Анечку, дочку, сразу же удалось пристроить в первую младшую группу, несколько дней я забирала её до обеда, беспокоясь, как она там, но девочка повела себя активно, шустро и любознательно, и легко освоилась.
Стала думать, куда бы устроиться работать мне? Медиком устроиться было бы нетрудно, но я сразу отсекла этот вариант: что не мое, то не моё. Решила посоветоваться с мамой.
- Не хочешь в ателье пойти? Швеей? – Спросила мама, - я заведующую хорошо знаю, она жена отцовского командира.
Я загорелась. Шить всегда любила, а уж сшить себе что-то сверхмодное, чтобы ни у кого такого не было – это, вообще, высший пилотаж!
- Мам, а что, если мне на закройщицу выучиться?
- Вот с ней и посоветуешься. Дамы к ней в очередь выстраиваются на пошив: у нее вкус отменный, и для них кроит именно она. Людмила Викторовна, дама, конечно, высокомерная, но дело свое хорошо знает. Да и сама – одета с иголочки, холеная – глаз не отвести. Так я позвоню ей?
Позвонила. На следующий день, я, отведя дочурку в садик, отправилась в ателье, что находилось на территории части: оно специализировалось на пошиве формы, но для женщин заказы тоже выполнялись.
Людмилу Викторовну я немного знала, но, увидев её и пообщавшись, была просто поражена изысканностью её манер и элегантностью.
Во-первых, осанка. Стройная, она передвигалась с высоко поднятой головой, а когда разговаривала, слегка, царственно, наклоняла голову, и чуть улыбалась. Говорила уверенно, размеренным голосом. Хотелось тут же кинуться выполнять указания, которые она дала.
Во-вторых, одежда. Все в тон, все гармонировало с внешностью. Изысканно, со вкусом, элегантно. В общем – высший класс! Подспудно, у меня сразу мелькнула мысль, что я тоже хочу так выглядеть!
Меня определили в пошивочный цех.
На работе начальницу побаивались, и слегка недолюбливали: женский коллектив никак не мог смириться с её эталонной внешностью и утонченностью. Она тоже особо ни с кем не сближалась и держала дистанцию.
Не сразу я решилась на то, чтобы сообщить начальнице, что хочу выучиться на закройщицу, и попросить её научить меня этому.
Помог случай. Однажды, я, по делу, зашла к ней в кабинет. У той на полу лежало две шубы из котика, а шею украшал пушистый песец. В те времена мех был высшей роскошью, и я вскрикнула от восторга.
Начальница обернулась, увидела меня и спросила задумчиво:
- Как ты думаешь, можно из этих двух шуб сделать одну? Роскошную? При условии, что цвета чуть-чуть различаются? Мне мама прислала эту прелесть, где-то купила по случаю, размеры не мои, вот я и думаю, что бы с этим сотворить.
Я без слов принялась рассматривать мех, мездру, подкладку. Потом взяла бумагу и начала рисовать на бумаге то, что приходило на ум. Несколько часов мы обсуждали варианты, потом рискнули распороть шубы, а затем и раскроить.
Работа захватила, и очнулась я лишь, когда поняла, что опаздываю за дочкой. Договорились, что завтра с утра я приду не в пошивочный цех, а к ней, в кабинет – продолжить работу.
Глаза у обеих горели от азарта – и мне, и ей, это было чрезвычайно интересно.
Весь следующий рабочий день мы провозились с шубой, и к пяти часам вечера она была готова: длинная, почти в пол, с песцовым воротником и кожаным поясом по талии. Глаз не оторвать!
- У тебя, дорогая, природный дар, - оценила мои старания Людмила Викторовна, хотя шили мы вместе, просто я помогала ей в том, чего она не могла сделать: подогнать по фигуре.
- Пойдем ко мне. Надо это дело обмыть, - сказала начальница, - позвони матери и попроси забрать доченьку.
В том, что мама свободна, я сомневалась, но набрала номер. Повезло: мать была дома и легко согласилась сходить за внучкой.
Дом начальницы был такой же красивый, как и она сама. Все со вкусом, при этом – идеальная чистота.
Вышли дети, увидев меня, поздоровались. Сын и дочь – тринадцати – пятнадцати лет. Людмила Викторовна спросила, ужинали ли они, и выучены ли уроки, после чего те удалились по комнатам.
Мы прошли в зал, где она, буквально за пятнадцать минут, накрыла шикарный стол: с горячим и тарталетками. Поужинали и выпили по две рюмочки коньяка.
- Вы такая красивая, и дома у вас, так все со вкусом подобрано, - искренне восхитилась я.
- Не так все и просто, Дарья! Я перфекционист. Мне всегда нужно, чтобы все было на высшем уровне! Лучше, чем у остальных. Ничего с собой сделать не могу. Все мысли заточены в этом направлении. И мозг не отключается никогда.
- Так это же хорошо! Я тоже так бы хотела! – неподдельно восхитилась я, - мне тоже нравится в лидерах находиться.
Начальница улыбнулась и ничего не ответила.
Поговорили о том, о сем, она обещала отправить меня на курсы закройщиков при первой же возможности с сохранением заработной платы.
Вскоре я отучилась и вернулась в ателье в новой должности. Начальница поставила меня на пошив кителей и брюк для военнослужащих.
Автор Ирина Сычева.