Свадьба у Леры и Руслана должна была быть классической. Без модных выездных церемоний с клятвами под арками и фуршетами на природе. По-простому, по-семейному, как говорила мама Леры, Галина. Родительский дом, ЗАГС и ресторан «Белая акация», где банкетный зал с золотистыми обоями и хрустальными люстрами помнил еще свадьбу ее родителей. Все чинно, благородно, понятно. И выкуп, конечно же, выкуп — святое дело, чтобы жених показал, как ему невеста дорога, и деньгами, и смекалкой.
Утро двадцать третьего августа задалось солнечным, а Лера проснулась в поту от волнения. Она сидела в своей комнате, заставленной шкафами и трюмо с потрескавшейся амальгамой, рядом суетилась мать, поправляя фату, прикрученную к замысловатой прическе.
— Мам, ну хватит уже, — отмахивалась Лера, вглядываясь в свое отражение. — И так с утра как ненормальная. Как там Руслан? Не звонил?
— Звонил, звонил, — Галина прикусила губу, вставляя последнюю шпильку. — Уже едут. Скоро начнется выкуп. Ты главное из окна не высовывайся, пока не позовут. Пусть помучаются.
За окном уже слышались разноголосые крики, смех и музыка из колонки, которую притащила с собой Наталья, Лерина подруга с незапамятных времен, главная заводила и организатор всего сегодняшнего безобразия. Наташка была девушкой шумной, с громким голосом и командным тоном. Именно она, сбившись в кучку с двумя другими свидетельницами, Ленкой и Катькой, разработала план выкупа, от которого, по их словам, у Руслана «волосы на пятой точке зашевелятся».
— Теть Галь, не боись, мы из него все вытрясем! — орала Наташа еще вчера вечером, примеряя на себя роль церемониймейстера. — И деньги соберем и потрудиться заставим.
Лера тогда только улыбалась, думая, что подруги затевают сюрприз. Она даже не вникала в детали, потому что голова шла кругом от бюджета, рассадки гостей и того, что будущая свекровь, тетя Люба, опять звонила и говорила, что «икры маловато заказали, у них родня есть любит икру».
Деньги. Деньги были отдельной больной темой. Свадьбу оплачивали вместе. Руслан скинулся с родителей, Лерины родители добавили своих сбережений, да и сами молодые влезли в кредит, чтобы стол в «Акации» был хорошим. Каждый рубль был на счету.
Но когда Лера услышала от мужа уже после свадьбы сумму, которую он и его друзья «накидали» на выкупе, она изумилась.
— Нормально так накидали, — сказал Руслан на второй день, когда они разбирали подарки и конверты. — Пацаны мои, Дэн и Колян, вообще по пять кусков сунули, когда Наташка заставила их стихи читать. Ржали все. Я сам, наверное, тысяч пятнадцать в эту шляпу кинул, пока до тебя дошел. Со всеми этими конкурсами, испытаниями на ловкость, отгадывание следов… Ну, весело же.
— Пятнадцать? — Лера перестала считать подаренные деньги и выпучила глаза. — Ты кинул пятнадцать тысяч? А Денис с Колей по пять? Руслан, это сколько же получается?
— Ну, я прикинул, тысяч тридцать пять — сорок там было. Может, чуть больше. Купюры по 500, по 1000, по 5000. Наташка так лихо шляпой дирижировала, — усмехнулся он. — Конкурс «Узнай обувь невесты» вообще отпад. Там каждый вариант стоил по тысяче. Глаза бы мои не видели эту обувь толпы теток подъезда, которых Наташка выгнала. Но весело, Лер. Честно, это был самый смешной выкуп, на котором я был.
Лера медленно положила конверт.
— Руслан, а кому эти деньги пошли? Наташка их отдала? Тебе? Маме?
Руслан пожал плечами.
— С чего бы это мне? Это же выкуп невесты и я думал, что она отдаст их тебе.
— Ага, щас, — фыркнула Лера. — Никаких денег от них не было, кроме этого дурацкого набора сковородок вскладчину, который они нам сунули в ЗАГСе. Помнишь, такой синий, в коробке?
— Сковородки нормальные, — буркнул Руслан. — Тефаль.
— Руслан! Там сорок тысяч рублей! — Лера повысила голос. — Ты понимаешь? Сорок тысяч! Это не мелочь, а нормальные деньги. И они их просто… забрали?
— Ну, может, они на организацию потратили, — примирительно сказал Руслан. — На шарики там, на реквизит, на призы для конкурсов. Я видел, Катя в магазин за какой-то мишурой бегала.
— Какой мишурой? — Лера уже закипала. — Они ничего не покупали. Наташка всё у моей мамы взяла. Они просто развлекались, собирали деньги и положили их себе в карман.
— Лер, ну ты чего завелась? Это ж традиция такая. Друзья жениха откупаются, а друзья невесты собирают. Ну, как бы на развитие. Типа, чтоб молодым на жизнь.
— Вот именно, чото молодым! — Лера повернулась к мужу. — Они должны были отдать их нам. У Наташи и Ленки зарплата двадцать тысяч. Катька вообще в декрете сидит. А тут такой куш. Они просто украли деньги!
— Да ладно тебе, — отмахнулся Руслан. — Ну, может, на такси потратили, на шампанское в машину, пока мы ехали. Я сам видел, как Катька в лимузине бутылку открыла.
— Руслан, Катя в лимузине пила твое шампанское, купленное твоими родителями для свадебного кортежа. Она ничего не покупала. Они вообще ничего не потратили. Они пришли, поржали, покричали, собрали сорок тысяч с тебя и твоих друзей и просто забрали их себе.
Руслан почесал затылок.
— А чего ты не вышла? — спросил он, наконец. — Могла бы и сама поучаствовать. Увидела бы, как они радуются.
— Традиция такая! Я сидела с матерью и готовилась к ЗАГСу, — огрызнулась Лера. — Я думала, они для меня стараются. А они, оказывается, бизнес открыли. «Свадебный побор». Руслан, мне неудобно перед твоими пацанами.
Руслан промолчал. Он вообще не любил конфликты, особенно с Лериными подругами, особенно с Наташей, которую побаивался.
— Ладно, потом разберемся, — буркнул он, вставая. — Пойду, покурю.
Прошла неделя. Месяц. Лера ждала, что Натаха объявится, принесет конверт, или скажет: «Лер, мы решили на деньги с выкупа вам сюрприз сделать». Но Наташа звонила только чтобы обсудить свои проблемы: как она поругалась с начальником, какой козел ее бывший, и что на выходных надо бы посидеть где-нибудь.
Однажды, в середине сентября, Лера встретила Катю в магазине. Катя катила коляску, нагруженную пакетами из детского магазина.
— О, Лерка!— заверещала девушка. — Ну как семейная жизнь? Руслан не достает? — засмеялась она.
— Нормально, Кать, — ответила Лера, глядя на пакеты. — А у тебя что за закупки? Губа не дура, в дорогом магазине закупаешься.
Катька смутилась, но быстро взяла себя в руки.
— А, это… Свекровь денег подкинула на внука. Вот и балуемся. А ты чего хмурая?
— Кать, — Лера решила бить прямо. — А на выкупе вы много собрали? Руслан говорит, под сорок штук.
Катька перестала улыбаться. Ее лицо вытянулось, но она быстро приняла озабоченный вид.
— Ой, Лер, ну мы ж для тебя старались. Организация же денег стоит. Реквизит, костюмы, оформление. Наташка вон вообще две ночи не спала, сценарий писала.
— Какой сценарий, Кать? — голос Леры звенел. — Какой реквизит? Веник из моей кладовки и простыня с чердака? Какие костюмы? Вы были в своих платьях, купленных на распродаже. Я не видела никакого оформления, кроме плаката «Забери её, если сможешь!» на подъезде, нарисованного фломастером.
Катя отшатнулась, вцепившись в ручку коляски.
— Лер, ты чего? Деньги считаешь? Это же некрасиво. Это подарок от нас был. Мы же не обязаны отчитываться. Мы создавали атмосферу праздника.
— Это был выкуп невесты! — Лера почти кричала, но, увидев, что на них оглядываются, понизила голос. — Руслан и его друзья заплатили. А вы взяли и положили это себе в карман. Кать, я не думала, что вы такие… такие.
Катька поджала губы.
— Знаешь что, Лера. Мы столько сил потратили, а ты теперь нам какие-то копейки в нос тычешь? Мы их заслужили. Это наш гонорар. И вообще, не твое это дело. Там жених с друзьями кидали, они и не жалуются. А ты сидела в окне и носик пудрила. Вот и сиди дальше.
Катька развернула коляску и покатила прочь, оставив Леру стоять посреди магазина с пакетом в руках.
Лера пришла домой злая, как черт. Руслан смотрел телевизор.
— Я Катьку встретила, — сказала она с порога, бросая пакет на пол. — Она мне сказала, что они много сил потратили и имеют право забрать деньги с выкупа.
— Ну, в чем-то она права, — ляпнул Руслан, не подумав.
— В чем?! — заорала Лера. — В чем она права, Руслан?! Ты меня защищать должен, а не этих… воровок! Ты сколько кинул? Пятнадцать? И тебе не жалко?
— Мне? — Руслан выключил телевизор и повернулся к ней. — Мне жалко было бы, если бы я их на пиво с пацанами пропила. А тут праздник, веселье, всё путем. Я кидал, я и решил, что это нормально. Лер, ну чего ты завела шарманку? Хочешь, я тебе пятнадцать из зарплаты отдам? Успокоишься?
— Мне нужны не твои пятнадцать! — Лера села на диван и закрыла лицо руками. — Мне обидно. Понимаешь? Обидно, что мои лучшие подруги, которых я знаю с детства, использовали мою свадьбу, как способ заработка. Они на мне заработали. А нам подарили набор сковородок за три тысячи. Это не подруги. Это… я не знаю кто.
Руслан вздохнул и обнял ее.
— Ладно, не кисни. Напиши Наташе, спроси прямо. Чего дуться-то?
— Ага, напишу. Она мне скажет, что я жадина.
Лера всё-таки написала. Наташа ответила не сразу, через день. И ответил не текст, а голосовое сообщение, минут на пять, которое Лера слушала, затаив дыхание.
«Лер, привет. Ты, конечно, с приветом, если серьезно про эти бабки спрашиваешь. Ты вообще понимаешь, что мы там устроили? Это было шоу! Мы с Ленкой две недели готовились, реквизит искали, потому что денег на всё это у нас не было. Ты думала, мы из воздуха всё берем? Да, мы собрали деньги. Ну и что? Мы их потратили! Лена новые туфли купила, потому что свои убила, пока по лестнице бегала. Я себе на куртку отложила, потому что моя старая уже на выброс. Катька ребенку на одежду. Это что, преступление? Мы, между прочим, вам праздник делали. Ты бы видела, как мы вкалывали! Руслан с пацанами были довольны, всем понравилось. И только ты, моя дорогая подруга, полезла в бухгалтерию. Стыдно, Лера. Очень стыдно. Мы на тебя столько сил угробили, а ты нас воровками выставляешь. Если тебе так деньги нужны были, могла бы сама выйти и по карманам у гостей собрать. А мы имеем право на оплату своего труда. Или ты думала, что мы должны за красивые глаза ишачить? Так что извини, дорогая, но если ты такая принципиальная, то мы, наверное, больше не подруги. Подумай об этом.»
Лера прослушала сообщение два раза. Потом убрала телефон.
Руслан смотрел на нее вопросительно.
— Ну? Чего там?
— Мы больше не подруги, — тихо сказала Лера. — Потому что я посмела спросить про деньги, которые они взяли с тебя и твоих друзей. Она считает, что это плата за организацию праздника.
— За организацию? — Руслан присвистнул. — Ну, дела. А чего они тогда не сказали сразу? Мол, так и так, пацаны, мы за деньги работаем. Мы бы, может, и не кидали тогда. Или скинулись бы по-честному, как аниматорам.
— Вот именно, — Лера почувствовала, как к глазам подступают слезы обиды. — Они не сказали. Они сделали вид, что это игра, традиция, веселье. А на деле — просто банально развели нас на бабки и поделили.
— Лер, ну ты не плачь, — Руслан притянул ее к себе. — Ну их в болото. Новых подруг найдешь. А эти… эти пусть подавятся. Счастья им это не прибавит.
— Не в деньгах дело, Руслан, — всхлипнула Лера. — В принципе. В том, что люди, которых ты считаешь близкими, в твой самый важный так тебя подставляют. И это обидно.
Наташа, Лена и Катя действительно исчезли из их жизни. Не сразу, но как-то сами собой. Перестали писать в общий чат, не звали гулять, на поздравления отвечали смайликами. Лера иногда видела их фотки в соцсетях: Наташа хвасталась новой дубленкой, Лена — туром в Турцию, Катя — очередным дорогим комбинезоном для ребенка. И каждый раз у Леры внутри что-то неприятно сжималось.
Она знала, что эти вещи куплены не на те деньги, которые Руслан, Дэн и Коля кидали в шляпу за право поцеловать чужую бабушку, отгадать размер ноги невесты по следу на асфальте и прочитать стихи, стоя на одной ноге на лавочке. Те давно закончились. И все равно ей было обидно.
Руслан, видя, что жена переживает, как-то предложил:
— А давай мы к Дэну с Юлькой в субботу сходим? Посидим, шашлык пожарим. Юля нормальная девчонка, не чета твоим бывшим подругам.
— Давай, — согласилась Лера. — Только обещай мне одну вещь.
— Какую?
— Если у нас будут дети, и мы будем делать выкуп, никаких подруг невесты. Только тамада с фиксированной ценой.
Руслан засмеялся, обнял ее и поцеловал в макушку.
— Договорились. Наймем профессионального вымогателя. С чеком и лицензией.
Лера улыбнулась, но в душе остался горький осадок. Ее свадьба, которая должна была стать самым счастливым днем, оставила после себя не только приятные воспоминания и свадебные фотографии в альбоме, но и четкое понимание: дружба измеряется не годами, а поступками.