«Я или Шлюха, или Мадонна»: как соединить сексуальность и уважение
Есть женщины, которые прошли через это. Сначала – стыд за своё тело, за то, как оно растёт, за то, что привлекает внимание. Потом – период, когда они пытаются доказать, что желанны, любой ценой. В итоге – усталость, отказ от себя и попытки стать «хорошей», чтобы наконец получить уважение.
Я не буду ходить на физкультуру, мальчишки надо мне смеются, когда я бегаю, а завуч мне сказала, что я трясу своими телесами..
Как стыд за женственность превращает девочку сначала в «шлюху», потом в «Мадонну»
Точка входа: подростковый возраст и взгляд в родительской семье
Девочка взрослеет. У неё начинают расти грудь, округляться бёдра, появляются первые признаки того, что она становится девушкой. Это естественный процесс. Но в семье на это реагируют не как на норму, а как на опасность или постыдное событие.
Мать или отец бросают фразы:
· «Ты что так вырядилась?»
· «Смотри, чтобы никто не подумал лишнего»
· «Закройся, не позорь семью»
· «Шлюхой вырастешь/растешь»
Что происходит в психике девочки?
Она усваивает послание: «Твоя женственность – это стыдно. Твоё тело – это провокация. То, как ты растёшь – это неправильно». Потому что нельзя быть на свете красивой такой.
Но тело продолжает предательски и нагло расти. Гормоны работают. Интерес к противоположному полу и от противоположного пола появляется. Возникает невыносимое противоречие:
· С одной стороны: я чувствую, что становлюсь женщиной, это естественно
· С другой стороны: значимые взрослые говорят, что это мерзко и постыдно
Это всё равно, что предлагать мороженое и одновременно с этим – если ты соблазнилась и откусила – забрасывать тебя камнями, за то, что ты согласилась откусить.
Ребёнок не может сказать: «Мама, у тебя травма». Ребёнок делает вывод: «Со мной что-то не так. Моё тело – источник стыда. Но оно есть. И я не могу от него отказаться». Самое обидное, что и многие взрослые не могут осознать свои личные травмы и проецируют их на детей.
Первый раскол: «отделение души от тела»
Психика защищается единственным доступным способом – расщеплением.
Девочка как-бы разделяется на две части:
· «Хорошая я» – та, которая слушается, не высовывается, не привлекает внимания, не позорит семью. Это будущая Мадонна.
· «Плохая я» – та, у которой есть тело, желания, гормоны, интерес к сексу. Ту часть называют шлюхой, её стыдят, её прячут.
Но проблема в том, что «плохая» часть никуда не девается. Она просто уходит в тень, в бессознательное. И оттуда начинает управлять поведением.
Подростковый бунт: идентификация с агрессором
Когда девочка входит в пубертат, ей нужно отделяться от родителей, искать свою идентичность, пробовать себя в сексуальности. Но у неё нет здоровых моделей. Есть только материнский запрет и внутренний стыд.
И тогда срабатывает классический механизм, который в психоанализе называется идентификацией с агрессором:
Бессознательное решение: «Ты называешь меня шлюхой? Хорошо. Я буду шлюхой. Я докажу, что ты была права. Я заберу этот ярлык и сделаю его своим».
Это не осознанный выбор. Это попытка вернуть себе контроль и снизить тревогу. Если ярлык «плохая» уже навешен, легче его принять, чем всю жизнь бороться с тем, что тебя считают той, кем ты не являешься.
Так начинается период, когда она действительно ведёт себя «как шлюха»: беспорядочные связи, поиск подтверждения своей ценности через секс, желание быть желанной любой ценой.
Глубинно за этим стоит не распущенность, а глубочайший голод по принятию. Её тело когда-то отвергли самые близкие люди. Теперь она пытается получить принятие через тело от чужих. Но чужие не могут дать того, что не дали свои. Секс становится суррогатом любви, который никогда не насыщает.
Взросление: переход в фазу «Мадонны»
Проходит время. Женщина взрослеет. Беспорядочные связи перестают приносить даже иллюзию удовлетворения. Появляется усталость, опустошение, а главное – стыд за тот самый период. Она смотрит на себя прежнюю и не понимает: «Как я могла? Зачем я это делала? Что я доказывала?»
Она начинает строить новую жизнь. Теперь её кредо: «Я не буду больше объектом. Я хочу, чтобы меня уважали. Чтобы видели мою душу, а не тело».
И это правильно. Это шаг к взрослению. Но проблема в том, что этот шаг часто делается через отрицание и подавление той самой «плохой» части. «Та девушка, которая спала со всеми – это не я. Я её презираю. Я теперь другая. Я хочу серьезных отношений, уважения, глубины».
Так рождается внутренняя Мадонна – часть, которая ищет чистоты, духовности, уважения. Она противопоставляет себя «шлюхе» из прошлого. Секс «объявляется» грязным.
Конфликт: почему они не могут соединиться
«Шлюха» – искажённая, травмированная часть сексуальности. Она хочет любви, но умеет только отдавать тело. Она голодна, ранима, её презирают.
«Мадонна» – это тоже защита. Она говорит: «Я не про тело, я про душу». Но на самом деле она боится своего тела. Боится, что если она проявит сексуальность, её снова назовут шлюхой, как в детстве.
Возникает конфликт:
· Если она проявляет сексуальность – внутри включается голос матери: «Ты опять? Опять шлюха?»
· Если прячет – чувствует себя мёртвой, холодной, неживой, ревнует и испытывает боль и злость.
В отношениях это выглядит так: она находит мужчину, который видит в ней «Мадонну» (уважает, ценит душу). Но через какое-то время ей становится с ним скучно, потому что её сексуальная часть не находит выхода. Или наоборот – она находит «плохого» мужчину, с которым можно быть «шлюхой», но тогда страдает её потребность в уважении и глубине.
Она не может соединить эти две части в одной жизни и в одних отношениях. Потому что внутри – война.
Чаще Мадонна встречает мужчину, который ходит налево
Кого на самом деле выбирает женщина в фазе «Мадонны»
Когда женщина уходит в фазу «Мадонны», она хочет не только уважения, а безопасности. Она так устала быть «плохой», так устала от стыда, что готова на всё, лишь бы её больше никогда не чувствовать себя шлюхой.
Она ищет мужчину, который будет её уважать. Который будет видеть в ней личность, душу, глубину. Который не будет сводить всё к сексу.
И она находит его. Он такой: интеллигентный, серьёзный, говорит о высоком, ценит её ум, её заботу, её душу. Он смотрит на неё с восхищением. Она наконец чувствует себя хорошей. Мать из прошлого может быть довольна: «Вот видишь, я не шлюха, меня уважают».
Но есть нюанс.
Где в этом мужчине его сексуальность?
Если мужчина выбрал женщину как Мадонну, то он практически не занимается с ней сексом или редко и без огня – это не потому что он такой «духовный». Это потому что он тоже расщеплён. У него, скорее всего, своя история. Возможно, в его картине мира тоже есть война между «чистой женщиной» (которую уважают, на которой женятся) и «грязной женщиной» (с которой спят).
Он не может соединить это в одном лице. Поэтому он делит:
· Мадонна – для души, для дома, для уважения
· Шлюха – для секса, для грязи, для разрядки
Когда он выбирает её как Мадонну – он честно (в своей больной логике) говорит: «Я тебя уважаю. Ты слишком хороша для этого всего. Ты выше этого».
Она слышит: «Меня ценят». А на самом деле слышит: «В тебе нет жизни».
Почему он рассказывает ей про измены?
Когда мужчина приходит к Мадонне и рассказывает про своих любовниц – это не просто жестокость. Это бессознательная провокация. Ему нужно, чтобы она оставалась Мадонной. Если он будет спать с ней страстно, она перестанет быть «чистой» в его глазах. Ему нужно, чтобы кто-то оставался тем местом, куда можно вернуться за принятием.
Ему нужно, чтобы она разделила его вину. В его психике живёт стыд за свою сексуальность. Рассказывая ей, он бессознательно просит: «Прими меня таким. Докажи, что ты прощаешь всё».
Ему нужно, чтобы она наконец включилась. Он чувствует, что она заморожена, и провоцирует ревность, боль — хоть какую-то реакцию. Но реакция приходит только болью, а не жизнью.
Что происходит с женщиной в этот момент?
А в ней включается тот самый древний сценарий. Она чувствует боль, стыд, знакомое чувство «опять я лишняя». Но самое страшное – она получает подтверждение своего расщепления:
«Я была права. Если я Мадонна – меня не хотят. Если бы я была шлюхой – он бы хотел, но тогда бы меня презирал. Я вообще никуда не вписываюсь. Я никто». (расщепление не проговаривается словами и не думается мыслями в указанных терминах, но пробивается в чувствах).
Она остаётся в этих отношениях, потому что они идеально ложатся на её внутреннюю рану. Они доказывают ей то, во что она и так верит: «Я не целая. Я могу быть или удобной и нежеланной, или желанной и грязной. Третьего не дано».
Женщина, которую сделали шлюхой: история Малены
Есть история, которую многие видели на экране. Она происходит в маленьком сицилийском городке во время войны. Молодая женщина остаётся одна – её муж на фронте. Она красива настолько, что это становится её проклятием. Мужчины хотят её. Женщины ненавидят её. Она не делает ничего плохого. Она просто живёт, ходит по улице, существует в своём теле.
Но этого достаточно.
Город выносит ей приговор. Шепотки за спиной, грязные взгляды, слухи. Ей приписывают связи с каждым мужчиной, который на неё посмотрел. Её объявляют шлюхой. Потому что женщина с таким телом не может быть хорошей. Потому что в головах людей живёт то же расщепление: если женщина вызывает желание – она заслуживает презрения.
Когда приходит известие, что муж погиб, никто не сочувствует. Только злорадствуют.
Когда у неё совсем не остаётся денег, она идёт на площадь, достаёт сигарету, и десятки мужчин бросаются дать ей прикурить. Она закуривает, и в этом жесте – всё: принятие своей участи, согласие с ярлыком, падение.
Потому что когда тебя достаточно долго называют шлюхой, однажды ты перестаёшь сопротивляться. Ты берёшь этот ярлык себе. Ты становишься тем, кем тебя сделали. Мужчины получают её тело. Женщины получают подтверждение: «Мы же говорили». А она получает только право на существование ценой отказа от себя.
И даже когда настоящая любовь всё-таки приходит, когда находится мужчина, который готов видеть в ней не только тело, даже тогда ей трудно поверить, что это возможно. Потому что расщепление зашло слишком глубоко. Эта история про то, как чужие проекты становятся нашей судьбой. Про то, как девочка, которую застыдили за её тело, вырастает в женщину, которая не может соединить свою нежность и свою страсть, свою душу и свою плоть.
Глубинная причина (Юнгианский взгляд)
С точки зрения Юнга, здесь происходит расщепление двух архетипических фигур: Гетеры (свободная женщина, сексуальность, творчество, жизнь вне быта) и Матери-Хранительницы (верность, забота, постоянство).
В здоровой психике они могут сосуществовать и даже обогащать друг друга. Женщина может быть и страстной любовницей, и верной женой – просто в разных контекстах.
Но когда мать/или другая значимая фигура в подростковом возрасте заклеймила проявление сексуальности как «шлюховство», эти архетипы оказались враждебны друг другу. Сексуальность стала восприниматься как угроза «хорошести», а «хорошесть» – как отказ от жизни.
И главное: мать сделала это не потому что она злодейка. Она сама была расщеплена. Она передала дочери свою войну между «чистой» и «грязной» частями. И дочь теперь носит эту войну в себе.
Что на самом деле нужно исцелить
Не выбор между «шлюхой» и «Мадонной». Не отказ от одной части в пользу другой. Не способность удерживать мужчину. Не умение становиться лучше, чтобы он перестал ходить налево.
Нужно исцелить расщепление.
Вернуться к той девочке-подростку, которую облили стыдом, и помочь ей перепрошить сценарий:
«Твоё тело – не стыд. Твои желания – не грязь. Ты не шлюха. Ты живая. Тебе было нужно, чтобы тебя приняли. Ты искала любовь, как умела. И это не делает тебя плохой».
Тогда «шлюха» перестаёт быть шлюхой. Она становится живой сексуальностью, которая может проявляться в безопасных отношениях. А «Мадонна» перестаёт быть холодной статуей. Она становится глубиной, которая не боится тела.
Нужно встретиться с ужасом: «А вдруг я попробую быть целой, и меня всё равно отвергнут? Вдруг мир так и устроен, что нельзя совместить?» Здесь нужен психолог, который находится вне вашей внутренней войны.
Женщина не может сказать себе сама: «Всё будет хорошо, я смогу быть целой». Потому что та часть, которая пытается это сказать, тут же атакуется другой частью:
· «Ты думаешь, ты можешь быть желанной и уважаемой одновременно? Ха! Помнишь, что мама говорила? Помнишь, как тебя называли? Помнишь, что ты сама делала? Не обманывай себя, это невозможно». Психика замыкается сама на себя. Человек бьется в клетке собственных убеждений, и каждая попытка выбраться только подтверждает, что выхода нет.
Психолог нужен как контейнер. Как тот, кто не включён в вашу семейную историю, кому невыгодно оставлять вас в расщеплении, кто видел, как это исцеляется у других.
Скажу из практики, что когда наступает откат (а они будут, потому что психика цепляется за старое), женщина приходит и говорит: «Всё бесполезно, я снова та же». Я отвечаю: «Это не навсегда. Это нормальный откат. Мы уже проходили это место. Мы пойдём дальше».
Если вы узнали себя, если носите в себе войну между «чистой» и «грязной», если боитесь своей сексуальности или, наоборот, не можете остановиться в попытках доказать, что вы желанны
Если застреваете в отношениях, где вас не выбирают до конца, где ваша женственность либо отвергается, либо используется, где мужчина делит мир на тех, кого уважают, и тех, с кем спят. Знайте: сценарий, который когда-то написали за вас. И его можно переписать. Те части, которые враждуют внутри вас, можно помирить. Не через борьбу с собой, а через возвращение себе целостности. Это не быстро. Но это возможно. Первый шаг – признать: «Да, это про меня. Да, я так живу. И я хочу жить иначе».
Автор: Марика Ивановна Бения
Психолог, Антикризисный глубинный терапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru