равновесие. Однако мысли о «мокрых» розах не давали ей покоя: она уже явственно ощущала предательский зуд в носу, хотя здравый смысл шептал, что это лишь плод ее чрезмерного воображения.
Но вот началось царство фруктов. Плоды здесь не просто лежали на прилавках – они завуалированно намекали на свои прелести. Глянцевые бока апельсинов и бархатистая кожа персиков будили в мыслях образы томных летних вечеров, наполненных беззаботным смехом и легким флиртом.
Среди этого изобилия Грета приметила старушку с корзиной свежей зелени. Похожая на мудрую лесную фею, та предлагала прохожим не просто пучки трав, а кулинарные секреты.
– Помните, милочка: зелень – это не только польза, это душа любого блюда! – прошамкала она, и в ее глазах блеснул озорной, почти колдовской огонек.
Вскоре внимание мадемуазели переключилось на тропические фрукты. Яркие краски и причудливые формы заморских плодов манили ее, точно огни маяка. Заметив крупное, налившееся соком манго, Грета не смогла сдержать восторженного вздоха:
– Боже, манго! Я слышала, они бывают невыносимо сладкими… и даже, я бы сказала, соблазнительными!
Молодой и весьма привлекательный продавец, услышав это восклицание, рассыпался в заразительном смехе.
– О да, мадемуазель, – подхватил он, играя интонациями, – манго – это и сладость, и чистое наслаждение. Два в одном. Не желаете ли убедиться лично?
Предложение звучало более чем заманчиво. Грета на мгновение замерла. «Мущина – он ведь как фрукт, – пронеслось в ее мятущейся голове. – Сначала жаждешь этой сладости, а потом становится слишком приторно». Погрузившись в глубокие раздумья о последствиях такого гастрономического (и не только) риска, она наконец пролепетала:
– О, я даже не знаю… А это… это безопасно?
Ее одолевали сомнения, но любопытство, как всегда, одержало верх. Набравшись решимости, она наблюдала, как торговец ловким, отточенным движением нарезает манго. С трепетом мадемуазель приняла из его рук яркий ломтик. Стоило ей прикрыть глаза и откусить кусочек, как мир вокруг преобразился.
Сладчайший сок пролился на губы, и воображение мгновенно унесло Грету в сказочное королевство. Перед глазами заплясали дивные краски, зазвучала незримая музыка, а будничная суета рынка сменилась волшебством.
– Господи, это так… так романтично! – выдохнула она, не открывая глаз. – Этот вкус… он напоминает мне о моем будущем первом поцелуе!
Впечатлительную Грету захлестнула фантазия столь реалистичная, что она почти физически ощутила вкус грядущего. Реальность рынка растаяла, и мадемуазель очутилась в сумерках вечернего сада. Вокруг царила заговорщицкая тишина, лишь густой аромат жасмина переплетался с едва уловимым шепотом ветра.
Она затаила дыхание, желая до капли испить этот миг – свой первый, идеальный поцелуй. Сердце пустилось вскачь, когда воображаемое тепло чужих губ коснулось ее собственных, нежно, словно искрящиеся капли росы. Мир исчез. Остались лишь она и ее мечта. Дыхание невидимого партнера щекотало лицо, вызывая сладостный трепет, а его пальцы, осторожно скользя по запястью, чертили невидимые линии страсти.
Грета чувствовала: они одни в этом мире, где каждый взгляд – обещание, а каждое прикосновение наэлектризовано ожиданием. Сладость манго разожгла в ее душе огонь, который невозможно было игнорировать. Он разгорался все ярче, пульсируя в такт ударам сердца.
Но вдруг этот полет грез прервала коварная мысль. Грету буквально пронзило осознание: ее упоение сочным плодом со стороны может выглядеть... чересчур вольно, если не сказать – развратно!
– О нет, я не могу! – вскричала она, в панике отодвигая от себя недоеденный ломтик. – Моя репутация! Она может пострадать!
Торговец, чьи глаза искрились неприкрытым весельем, лишь добродушно рассмеялся.
– Мадемуазель, – бросил он ей вслед, словно вызов, – порой стоит рискнуть всем ради мгновения чистого наслаждения!
Густо покраснев, Грета поспешно отступила от прилавка, хотя и не удержалась от прощального, полного тоски взгляда на аппетитное манго.
В глубокой задумчивости, мадемуазель приобрела два килограмма морковки и направилась к дому. По пути она рассуждала о том, что жизнь все-таки полна сюрпризов.
Да, маленькие радости порой вызывают у нее истерику, но ведь это не так уж и страшно. Быть может, иногда стоит позволять себе капельку сладости? И касается это не только десертов, но и самой любви. В конце концов, именно из таких мимолетных удовольствий и складывается то, что люди называют счастьем.
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь, уважаемые читатели. На нашем канале на Дзене вас ждут новые главы о приключениях впечатлительной Греты.