Света Тепличная
Мое горло до сих пор будто в спазме.
Я не могу ни вздохнуть, ни выдохнуть, хотя с того дня прошло уже две недели.
Дня, который разделил мою жизнь на до и после.
Я с раздражением сбрасываю сотый за утро звонок от режиссера и поднимаю глаза на людей за столом.
Тихо переговариваются. Не понимаю, чего мы ждём? Внутри все подрагивает.
-В конце концов, - хриплю, - когда я смогу забрать своего племянника? Вы хоть на секунду понимаете, какой это для ребенка стресс?! Он домашний малыш. А сейчас думает, что его все бросили! Да, он ещё не поймёт правды, но это не значит, что ему не страшно!
-Успокойтесь, - прохладно осаживает меня женщина из опеки. - Мы ждём второго опекуна.
-Какого ещё опекуна? - Опешиваю. - У Мишки кроме меня больше никого нет.
-Что же вы тогда не сильно торопились к нему приехать?
-Я прилетела, как только смогла, - сжимаю виски.
Мне этот перелет стоил безумного скандала и целое состояние, потому что билеты было не достать. Пришлось потратить практически все накопления на маршрут с тремя пересадками, не говоря уже о количестве бессонных ночей.
-Ну вот и оставались бы в свей Европе. Зачем прилетели? - Вторая женщина с папкой дергает бровью. - У вас не самая стабильная профессия.
-Зато высокооплачиваемая! - Рявкаю. - Кого мы ждём? Господи, это какой-то кошмар…
Мне хочется кричать, угрожать адвокатами, но мы в России. Это не только ничего не даст, но испортит «анамнез». Здесь люди мыслят абсолютно другими категориями.
Дверь кабинета опеки распахивается после короткого стука.
Я оборачиваюсь и чувствую, как стул начинает качаться.
Максим… Мрак.
На несколько секунд, абсолютно против воли, меня уносит в нашу первую встречу.
Тогда он тоже опоздал. На крестины Мишки. И появился в сводах церкви во всем своем офицерском великолепии. В парадной форме, с аксельбантами, с белоснежными перчатками под ремнем. С тонким запахом одеколона, идеально выбритый и весь такой уверенный в себе.
Офицер... Засмотревшись, я опалила тогда воском свечи палец и вдруг решила, что это - знак.
Знак того, что не нужно к нему приближаться, Света!
Но разве у меня был хоть один шанс устоять? А если он и был, то разбился в тот момент, когда Максим уверенно взял на руки Мишку.
И мой племянник ни разу за все крестины на заплакал…
-Здравия желаю! - Мрак заходит в кабинет уверенной походкой.
Мажет по мне взглядом и будто не узнает!
-Максим Тимофеевич, - почтительно кивают ему тетки. - Как вы себя чувствуете?
-В строю, - отвечает он резковато. - Давайте отложим вежливые формальности. Я хотел бы забрать ребенка прямо сейчас.
-Что бы ты хотел? - Подлетаю на ноги.
Максим медленно опускается рядом со мной на свободный стул.
-Какие документы нужно подписать?
-Со мной никто не хочет поговорить? - Выхожу из себя.
Недосып и нервы берут свое.
-Какое отношение к моему племяннику имеет капитан Мрак?
-Майор…
-Да какое это имеет значение?!
-Максим Тимофеевич назначен опекуном вашего племянника в равных с вами правах.
-Это не возможно! - Взмахиваю руками. - Приоритет всегда у кровного родственника!
-А как вы, Светлана Юрьевна, собираетесь растить ребенка с вашим графиком? Отдадите няням?
Наконец, замечает меня Максим.
-Это на ваше дело, майор! - Огрызаюсь.
-К сожалению, - смотрят на меня женщины, - Вы, Светлана Юрьевна, являетесь не самым надежным опекуном. Двойное гражданство, постоянные перелеты.
-Вы хотите сказать, что военные бывают дома больше времени? - Хмыкаю. - Или, может быть, закрытая территория даст ребенку образование лучше, чем хороший пансион?
-Зачем вы собираетесь забирать ребенка, если не собираетесь его воспитывать?
-Господи! Пансион - это же не интернат! Вся мировая элита закончила пансионы!
Зачем я о них вообще сказала? Все равно у меня пока на подобный уровень денег нету. Но я очень надеюсь на большие контракты к моменту, когда Мишка пойдёт в школу.
Закрываю лицо руками, чувствуя на себе неодобрительные взгляды. Россия, да.
Говорить, что где-то лучше, даже если эти слова объективны, нельзя категорически. И хоть, я так и не нашла страны лучше», все равно отвыкла подбирать слова. Европейский «смол толк» исключает сложные вопросы и глубокие диалоги.
Там за тебя все вопросы решают менеджеры и адвокаты.
Для всех остальных ты вечный «айэм, файн». Даже если на самом деле хочется выть на луну.
Как мне сейчас…
-Прошу учесть, что я являюсь крестным ребенка, - прокашливается Максим. - И принимал участие в его воспитании. В отличие от некоторых…
-Какое участие? - Взмахиваю руками. - Да Лена практически всегда была одна! Пока вы…
-Довольно, господа опекуны, - прерывает нас участковый, который до этого молча что-то писал все время в бумагах. - В текущей ситуации опеке принять решение о предпочтительной стороне для ребенка будет непросто. Хорошо, что вы оба готовы. Вопрос будет решать суд, если вы в ближайшее время не сможете договориться.
-Я не собираюсь с ним договариваться! - Срываюсь на эмоции.
С этим предателем… Человеком, не способным открыть рот и просто поговорить! Способным только ставить ультиматумы, верить сплетням и выбрасывать из своей жизни людей, как отработанный материал, который не подогнался под удобный размерчик!
-Очень жаль, - снимает очки женщина, - потому что это значит, что мальчик останется в интернате до вынесения решения. И будет там находиться все время, пока вы будете вести «военные действия.» В вашем случае это четыре месяца.
Чувствую, как обессилено сдуваюсь.
-Что нужно сделать, чтобы Миша здесь не ночевал? Просто скажите…
-Подписать документ предварительной опеки. По нему вы будете проводить с ребенком время в равных правах.
Бланк ложится на стол.
Майор молча его подписывает и шлепает ручкой в мою сторону.
Ставлю свою подпись рядом с его и с ненавистью смотрю на идеально выбритую скулу с небольшим порезом.
-Вот и замечательно, - кивает участковый. - А за это время вы примите решение о том, кто действительно готов взять на себя ответственность за двухлетнего малыша. Карина Львовна, проводите гражданку Тепличную и гражданина Мрак в группу. Давайте попробуем показать их ребенку…
Максим Мрак
-… Всех женщин помня имена, твое гоню от сердца прочь….
-Вот же! - С психом пытаюсь переключить радио.
Не получается ничего.
-…Ты мне случайная жена. Вокруг ворованная ночь…. - надрывается песня из колонок.
Луплю кулаком по панели . Электроника, моргнув, наконец, затыкается.
Дрожащими руками вставляю в зубы сигарету. Полноценный вдох мне сделать все еще тяжело. Да и сигарета эта уже пятая за час, но…
Да, я тяну время!
Потому что не могу сейчас пойти, забрать ребенка и этим навсегда подвести черту под жизнью важного мне человека. Братишки….
Потому что я обещал Димке, что присмотрю за его семьей. Что сделаю все! Что они не будут ни в чем нуждаться! Что…
-Аааа!
С чувством бью несколько раз по рулю. Ну почему? Почему он, а не я?
Почему жизнь эта так несправедлива?
Димку ждала семья. Сын! Жена красавица!
Лена-Лена. Что же ты так меня подставила, девочка милая?
Мужики сказали, что она как узнала новость про мужа, закрыла глаза и больше не открыла. Порок сердца.
Голова моя кружится от дыма. Он щеплет глаза, заставляя часто моргать.
Ладно, майор Мрак. Иди и сделай, что должен. А должен ты вырастить сына друга, как родного.
Да и моим родителям будет радость на старости лет. А то даже денег у меня не берут. Обижаются… что я вот такой путь выбрал.
А какой я должен был? Если так сложилось…
Выбрасываю сигарету и привожу себя в порядок в зеркало заднего вида. Взъерошиваю волосы.
Мишке наплевать красивый я к нему приду или нет, а вот теток из опеки мне нужно как-то очаровать, хотя сверху всем уже позвони и расставили по местам.
Нюхаю свои пальцы, от них пахнет лекарством. Кажется, я им весь провонял.
Надо идти. Сегодня ещё квартиру в части принимать.
Выхожу из машины и направляюсь по инструкции в кабинет двести четыре.
Стучу. Распахиваю дверь и застываю на пороге, увидев сидящую ко мне спиной женщину.
Да ну! Не может быть!
Но когда она оборачивается, пространство будто искажается, заставляя меня дышать быстрее. Пульс пропускает удар.
Света…
Циничная гадина, которая вынула из меня сердце и растоптали его своими шпильками. Женщина, которой я готов положить к ногам весь мир, а потом ещё и целовать эти самые ноги!
Но не судьба…
-Здравия желаю! - захожу в кабинет уверенной походкой.
Вида, что узнал Тепличную не подаю.
Мы теперь чужие люди, несмотря на то, что горе у нас общее.
-Максим Тимофеевич, здравствуйте, - почтительно кивают мне работницы опеки. - Как вы себя чувствуете?
Знают, что я только что из госпиталя.
-В строю, - отвечаю резковато. - Давайте отложим вежливые формальности. Я хотел бы забрать ребенка прямо сейчас.
-Что бы ты хотел? - Подлетает на ноги Светлана.
Смотрит волчицей, будто сейчас голову откусит.
Похудела. Кожа бледная. Глаза уставшие…
Да что ты лечишь, майор! Королева она. Даже если в мешке из-под картошки три дня рыдать будет.
Я медленно опускаюсь на свободный стул. Стоять тяжело. И позорно рухнуть к ее ногам в буквальном смысле мне бы не хотелось.
-Какие документы нужно подписать?
-Со мной никто не хочет поговорить? - Повышает голос Светлана. Тяжело дышит.
Так, а вот сейчас не понял.
Или там ещё завещание имеется? Теоретически Лена могла что-то завещать сестре. Квартира то общая у них.
-Какое отношение к моему племяннику имеет капитан Мрак?
-Майор… - поправляю прохладно.
-Да какое это имеет значение?! - Взрывается.
Ну как какое? Я это звание кровью и потом…
-Максим Тимофеевич назначен опекуном вашего племянника в равных с вами правах. - Поправляет очки работница опеки.
Что?
-Это не возможно! - Накрывает Свету. - Приоритет всегда у кровного родственника!
Вот это ты мне братишка, свинью подложил. Думал, что я сольюсь? Подстраховался?
Хотя, это логично. Я бы мог и рядом с ним там «лечь». Но сейчас мне это больше не грозит.
-А как вы, Светлана Юрьевна, собираетесь растить ребенка с вашим графиком? Отдадите няням?
Не сдерживаюсь и все-таки вступаю со своей бывшей возлюбленной в диалог.
-Это не ваше дело, майор! - Огрызается.
-К сожалению, - смотрят на нее женщины, - Вы, Светлана Юрьевна, являетесь не самым надежным опекуном. Двойное гражданство, постоянные перелеты.
-Вы хотите сказать, что военные бывают дома больше времени? - Хмыкает она им в ответ. - Или, может быть, закрытая территория даст ребенку образование лучше, чем хороший пансион?
Начинается спор, который мне совсем не нравится. По той простой причине, что я тоже не самый лучший опекун для пацана. если рассуждать объективно.
Но родителей же не выбирают?
-Прошу учесть, что я являюсь крестным ребенка, - прокашливаюсь. - И принимал участие в его воспитании. В отличие от некоторых…
-Какое участие? - Смотрит на меня Света. - Да Лена практически всегда была одна! Пока вы…
-Довольно, господа опекуны, - прерывает нас участковый, который до этого молча что-то писал все время в бумагах. - В текущей ситуации опеке принять решение о предпочтительной стороне для ребенка будет непросто. Хорошо, что вы оба готовы. Вопрос будет решать суд, если вы в ближайшее время не сможете договориться.
-Я не собираюсь с ним договариваться! - Фыркет Света.
-Очень жаль, - снимает очки женщина, - потому что это значит, что мальчик останется в интернате до вынесения решения. И будет там находиться все время, пока вы будете вести «военные действия.» В вашем случае это четыре месяца.
Это все очень плохо звучит.
-Что нужно сделать, чтобы Миша здесь не ночевал? Просто скажите… - ожидаемо ломается Света
- Подписать документ предварительной опеки. По нему вы будете проводить с ребенком время в равных правах.
Бланк ложится на стол.
Я молча его подписываю и шлепаю ручкой в сторону Светы .
Расписывается.
- Вот и замечательно, - кивает участковый. - А за это время вы примите решение о том, кто действительно готов взять на себя ответственность за двухлетнего малыша. Карина Львовна, проводите гражданку Тепличную и гражданина Мрак в группу. Давайте попробуем показать их ребенку…
Расстегиваю несколько пуговиц рубашки. Что-то жарко. Видимо, судьба решила, что маловато мне в жизни треша и решила добавить отягощающее обстоятельство.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Несвободные отношения офицера", Олли Серж ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.