Я долго спал, но после сна чувствовал себя совершенно разбитым. От мерзкого пробуждения ныла голова. Я не пил вчера спиртного, но чувствовал себя так, будто приговорил все запасы. Что за ерунда? Только утро, а настроение уже крайне паршивое.
- Полукровка, - прошипел я.
И всё из-за неё. Не зря Маро опасалась, что она испортит меня. Так и есть. На душе всё ещё лежало мерзкое ощущение после разговора с ней. И зачем я только заговорил с ней? Глупец! Вот теперь буду мучиться. Нет, сегодня особенный день. Мне не следует унывать. Именно сегодня я разделю с любимой госпожой её силу, получу часть её.
Чехол поблёскивал в лучах старых лампочек. Мой наряд ожидал своего часа. Нынешний костюм – военная форма – я нашёл среди залежей прочих вещей на этой военной базе, а подарок Маро, как условлено, остаётся на десерт. Я с огромным трудом подавил желание расстегнуть молнию. Чтобы не поддаться на искушение, я покинул свою комнату.
Гул в коридоре царил нешуточный. Эхо тяжёлых шагов громадных шелимов сливался с зычными громоподобными голосами. Коридор постепенно наполнялся ароматами готовых блюд. Эрдин с невозмутимым выражением лица строил шелимов рангом ниже.
Я кивнул Эрдину, но тот только мельком посмотрел на меня. Подумаешь. Ещё один затаил обиду. После передачи сил он не сможет мне противостоять.
Поглядев на шеренгу шелимов, я вышел на улицу. Воздух был таким свежим, что с непривычки я никак не мог надышаться. На базе посилилось столько разных запахов, что нос просто перестал их различать. Но здесь так свежо, что чувствуется запах первых цветов. Так приятно. Сбоку хрустнули ветки. Я вздрогнул и повернулся. У входа стоял Эри.
- Что, хочешь отомстить? – надменно бросил я.
Эри фыркнул.
- Щенок.
- Что ты сказал? Забыл, с кем разговариваешь?! – начал закипать я.
- Я прекрасно помню, что говорю с сопляком, который позволил себя одурманить и даже не заметил этого, - усмехнулся шелим.
- Что за…
- Можешь беситься сколько угодно. Сегодня всё закончится.
- О чём ты? – я недовольно уставился на служку.
- Всё встанет на свои места. Мне нисколько не жаль тебя, но не в моих интересах так глупо и рано сдыхать, - сплюнув, Эри направился прочь от базы, - ещё увидимся.
Надо быть поосторожнее с ним. Скажу Эрдину, чтобы присматривал за ним всё время процесса передачи сил. День только начался. Скорее бы ночь. Не могу дождаться. Даже стоять на одном месте сложно, но надо себя как-то успокоить. Не люблю ждать. Ожидание убийственно. Кажется, будто старишься. Так, надо возвращаться в помещение и напроситься кому-нибудь в помощники. Как ни крути, а труд лучше всего убивает время.
Я ещё минут пять потоптался у входа, подышал свежим воздухом и вернулся назад к собратьям.
У комнаты встретил того, кого сейчас не очень хотелось видеть. Эрдин. Весь день маячит перед глазами.
- Что? – бросил я.
- Маро закончила поглощать испарения Шара. Когда взошло солнце, процесс уже начался. На время до полуночи Маро будет концентрировать силы. И это не просто банальная подготовка, как в предыдущие дни, - Эрдин размял пальцы, громко хрустнув ими, - так что сиди у себя и жди.
- Хорошо, я выполню это указание.
В комнате было тепло. Два старых обогревателя верно служили. Я сел на кровать и уставился на дверь. Процесс уже идёт. Интересно, что такого эдакого меня сегодня ждёт?
***
Дверь скрипнула. Я сел на кровати и потёр сонные глаза. Когда я успел задремать? На пороге моей комнаты стояли четыре женщины-шелимов. Все они одеты одинаково: песочного цвета блузы со свободными рукавами-половинками, длинные в пол лёгкие юбки в тон блузам, лёгкие, но широкие золотые цепочки на шеях и кольцеобразные браслеты на левой ноге у каждой женщины, обуви не было вовсе, все четверо босыми ногами ступали по холодному полу пещеры. И только корнеобразные наросты на ногах выдавали в них шелимов.
В том, что это моя свита, не было сомнений ещё потому, что все четверо были похожи друг на друга как две капли воды. Светловолосые и бледнотелые, стройные и красиво сложенные. Не говоря о том, что все они одинакового роста. Наконец-то! В груди похолодело от нетерпения.
- Процесс начинается, - протянула лёгким сопрано одна из вошедших.
Я встал с кровати.
- Сейчас мы сопроводим вас в купальни. Следуйте за нами, - женщины выстроились в два маленьких ряда.
Кивнув им, я с замиранием сердца встал и прошёл к выходу. Женщины таинственно улыбались мне, и на душе появилось волнующее ощущение причастности к особенной тайне.
Мы шли не спеша. Женщины едва слышно шуршали лёгкими одеждами, босые ноги мягко и точно невесомо ступали по ледяному полу.
Всю дорогу женщины молчали, лишь мягкие улыбки озаряли их белые лица. По пути нам не попался ни единый собрат. Никого. База будто вымерла. Нет, она зажила иной жизнью, будто всё вокруг, в ожидании предстоящего процесса, обернулось, замолчало, будто даже землистого цвета стены, чуя свою причастность, молча вели меня к ваннам.
Вот и ванные комнаты. В своих походах я не раз посещал их. Благо, по странному стечению обстоятельств, на базе была как холодная, так и горячая вода.
- Купальни, - пролилось в воздухе сопрано.
Тяжёлая дверь медленно распахнулась, в коридор тут же повалил пар. Женщины стали по бокам от двери, пропуская меня внутрь первым. От воды ванны поднималась невесомая дымка пара. Края лохани покрылись горячими каплями, как алмазной крошкой.
- Окунитесь в воду и пробудьте здесь, пока ваша душа и мысли не успокоятся и не отчистятся от всякой суеты, - сказала мне женщина, лёгким широким жестом тонкой белой руки указав мне на купальни.
Я кивнул. Надо раздеться. Я принялся за пуговицы тёплой рубашки, но женщины даже не сдвинулись с места. Похоже, им положено оставаться здесь до конца, пока я не выйду из воды.
Аккуратно сложив вещи на стул возле ванны, я коснулся пальцами ног воды. Горячо. Я медленно окунулся в горячие воды. Ванна была глубокая, достаточно, чтоб лечь, опершись о влажные края. Я раскинул руки на краях, спиной опёрся о горячую стенку и блаженно устремил взгляд в потолок, на котором вода и пар играли бликами от лампочек.
Какое спокойное место. Вода, стены, отблески. Всё это что-то мне напоминало, что-то совсем знакомое, и в то же время я никак не мог вспомнить что. Неуловимо близкое. Такое же спокойное и умиротворяющее. Лучше этого места я ещё в своей жизни не встречал.
Я окунулся в воду с головой, закрыл глаза, чувствуя, как окутывает меня горячая умиротворённость воды. Минута. Я будто задремал. Не хотелось выныривать. Как спокойно.
***
Сколько времени прошло, никто не считал. Молчаливое сопровождение стояло без движения все те минуты (а может, и часы), пока я, опершись о стенки ванны, закрыв глаза, наслаждался спокойствием и теплом.
Гармония. Да, спокойная гармония, неторопливость и даже некоторая отрешённость. Я чувствовал, как вода забирает всё суетное: волнение, нетерпение, усталость, любопытство – всё. Да, спокойная гармония.
В голове всплыли слова светловолосой женщины: «Окунитесь в воду и пробудьте здесь, пока ваша душа и мысли не успокоятся и не отчистятся от всякой суеты». Пожалуй, я готов.
Я встал из воды. Светловолосая женщина протянула мне длинное полотенце. Я кивнул ей в знак благодарности, вытерся насухо, надел вещи и спокойным взглядом посмотрел на четырёх сопровождающих. Одна женщина спокойно улыбалась.
- Теперь вернёмся в ваши покои.
И снова путь по коридорам. Сколько прошло времени с тех пор, как я покинул свою комнату? Кто знает. Это неважно.
В комнате уже было прибрано. Разбитый столик заменён на новый, немного больше прежнего. Помимо нового столика посреди комнаты стоял невысокий стул со спинкой, стол с расположившимися на нём тазиком, полотенцем и расчёсками.
- Прошу вас, - светловолосая женщина указала на стул, - время остричь волосы.
Я сел, полотенце легло на мои плечи. Женщины завились вокруг меня. Длинные пальцы коснулись волос, и на пол посыпались тёмно-каштановые пряди. Пока женщины трудились над моей причёской, я смог разглядеть их повнимательней. Полное на первый взгляд сходство оказалось не таким уж полным. Первая женщина немного стройнее, у второй глаза неповторимого янтарного цвета, третья кажется совершенно непримечательной, а вот у четвертой волосы немного длиннее и светлее.
- Господин, уже почти готово, - проговорила третья чудесным мелодичным голосом.
- Да.
Новая стрижка открывала лицо, убрав вечно мешавшую мне чёлку, не совсем убрав, правда, пряди подлиннее свисали около ушей, непослушные волосы сзади немного приподнимались, словно заостряясь. Волосы уже подсохли.
- Который час? – я вдруг вспомнил, что время не прекратило ход.
- Уже пятый, мой господин. Вам нужно поесть. Сейчас мы принесём блюда.
Пятый? Время плывёт, я уже не замечаю его. Как кстати прислужницы вспомнили об ужине.
***
- Господин, близится ночь. Вам пора облачаться.
Мелодичное сопрано вывело меня из сладостной дрёмы. Здесь, на базе с остановившимися часами, за временем трудно уследить. Забавно, в начале дня я не мог найти себе места. Нетерпения сжигало изнутри, а потом почти восемь часов пронеслось как одно мгновение. Утром я ощущал волнение, от которого, казалось, леденеет внизу живота и горит в голове, после купален вдруг всё потеряло смысл, гармония заполнила меня изнутри. Сейчас же я чувствовал силу уверенности и решимости, ничуть не повредившее гармонии спокойствия.
- Да, пора, - я встал с кровати и решительно зашагал в центр комнаты.
Уже было ясно, что свита поможет мне в переодевании. Я сбросил прямо на пол старую одежду, зная, что поступаю правильно. Две женщины держали чехол с одеждой прямо передо мной.
- Прошу, - услужливо пропела третья.
Я дёрнул за молнию. В свете лампочки я разглядел переливающийся чёрный металл.
- С вашего позволения мы поможем вам облачиться, - первая женщина поклонилась.
- Да, - коротко ответил я, не отрывая взгляд от завораживающего блеска металла.
Мой праздничный костюм состоял из чёрных узких штанов, чёрной облегающей блузы с жёстким высоким воротником, чёрной приталенной узкой куртки, с металлическими вставками, и странными высокими сапогами, с пятки по каблук которых шли, переливаясь металлически-жёстким блеском вставки.
Вверив себя прислужницам, я спокойно стоял посреди комнаты, слушая, как шелестят их одежды. Когда второй сапог был затянул, пришло время лежащим на дне чехла изделиям, напоминающим защитные латы, только куда легче и тоньше и снова выполненные из того же чёрного металла. Одни предназначались для рук, от кисти по локоть, другие – для туловища, сжимая меня, точно корсет.
Когда наконец-то переодевание было окончено, женщины, довольно хмыкнув, снова встали по обе стороны от меня. Я глубоко вздохнул. Подготовка окончена. Новая одежда идеально сидела на мне. Это было приготовлено только для меня.
Я чувствовал, что вот-вот моя праздничная процессия укажет мне на выход. Скоро я вновь увижу Маро, мою прекрасную сильную госпожу.
- Мой господин, пора, - возвестила светловолосая бестия, открывая передо мной дверь, - полночь подходит. Время процесса. Господин, ваш выход!
Женщины выстроились у двери. Я глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Да, пора! Я уверенными шагами покинул комнату. Дверь закрылась. Моя праздничная процессия, излучая такую же решимость, как и я, неспешно, но уверенно шла по коридорам, которые, казалось, замерли в предвкушении загаданного часа. Всё замерло. Теперь средоточие всего – я и Маро.
Вот уже показалась нужная дверь. Большой зал. Сердце гулко ударило в груди, но тут же успокоилось. Не удивлюсь, если этому способствовала вода купальни. Не о том думаю. Прочь всё постороннее.
Перед самой дверью процессия остановилась. Первая прислужница расправила плечи и гордо подняла голову:
- Моя великая госпожа! В названную ночь к вам по доброй воле прибыл человек. Впустите же его, и да осенит его величайшая сила всех времён и пространств!
Я замер.
- По доброй воле прибывший, - послышался за дверью грудной сильный голос Маро, - да будут открыты перед тобой двери!
Дверь медленно распахнулась. Женщины поклонились мне в пол и замерли, не поднимая глаз.
- Входи!
Я выдохнул и решительно шагнул в зал. Тяжелая дверь закрылась за мной. Теперь обратного пути нет. С сего момента начнётся новая жизнь.
***
Один за другим ярко вспыхнули лампы, и жёлтые отсветы заплясали на стенах. Десятки, десятки светильников цепочкой обрамляли зал с высоким потолком.
Я сделал пару шагов и замер. Посреди зала стояла одна Маро. Я обомлел. Моя прекрасная госпожа и теперь преобразилась. Её удивительно красивые черты лица наполнились новой, неповторимо притягательной красотой решимости сильной женщины. Каштановые волосы ниспадали на плечи, обрамляя лицо, но горящие, горящие новым светом глаза отеняли его. Удивительно прекрасное платье было на госпоже, такого я ещё не видел. Казалось, оно состоит из многих слоёв, но они невесомо ложатся друг на друга, волной разливаясь по каменному полу. Высокая прекрасная женщина с горящими глазами. Я окаменел. Словно передо мной иная Маро, та, которую я ещё не знал, и, казалось, такой её не знал никто. Она открылась, прекрасная, незнакомая, удивительно сильная и решительная. Пылающие притягательные глаза.
- Смотри на меня и отвечай времени и пространству, - прозвучал голос Маро. В её императивном тоне, однако, был не жёсткий приказ, но нечто особенное, - ты пришёл сюда по доброй воле?
- Да, - уверенно ответил я.
Вокруг заплясали искры.
- Ты дашь мне свою волю?
- Да.
Танец искр усилился. В груди горело всё сильнее. Ощущение в груди волной разливалось по кругу. Оно словно исходило от Маро и не от Маро, кружилось вокруг меня, но меня лишь лизало.
- Ты примешь мою волю?
- Да.
Всё забурлило. Глаза ничего не видели, кроме горящих глаз Маро, но я ощущал, что горящее нечто закипало и будто хотело накрыть зал. Всё сильнее и сильнее, меня вот-вот затянет в горящий поток. Всё сильнее, волны бьются о стены, поднимаясь до потолка. Ещё чуть-чуть. Совсем чуть-чуть. Ещё одно слово!
- Пришедший сюда по доброй воле, - грудь Маро поднималась и опускалась всё чаще и чаще, - отдающий мне свою волю, принимающий мою волю…
Да, сейчас!
- … ты примешь мою силу?
Поток бешено закрутился. Одно слово и!..
- Да!
Горячее прикосновение ладони к моей шее. Неповторимой силы поток взвыл и будто взорвался всем своим горящим пламенем! И вот, да, сейчас!
- Ответивший на четыре вопроса, пришедший по доброй воле! – воскликнула Маро, отведя руку, так что рукав удивительного платья волной пустился на пол, и казалось, что каждый слой его – это измерения и пространства, сотканные в одежды чьей-то невероятной силой и волей. – Для тебя потоки времени и пространства нарушили ход истории.
Сквозь забурлившее пламя безумно воскликнула Маро.
- Запечатайся же!
Времена, Народы, Нации, Эпохи, Века, Выбор, Города, Столетия, Судьба, Голод, Колесо, Море, Крики, Пространство, Боль, Сферы, Поколения, Вера, Люди, День, Голубь, Океан, Надежда, Стрела, Холод, Гроза, Буря, Отчаяние, Воля, Ночь, Стихия, Клеймо! Времена, Народы, Нации, Эпохи, Века, Города, Столетия, Судьба, Голод, Колесо, Море, Крики, Сила, Пространство, Боль, Сферы, Поколения, Вера, Люди, День, Голубь, Океан, Надежда, Стрела, Холод, Гроза, Буря, Отчаяние, Воля, Ночь, Стихия, Клеймо! Времена, Народы, Нации, Эпохи, Века, Города, Столетия, Судьба, Голод, Колесо, Море, Крики, Пространство, Боль, Сферы, Печать, Поколения, Вера, Люди, День, Голубь, Океан, Надежда, Стрела, Холод, Гроза, Буря, Отчаяние, Воля, Ночь, Стихия, Клеймо! Времена, Народы, Нации, Эпохи, Века, Города, Столетия, Судьба, Голод, Колесо, Море, Крики, Пространство, Боль, Сферы, Поколения, Вера, Люди, День, Голубь, Океан, Надежда, Стрела, Холод, Гроза, Буря, Отчаяние, Воля, Конец, Ночь, Стихия …
***
Вспышка. Секундное замешательство. Огонь погас. Темно. Здесь темно. Минуту, где я?
Я огляделся по сторонам. Темно. Везде темно, невидно ни входа, ни выхода.
- Лис? – прозвучал в тёмном «ничто» неуверенный детский голос.
Я повернулся. Прямо передо мной стояла Лиза. Я могу поклясться, я вижу Лизу!
- Лиза? – так же неуверенно спросил я.
- Лис! Это правда ты? – в волнении детский голос дрогнул.
- Да, но где мы? И почему так странно выглядим? – я оглядел себя и посмотрел на Лизу.
Мы были наги, но казалось, что нас лишили пола. Будто бы нас одели в тельного цвета облегающие одежды, хотя я решительно ничего не чувствовал. Лиза растерянно оглядывала себя, озиралась по сторонам, но вдруг словно поняла что-то и в волнении посмотрела на меня:
- Лис, я не знаю, что это за место, но я знаю одно: здесь мы можем говорить, и нас никто не услышит. Я не могу это объяснить. Мы будто внутри себя, в пространстве души. Лис, послушай! – Лиза в волнении сжала руки на груди. – Вернись! Пожалуйста! Ты совершаешь страшную ошибку!
- О чём ты? – я удивлённо смотрел на девушку. – Я сплю? Таких снов мне ещё не снилось!
- Это не сон! – отчаянно крикнула девушка, отчего у меня резко похолодело в груди. – Мы не спим! Лис, возвращайся!
- Да что происходит? Кто-нибудь объяснит мне? Почему мы в таком месте, если это не сон? Откуда я должен возвращаться?
- Ты что, ничего не помнишь? – голос девушки вдруг сделался тихим и каким-то тревожным.
- Погоди, что я должен помнить? О чём ты? – я напряг память.
- Что ты помнишь? – дрожащим голосом спросила Лиза.
Я потёр лоб.
- Я сидел в замке. Гилиам и госпожа Питтерс уехали. Все куда-то подевались. Я побродил по замку, а потом услышал сигнальную сирену.
- Что было потом? – всё так же тихо спрашивала девушка.
- Потом, - я задумался, - потом Уильям попросил меня сходить с отрядом ополчения, проверить кое-какие данные. Я пошёл и…
Голова заныла.
- Я пошёл и… - я тёр лоб, в голове вдруг образовалась каша. Тогда я кое-что осознал, - я не помню. Мы вышли группой, потом решили разделиться… Тогда…
Голова нестерпимо ныла.
- Мы с Александром вышли датчику… и… и… потом… - моя голова! Она сейчас треснет! – да, я вспоминаю… Я чего-то испугался… Было страшно… Бестии! Точно! На нас напали бестии! Один из них предложил мне уйти, но Александр не захотел меня отпускать. Тогда…
Ну же!
- Я увидел Маро! Да! Точно! Эти монстры пришли вместе с ней! Она требовала ответа от меня, и я согласился пойти с ней! Потом… она что-то ещё говорила… А потом… Нет, я ничего больше не помню.
Голова чудовищно ныла и горела. Да что происходит?!
- Морок! – испуганно вскрикнула Лиза. – Точно! Я так и знала! Не мог ты по доброй воле это выбрать! Я так и знала, что она одурманила твой разум!
- О чём ты? Что я выбрал? – я с опаской глянул на девушку.
- Ты не помнишь? Это понятно! Морок! Она навела на тебя морок, и ты решил остаться с бестиями!
- Что? – я не верил своим ушам. – Что ты несёшь? Как я мог такое решить?
- Это всё Маро! Она одурманила твой разум, и когда я попыталась связаться с тобой, ты сказал, что выбираешь жизнь с бестиями, что становишься нашим врагом!
- Да как такое может быть? Не верю! – я схватился за голову. – Чтобы я выбрал жизнь с мерзкими убийцами? Не верю!
- Но это так! – отчаянно крикнула Лиза. – Но я верила, что ты не мог осознанно этого сделать! Лис! Беги!..
Тёмное измерение запестрило, Лиза скрылась точно за рябью старого телевизора.
- Лис!.. – звучало как издалека. – Лис!.. Возвращайся… Ли…
Всё исчезло. Я вздрогнул и открыл глаза. Минуту я не мог понять, что происходит и где я. Взгляд упёрся в потолок. Было темно, только где-то сбоку слышался шелест.
Я шевельнулся и понял, что всё ещё стою. Шея горела огнем, но всё тело обняла дикая слабость. Да что, в конце концов, происходит? Где я? Куда делась Лиза?
- Очнулся? – послышалось откуда-то справа.
Нет. Нет. Неправда.
Маро! Да где… Погодите! Лиза! Она сказала про морок! Моя голова… она сейчас лопнет!
- Плохо себя чувствуешь? – спросила бестия. – Это нормально. Скоро силы к тебе вернуться. Поверь, я чувствую не меньшую слабость.
Я в полном шоке смотрел на бескровное лицо бестии. Глаза её горели огнём. Как так… Этот монстр!..
- Ну не смотри на меня так, - усмехнулась бестия, - тебе непривычно. Ничего, скоро привыкнешь. Процесс завершён! Пора поприветствовать шелимов в новом статусе!
Процесс? Не понимаю… Моя голова…
- Нужно идти!
Я едва двинулся. Ноги ватные… Что это за место? Бестия подошла к двери и распахнула её.
- Пришедший сюда по доброй воле, отдавший мне свою волю, принявший мою волю и принявший мою силу! Двери распахнуты для тебя! Шиа тех стера шара.
У дверей стояли в поклоне четыре бестии.
- В зал для пиршества! – почти бессвязно проговорила одна из них мерзким хрипящих голосом.
Я ошарашенно глядел на них… Что делать?.. В голове и пламя, и туман… Если не пойду… Я покачнулся. Маро проскользила ко мне и ухватила под руку. Я хотел вскрикнуть и вырваться, но от слабости только слегка дёрнул рукой.
- Держись за меня, я помогу тебе дойти до зала. Только в сам зал постарайся войти самостоятельно.
Я кивнул, не зная, что ещё мне сделать. И Маро повела меня куда-то. Четыре бледные бестии следовали за нами. Пять врагов!.. Ну как же так!.. Я в западне! Бежать?.. Голова…
Маро вела меня по мрачным коридорам без окон. Это база? Точно! Военная база! Это я припоминаю. Ноги еле двигаются, шея и голова всё ещё горят. В груди холодело от ощущения руки на моей руке, но мне не хватало сил вырваться. Мы прошли много, много и вот подошли к большим дверям.
- Держись, - Маро убрала свою руку, и мне стало чуть легче, лёд в груди треснул, - скажи о нашем прибытии! – приказала она своим бледным служанкам.
Четыре бледные бестии подошли к дверям и выкрикнули сиплыми голосами:
- Госпожа и ново рождённый господин. Встать приветствовать!
Двери распахнулись. Маро королевской поступью зашагала вперёд. Я в отчаянии глянул на четверых монстров и пошёл вслед за чудовищем, не зная, что мне ещё оставалось делать.
Зал кишел монстрами всех мастей. Уродливые малы, крылатые уродцы, высшие бестии, похожие на людей! Они выли, свистели и довольно скалили клыкастые пасти, топтались на месте в своём уродливом обличие. Я прошёл за Маро до конца зала, где стояли два больших стула. Маро уселась на один из них. Место слева от неё было занято какой-то темноволосой бестией. Я растерянно глянул на Маро. Та взглядом указала на место справа от себя.
- Ты мой наперсник. Я уважаю тебя. Это место твоё.
- Ага, - слабым голосом брякнул я, падая на высокий стул.
Бестии зашлись в неистовых криках и воющем рычании.
- Ешьте! – Маро махнула рукой. – Сегодня веселье в честь моего возлюбленного и вашего господина! Ешьте же в его честь!
Монстры накинулись на стоящие на длинных деревянных столах миски. Я ошарашенно смотрел на них. Их не меньше сотни! Больше! Я окружён! Почему… почему я здесь?.. Голова… Морок. Маро… Да!.. Я вспоминаю! Я хотел помочь деревни и отсрочить войну, пошёл с шелимами, очнулся на военной базе, а потом… Туман… Морок! Точно! Маро затуманила мой рассудок, желая получить меня вместо Сёрена.
Сознание дикой лавиной рухнуло на мой мозг. Я вспомнил сразу всё. И похищение, и решение остаться здесь, и ссоры, и споры, и процесс! О Боже! Что же я сделал?
Я в ужасе озирался по сторонам. Монстры, чавкая и плямкая, ели из больших мисок лапами. Кости летели куда придётся, другие ели вместе с костями. Вино лилось в прямо в пасти, уродцы выли и улюлюкали. Тупые лица жадно смотрели только на тарелки, хватая без разбора. Вино опьяняло бестий сразу, и они хуже свиней с визгом вались на пол.
И их называл собратьями? Этих убийц? Этих не имеющих разум грязных мерзких животных? Господи, что я натворил?!
***
- Скучно, Маро? – бестия с тёмными волосами хлопнула свою госпожу по плечу.
- Устала. Немного. Всё-таки сегодня было тяжело. Я потратила много сил на Йорена, - женщина окинула взглядом зал, - сегодня их, кажется, больше.
- Что-то новорождённый плохо выглядит, - темноволосая бестия скосила на меня свои тёмные глаза.
- Не можешь привыкнуть к новым ощущениям? – Маро бросила на меня быстрый усталый взгляд горящих глаз.
- Я?.. Я.. да… - меня трясло, слова застревали в горле, глаза начало щипать.
- Ладно, - нехотя протянула бестия, - можешь идти к себе.
Я подскочил и неверной походкой бросился к себе. Уже ничего не видел, только чувствовал, как по щекам бегут горячие слёзы, а к горлу подступает рыдание.
Дверь с грохотом закрылась за мной. Боже…. Что же я натворил?! Что… Что теперь делать?!..
Всё здесь, всё дышало обманом, мороком. Я в отчаянии рухнул на пол в углу, обхватил руками голову и затрясся в беззвучном рыдании.
Боже… Как мне быть? Как, как я мог так поступить?.. Среди убийц… Среди убийц я… Как?... Какой же я идиот! И я в ловушке… Моя жизнь… Моей жизни конец!.. Как я мог остаться с теми, кто хуже любого самого жестокого человека, кто убивает и ради выгоды, и ради развлечения, ради куска мяса, кто играет, как может и как хочет, с чужими жизнями? Ну почему всё так?.. Почему я?.. Моя жизнь… Я… Кто-нибудь!!!
- Лис? – дрогнул детский голос.
Лиза?
- Лиза! – закричал я что было сил. - Лиза… Лиза… ну почему?.. Почему я?... Почему моя жизнь… такая… жестокая… - я захлёбывался слезами. – Почему со мной так… что я сделал?.. Почему я?..
- Говори, говори, не молчи! – голос Лизы звучал в моей голове чётко, словно бы она была рядом.
Я рыдал, ощущая, как плачет вместе со мной Лиза, и жар в груди только усиливался.
- Я столько вам наговорил… - я стиснул голову изо всех сил. – Мэт…
- Ты просто высказал всё, что было на сердце. Попыталась отстранить Мэта и нас, чтобы нам не было больно терять тебя. Но мы всё равно переживаем за тебя! Все в душе надеются, что ты вернёшься!
- Поздно, - я отчаянно сжал голову руками, до боли, - Маро что-то сделала со мной! Я… я окружен… я замкнут… я… я… я погибну здесь!..
- Не погибнешь, - прошелестел безликий голос.
Я вздрогнул и поднял полные слёз глаза на дверь. На пороге стояла полубестия.
***
- Ты… - еле слышно выдохнул я, - ты… ты пыталась меня остановить… Ты пыталась спасти меня… Но… процесс завершился…
- Ещё не поздно, - шелестел безликий голос, глаза, подёрнутые тиной, смотрели на меня живее, чем глаза любого монстра.
- Что?..
- Процесс был сорван в конце, я сделала это, - полубестия прошла в комнату и плотно закрыла дверь.
- Что?.. что ты сказала? – дрожащим голосом спросил я, ослабевшие руки повисли вдоль тела.
- Я и ещё кое-кто сделали это. Мы сорвали процесс в самом конце.
- Почему… ты?.. – из глаз лились слёзы.
- Потому что во мне ещё осталось немного от человека, и я не хочу, чтобы кто-то погиб, как я, - девушка опустила глаза, вдохнула и вновь посмотрела на меня, - я помогу тебе сбежать.
- Как? Как поможешь?..
- Пока Маро слаба после обряда, мы заблокируем её силы и силы всех чудовищ, которые здесь находятся. Но я боюсь, моих сил не хватит, чтоб довести тебя прямо до твоей деревни, - девушка посмотрела на тяжелую дверь.
- Лис? Что происходит? – взволнованно спросила Лиза.
В груди стало горячо, в голове отчаянно забился огонь.
- Лиза! Мне помогут бежать! – крикнул я изо всех сил в пространство душ.
- Что?
- Мне помогут! – повторил я, чувствуя, как в груди зарождается надежда. - Но нужно подкрепление, чтоб кто-то шёл нам навстречу!
- Гилиам! Он с отрядом готов в любую минуту!
- Ты, - обратился я к полубестии, не зная, как её назвать, меня колотила дрожь, - по какому пути мы пойдем?
- Я планировала повести тебя западными лесами, - еле слышно ответила девушка.
- Западные леса! Мы пойдем там! – что было сил, крикнул я Лизе и снова обратился к несчастной полубестии. – Когда?.. Только скажи, когда…
- Сейчас.
- Сейчас? Разве… - запнулся я.
- Я могу. Я приготовила всё заранее, - девушка подошла ко мне и протянула руку, - давай, я сделаю всё, чтоб вытащить тебя. Я уже сказала, во мне ещё осталось человеческое, и оно велит помочь тебе.
Я не верящими глазами глаза уставился на когда-то безжизненную девушку.
- Я… Да! Я согласен! Помощь будет! Они придут! Они ведь придут, Лиза?
- Да! Я сейчас же бегу к Гилиаму! Он не будет мешкать!
- Тогда, - я потянул дрожащую руку к руке полубестии, - тогда… прошу… прошу… помоги…
Я коснулся еле тёплой белой ладони. Глаза девушки, казалось, блеснули решимостью.
- Тогда сейчас! – девушка достала из висящего на поясе мешочка жезл и пистолет, - это твоё. Он заряжен.
Дрожащими руками я взял оружие.
- Когда мы выйдем, я скрою нас своей силой. Ни одно чудовище не сможет ощутить наше присутствие.
Я судорожно кивал. Девушка порылась в мешочке и достала из него барьерные стержни.
- Тогда не будем терять ни минуты! – девушка решительно всадила стержень в пол. – Команда номер три – барьер, запуск!
Ослепительная вспышка озарила комнату. Огромные волны покатилась по всей пещере.
Шею свело, дикая боль ножом вонзилась чуть ниже подбородка. Я отчаянно закричал.
***
- Помоги мне!
- Ты же говорила, сама всё сделаешь!!!
- Ты же видишь, он не может идти! Я прикрою всех нас! Только умоляю, вынеси его наружу!!!
Мужчина нервно рыкнул и сплюнул на пол. Эри ждал другого, но золотые волны барьера отняли у мальчика последние силы, и он, истошно закричав, рухнул на ледяной пол.
- Ладно! – Эри подошёл к мальчику. – Только не думай, что я помогаю тебе по доброте душевной.
- Неважно! Поспеши! – воскликнула полубестия. – Барьер не продержится вечность!
- Знаю! – мужчина взвалил мальчика на плечо. – Давай! Используй свою силу!
Лёгкое прикосновение энергии шаром окутало троих.
- Поспешим!
- Не командуй! Знаю без тебя!
Мужчина и девушка спешно покинули комнату и широкими шагами бросились к выходу из базы. Мимо мелькали коридоры и валявшиеся тут и там бестии, сраженные силой барьера, но они не замечали троих, корчась на полу и воя от боли.
Они бежали, что было сил, и вскоре стальная дверь выхода показалась на горизонте. Скрип, хлопок. И вот уже блеск дня слепит глаза.
Эри поморщился и сбросил мальчика на землю. Полубестия кинулась на колени рядом с ним.
- Ты, послушай, приди в себя! – девушка похлопала мальчика по щекам, глаза скользнули ниже и наткнулись на бурые капли.
Бледная, как неживая, в ту секунду, казалось, стала ещё белее. Резким движением она отдёрнула воротник, дрожь побежала по слабому телу.
- Нет… Такого не может быть… - испуганно лепетала она, дрожащими руками стирая кровь с шеи мальчика.
Сквозь бурые подтёки показались чёрные линии и завитки.
- Нет… - холодела девушка. – Ты, ну же! Ты! – кричала она, тряся мальчика. – Ты! Слышишь?!
Мальчик слабо выдохнул, силясь открыть глаза.
- Ты! Что ты видел во время процесса? Ты слышал слова?! Слова! Ты их слышал? Много слов и картинок, но каждый раз появляется новое слово? Ты их слышал? Ты слышал последнее слово? Ну же!
- В чём дело? – Эри навис над бледной девушкой. – Это же печать. – прошипел он, гневно сплюнув на ослепительно-белый снег. – Ты же говорила, процесс был сорван! Ты солгала?!
- Нет же! Я всё сделала правильно! – девушка в отчаянии схватилась за голову. – Барьер активировался. Но как же… как же так? Я же точно знаю, что сработало!
- Похоже, те железки, что ты нарыла в кладовой, ослабли за время пребывания на базе рядом с врагом, - Эри оскалился и пнул металлическую дверь, - ты же уверяла, что всё пройдёт как надо!
- Я была уверенна! – крикнула ему полубестия.
- Если метка появилась, значит, процесс не был сорван! И Маро пошлёт слуг за ним!
- Я уже сказала, сваливай всё на меня! Возвращайся на базу и уничтожь свой медальон! Тогда Маро не догадается, что ты помогал мне! – девушка вновь затрясла лежащего на снегу мальчика. – Ну же! Вставай! Ну! Мы должны уходить! Ну же!
***
- Вставай! Ну пожалуйста! Очнись же наконец!
Шея горела огнем. Сквозь боль и туман в голове слышался чей-то голос. Я вздохнул и попытался открыть глаза. Белый свет ослепил меня. Я отчаянно зажмурился. Холодно. Я будто лежу на снегу.
- Ну очнись же, мальчик!
Я с великим трудом открыл глаза, немного привыкшие к ослепительному свету. Увиденное было всё ещё нечётким. Я смог разглядеть лишь две нависшие надо мной тёмные фигуры и белые барханы вокруг.
- Больно… - прокряхтел я, прижимая слабую руку к шее. Мокро и горячо. Меня ранили? – Всё болит…
- Вставай! Надо идти! – картинка была ещё нечёткой, но я расслышал взволнованный голос полубестии.
Да, мы же хотели бежать. Она активировала барьер, а потом… Мне больно…
- Где… мы? – еле слышно выдавил я.
- Мы уже на выходе! Умоляю, поднимись! Мы должны бежать! Барьер оказался слабым! Если промедлим, нас убьют!
- Бежать, - я скривился от боли.
- Уходи, - сказала полубестия второй тёмной фигуре, - иначе весь наш план напрасен. Я смогу нести его до встречи с подкреплением.
Фигура не исчезла. Мне больно… Всё ещё ничего не вижу… И холодно…
- Ты… - позвал я, - где ты?.. Не вижу…
- Здесь! – тёмная фигура вновь нависла надо мной. – Надо идти!
- Идти?.. – сознание темнело, тело слабело.
- Нет! Не засыпай! Идём!
Всё темнеет. Я проваливаюсь в темноту.
- Нет, нет! – резко я ощутил ледяное прикосновение, и лучи света вновь проникли в потемневший разум. – Вставай. Я помогу. Давай руку, обопрешься на меня.
Я шевельнул рукой и почувствовал резкий рывок. Меня пытались поставить на ноги… Полубестия… Да, она рядом… Надо очнуться! Но снова темнеет…
- Давай, переставляй потихоньку ноги.
Идти… Да… надо идти… Слишком светло, я ничего не вижу. Только ледяной прикосновение… И ноги вязнут.
- Ну давай, ещё шаг.
Шагать, нужно шагать… Я…
***
Лязганье металла. Огонь. Жажда. Ноги как свинцовые. Крик. Кто-то рядом. Тени. Не вижу. Жар отовсюду. Разруха. Вспышка. Солнце? Молния? Боль в груди. Боль. Боль.
- Стоять! Куда направилась, дрянь?
Разум кольнуло иголкой. Я проснулся и открыл глаза.
***
- Куда направилась, дрянь? И нового с собой прихватила? Видно, зря Маро дала тебе жизнь. Ничего, это поправимо.
Сознание резко включилось, точно телевизор. Я открыл глаза и огляделся. Кругом белыми барханами лежал снег. Я дёрнул головой и увидел полубестию. Оказывается, всё это время она тащила меня на себе. Только вот прошли мы всего ничего. База всё ещё виднелась поблизости. А прямо напротив нас завис в воздухе Эрдин. Под ним, присев, скалил зубы ещё одна служка Маро.
- Что, стерва, думала, не догадаемся, чьих это рук дело? – ехидно усмехнулся Эрдин.
- А я и не думала скрывать, - спокойно и твёрдо ответила полубестия, - я никогда не хотела быть служкой Маро.
- Вот дрянь! – гаркнул Эрдин. – Отдай нам нового сейчас же!
- И не подумаю, - решительно ответила девушка.
- Тогда сдохни.
Эрдин расправил ладонь. Тут же завибрировал воздух, и образовался шар.
- Лови! – монстр с силой толкнул его на нас.
Я вздрогнул, но тут же ощутил, как полубестия закрыла меня собой. Ослепительная вспышка ударила по нам. Я почувствовал жжение, и резкая взрывная волна отбросила меня в сторону. Голова гудела. Всё тело ныло от взрывной отдачи. Девушка!
Мысль о моей защитнице заставила меня тряхнуть головой и, оскальзываясь и валясь в сугроб, неловко и нетвёрдо встать на ноги. Глаза уже чётко видели окружающее, и я судорожно принялся высматривать мою заступницу. Девушка стояла в нескольких метрах от меня. По руке текли струйки исчерна-красной крови.
- Отразила, дрянь? – прошипел сквозь зубы Эрдин. – Ничего, следующей атаки хватит, чтоб сравнять тебя с сугробами.
- Я заберу нового, - второй шелим встал и шагнул ко мне.
- Кто сказал, что я пойду с вами? – прохрипел я.
Шелим ошалело застыл на месте. Я не стал ждать его дальнейших действий, распахнул куртку и вытащил пистолет. Прицелившись, я выстрелил, но слабые руки едва держали оружие, и пули просвистели мимо бестии.
- Мелкий уродец! – взвыл шелим. – Ты предал нас!
- Я никогда вам не служил.
- Ты присягнул Маро!
- Под мороком. Маро управляла моим сознанием, и я делал только то, чего она хотела, но не то, чего хотел я.
Эрдин минуту внимательно смотрел на меня. Его взгляд задержался на моей шее, а глаза злорадно блеснули.
- У тебя на теле остался знак её раба. Он не даст тебе покоя. Как бы ты ни сопротивлялся, он заставит тебя вернуться. Даже если Маро погибнет, она всё равно останется победителем. Она превратила в шелима служку Симона!
- Я не шелим! – гневно выкрикнул я, отшвырнув пистолет. – Я не был, не есть и не буду таким уродом, как ты!
- Мелкий гад! Ты предал нас, и мне плевать на то, что Маро приказала не трогать тебя! – монстр запустил в меня энергошар.
Я увернулся, приникнув к земле. Позади раздался взрыв, и меня обдало горячей волной.
- Хватит с ним играть! Прибей его! Останки кинем к ногам госпожи!
Оба исчадья взвыли, и в меня кометами ринулись горящие шары. Я закрыл голову руками, приготовившись к страшной боли. Взрыв! Жуткий ветер едва не сбил меня с ног. Но боли не было. Я удивлённо отвёл руки и обомлел.
Прямо передо мной стоял Эри. В воздухе ещё виднелся созданный им светящийся оранжевым светом щит.
- Ты… Почему? – поражённо выдохнул я.
- Только не думай, что я вдруг перешёл на сторону Симона и его людей, - скривился мужчина, стоя ко мне в пол-оборота, - и уж тем более не думай, что я стал благородным рыцарем и решил спасти тебя.
- Тогда почему?..
- Барьер, созданный этой дурочкой, оказался сильнее, чем она думала. В одиночку она такое бы не провернула. Маро будет не сложно сложить два и два, чтоб понять, кто ей помогал, - фыркнул Эри и развернулся лицом к врагу, - а у меня должок перед Сёреном.
На груди сверкнуло золотистое кольцо.
- Антибарьерный медальон! – ахнул Эрдин. – Теперь ясно, как ты выбрался с базы!
- Так ты тоже предал нас! – рыкнул второй шелим.
- Неважно, что станет с этим сопляком, Маро всё равно убьёт меня, - горько усмехнулся Эри, - мне претит сама мысль умолять её о пощаде. Если умирать, то как свободный воин. А раз я сделал такой выбор, то должен помочь вам двоим уйти, - он глянул на меня через плечо, - иначе во всём, что мы сделали с этой девчонкой, не было смысла. Только не думай, сопляк, что я буду драться за тебя.
Эри вскинул руку, и поверх неё появился длинный обоюдоострый клинок.
- Ну что стоите? Эй, девчонка! Уводи его. Если вы попадёте под перекрёстный огонь, я не отвечаю за его жизнь.
- Да, - кивнула полубестия и заковыляла ко мне, - встань рядом со мной. Я окружу нас двусторонним барьером.
Вокруг меня зашелестели волны тёплой силы.
- Куда намылились?! – взревел Эрдин, метнув в нас разряд.
Щит Эри отразил его.
- Нападать на тех, кто слабее, - глаза мужчины запылали, - достойно только жалких малов.
Грянул взрыв, и массивное тело Эрдина покорёженной грудой рухнуло на землю.
- Маро тебя уничтожит… - прохрипел он сквозь чёрные потоки, льющийся изо рта, - она освободится от барьерных пут и найдет тебя, где бы ты ни был…
- Я рассчитываю на это.
- Не радуйся своей победе. Ты справился только с одним…
- Приму к сведению, - Эри взмахнул клинком, приготовив его для боя.
Небо потемнело от взметнувшихся в него чёрных фигур.
- Чего ждём? – Эри глянул на нас с полубестией. – Я, кажется, уже велел вам бежать.
Девушка кивнула, и снова тепло окружило нас. Золотистый изнутри шар постепенно скрывал меня и девушку от глаз бестий.
- Ну, удачи, - хмыкнул Эри, глядя на скрывающиеся в шаре лица, и, когда они полностью исчезли, вновь повернулся к противникам, - ну что, мелюзга, нападайте, кто смелый.
***
Я старательно двигал ногами, пытаясь скорее убраться от места битвы. Полубестия, прихрамывая, шла рядом. По руке всё ещё стекала тёмная кровь, но девушка не обращала на рану никакого внимания.
- Нужно остановиться, перевязать её, - я кивнул на окровавленную руку.
- Нельзя, - ответила девушка, - мы ещё слишком близко от эпицентра сражения. Нас могут задеть.
- Я не ожидал от Эри ничего подобного, - я оглянулся на ходу, - но… если это не из-за меня, то из-за кого?
- Он сильнее многих известных бестий. И это его битва за честь. Что бы он ни говорил, он поступил по-настоящему благородно.
- Он погибнет? – в груди шевельнулась жалость.
- Да, - бесстрастно ответила девушка, - Маро недооценивает его. Прежде чем погибнуть, он уничтожит бóльшую часть бестий. Эри будет биться до конца, до последнего вздоха.
- Это правильно – сделать его живым щитом для нас? – я остановился.
- Эри решил погибнуть, чтоб выиграть нам время, дать возможность уйти как можно дальше от базы. Если не хочешь, чтоб его жертва была напрасной, поспеши.
Я неуверенно кивнул и заторопился следом за полубестией.
***
- Держите ружья наготове, мало ли что, - тихо произнёс Александр.
Три отряда ополчения рядами шли по лесной тропинке западных лесов. Утро давно уже осветило землю, сверкающие снежные сугробы и торчащие из них, точно электрические столбы, деревья. Отряды старались двигаться быстро, им нельзя было терять ни минуты. Гилиам шёл впереди. Солнце проливало на него свои яркие, но холодные лучи, и в их свете он казался бледным серым пятном. Однако в тот миг он не был слабым.
«Лишь бы успеть! Лишь бы успеть!» - повторял Гилиам про себя. Он продирался сквозь припорошенные заросли терновника, не обращая внимания на колючие ветки и пробирающийся под тонкую одежду холод.
***
База осталась далеко позади. По крайней мере, мне так казалось. Мы прошагали довольно долго и много, прежде чем отголоски взрывов перестали доходить до нас. Западные леса от базы были нетореной дорогой. Здесь: ухабы и впадины, низины – всё занесло снегом, и нам приходилось прокладывать себе дорогу, тяжёлую дорогу. Страх быть нагнанным гнал меня вперёд.
Полубестия шла всё медленнее. Ко мне постепенно возвращались силы, а девушка, казалось, наоборот постепенно слабела. Кровь всё ещё капала крохотными каплями, оставляя тоненькую исчерна-красную линию на снегу и тут же исчезая. Мы шли всё медленнее. Я поглядывал на девушку и видел, как бледнее и бледнее она становится.
- Мы уже далеко ушли. Можно сделать привал. Надо всё-таки перевязать рану, - предложил я.
Девушка оглянулась, посмотрела на меня и тяжело кивнула.
- Только пройдем ещё чуть-чуть, к ручью.
Ручей был действительно близко. Девушка дошла до припорошенного камня и устало села на него.
- Зачем останавливаться около ручья? Тем более замёрзшего, - спросил я, рухнув на камень рядом.
- Вода искажает обоняние, даже замёрзшая, - произнёс тяжелый бесстрастный голос, - бестии собьются с толку, если попробуют выследить нас по запаху. Здесь я могу немного ослабить защиту.
Девушка с треском оторвала окровавленный рукав, осмотрела рану и попыталась перевязать её. Уставшие руки срывались, не в состоянии завязать узел.
- Я помогу, - я встал с камня и присел рядом на ноги.
Я взял тряпку и потянулся к ране. В груди пробежал холодок. Рана была чудовищно глубокая, едва не до костей. Дрожащими руками я перевязал её, насколько возможно, но было ясно: она может доконать и без того слабую девушку. Я замер в нерешительности. С одной стороны – нужно скорее двигаться на встречу Гилиаму, отряд поможет донести раненную девушку до замка, но с другой – дорога может убить её.
- Не смотри так на меня, - бесстрастный голос, казалось, дрогнул, - это моя оплошность. Я не рассчитала, что барьер ослабнет настолько быстро.
Оплошность? Я замах головой.
- Ты защищала меня. И ранена поэтому тоже из-за меня.
- Я уже говорила: это мой выбор. Не вини себя в чужом добровольном выборе.
Я замолчал, не зная, что сказать. Взгляд невольно коснулся висящего на шее золотого кольца.
- Это антибарьерный медальон, да? Как у Эри?
Девушка кивнула.
- Барьер же не действует на человека. Зачем он тебе?
Полубестия улыбнулась. Да, улыбнулась. Впервые за всё время.
- Ты забываешь: я не человек. Полукровка, проклятая Маро, полубестия, наделённая нечеловеческими способностями. Надо идти. Как только скопище монстров убьют Эри, оставшиеся бросятся вдогонку.
Девушка тяжело поднялась и едва не оступилась. Я подхватил её. Сердце сжалось от боли.
- Обопрись на меня, - я посмотрел на белее белого лицо.
Она подняла на меня свой подёрнутый тиной взгляд. Я впервые посмотрел ей в глаза без отвращения и содрогания, и мне показалось, что в них отразилась немая просьба о помощи.
- Давай, я подставлю руку, обопрись.
***
У базы стихли звуки. Небо чистое и неподвижное. Всё было спокойно, недвижимо, и на лице мужчины с удивительными глазами застыла блаженная улыбка.
***
Время. Шаги. Белые неподвижные сугробы. Лес без конца и без краю. Чёрные стволы. Тяжёлые, тяжёлые шаги. Холодно. И тяжело. Лес. Без конца и без краю.
Мы шли. Каждый метр давался тяжелее прежнего. Лес молчит. Никого кроме нас. Мы шли.
Я чувствовал, как слабеет рука полубестии. На душе становилось всё хуже и хуже. Тяжёлое дыхание набатом звучало в безмолвном лесу. Ноги уставали, но я не смел показать это, упорно вышагивая такие сложные метры. Я знал, как тяжело сейчас ей, идущей рядом, чувствовал тяжесть уставшей руки, слышал громкие хриплые вздохи, ощущал озябшую белую руку.
Я забыл, который сейчас год, месяц, день недели. Всё вымещало бесконечное чёрно-белое пространство, лишь где-то там, на дне сознания, остались мысли о подмоге, о возвращении. Сугробы, сугробы. Кусты, кусты. Деревья, деревья. И снова белая бесконечность. Однажды я уже шёл по такому же пути. Да. Я помню. В тот день, когда погибла Мэгги, был такой же беззвучный бесконечный день, казавшийся мне бесконечным беззвучным бесцветным ничем. Тогда казалось, что моё сердце не билось, я не чувствовал ничего. Только душа болела. Ныла, ныла, ныла, ныла изнуряющей болью. Реальность будто заслонилась от меня белой дымкой, сделав всё окружающее в моих глазах серым и безликим. Да, помню. Тогда мне казалось, что во всём мире нет никого, кроме меня и тела на моих руках, да, что вокруг нас только один зимний лес и он никогда не закончится. Каждый шаг казался мне тогда ходьбой на месте, и чем больше я делал шагов, тем длиннее казался лес. Снег тихо падал, но я не чувствовал его прикосновения. Да. То, что ощущал я тогда… было по-настоящему страшно. В тот день я осознал… Я уже был под мороком. Но не сейчас.
Я глянул на полубестию. Какие тяжёлые шаги. Распахнутые раньше, глаза закрывались. В груди кольнуло. Да. Как в тот день. Двое в лесу. Бесконечное серое нечто. Шаги, шаги. Серое и блёклое. И лишь двое во всём мире. Не надо. Не как тогда! Я знаю, что происходит. Полубестия, она ведь едва идёт!
- Давай остановимся. Ты еле идёшь, - мой голос дрогнул.
Девушка не подняла глаз, продолжала нелёгкий путь.
- Тебе ведь плохо.
- Всё… всё нормально… - выдавил хриплый голос.
- Не нормально, - я тряхнул головой, - это щит, это ведь он забирает у тебя столько сил! Прошу, убери его! Мы уже достаточно далеко от базы, вокруг снег, это ведь тоже вода. Нас не найдут. Прошу, хватит.
- Нет… нельзя. Благодаря щиту, мы не оставляем следов. Если уберу, они сразу нас почувствуют.
- Но ты же…
- Иди. Просто иди.
Чёрно-белая бесконечность.
***
Тянулось время. Отряд делал привалы. Лес словно потерял свой конец. Гилиам вглядывался в горизонт, глаза уже болели, рассматривая одну и ту же картину. Казалось, ничего не менялось. Сколько пройдено, сколько ещё идти, непонятно. Деревню словно поглотила огромная утроба. Куда идут, они не знали. Они шли, шли, даже не представляя, как найдут двух беглецов и есть ли в молчащем лесу кто-то ещё, кроме них.
Три отряда. Каждый идущий бок-о-бок с другим ощущал поглощенность. Или поглощаемость? Будто пространство сжималось до них, до вот этих, идущих бок-о-бок. Бесконечность. Знаете ли вы, что такое тихий зимний лес? Мечты, романтика, пушистый белый ковёр? Кто знает. Мечты? Скорее надежды. В душе горела надежда спасти двух, идущих навстречу. Романтика? Сейчас они чувствовали лишь холод. Пушистый белый ковёр? Ноги устали, всё примелькалось. Белое, чёрное, серое, белое. Холодно, и всё тут.
***
Смазанное пятно, точно кто-то плеснул воды на ещё невысохшую картинку акварелью. Глаза устали. Действительность точно согласилась с правым, покалеченным глазом.
Какие тяжёлые метры. Сколько, сколько ещё их? Сколько мы прошли? Много? А может, мы всё ещё рядом? Нет, базу словно поглотила огромная утроба. Позади нас, впереди нас – ничего.
Я пытался отвлечься от мрачных мыслей, но вместе с усталостью в сознание проникала тревога. Страх, что нас не найдут. Всё сильнее я ощущал страх, что мы одни в этом лесу и никто не придёт за нами. Страх, что кроме нас, никого нет. Я уставал. Нет, надо идти.
Небольшой спуск ноги преодолели с большим трудом. Тонкая рука отпустила мою, и полубестия обессиленно рухнула на снег.
- Прошу, прекрати, - я упал рядом с ней на колени. Я прошу тебя, остановись!.. Хватит, убери щит! Если ты ещё хоть немного его продержись, ты умрёшь!
- Я знаю, - девушка улыбнулась.
- Не надо, - отчаянно зашептал я, - не надо, нет. Только не из-за меня.
- Послушай, - слабо, но так мягко сказала девушка, - несколько лет назад Маро прокляла меня. Сила чудовища начала заполнять меня. Но… я тоже была проклята против своей воли. Я не хотела. Из последний сил, исчезающим сознанием я боролась с ней, с силой проклятья. Я не хотела становиться… одной из них. Мне было больно… меня словно выворачивали на изнанку, но я не хотела сдаваться. Я боролась. Моя борьба родила другую силу, не похожую на проклятье бестии. Я поняла, что могу… от них укрываться. Но моя надежда умерла в тот день. Я уже ни на что не надеялась, ни во что не верила. Проклятье Маро всё же больше сил простой девочки. Нет, оно не подчинило меня, но я стала гнить. Снаружи и изнутри… Меня убивало то, что я не принимала, но и не могла исправить. Я думала, что умру полумонстром в темноте базы… Я начала забываться… всё стало исчезать… Но вдруг я увидела тебя и вспомнила, кто я. Я поняла, что могу… да… я ещё могу быть полезной. Сердце… оно ещё не до конца забыло человеческие чувства. И я хотела помочь. Я просто хотела помочь. Я увидела в тебе себя. Знаешь… я ведь забыла своё имя… И теперь я хочу сделать всё, чтобы спасти такого же, как я… спасти… тебя…
- Прошу, не надо, - я до боли зажмурил глаза, ощущая, как бегут по щекам горячие слёзы, - я умоляю тебя, не надо!.. Я не хочу, чтоб кто-то жертвовал ради меня своей жизнью! Не надо, умоляю! Я не хочу, чтоб ты умирала ради меня! Прошу, остановись. Хватит, хватит…
- Я вижу… не зря… - девушка тихо улыбнулась, но в её улыбке было столько счастья, её глаза заблестели, засияли, как не сияли никогда, - прошу, позволь мне остаться человеком. Я хочу… умереть как человек… Поэтому… оставь меня и иди… Я… больше не смогу продолжать путь… Я уже сказала, не вини себя в чужом выборе.
- Нет. Я не дам… - я отчаянно потряс головой, судорожно дыша, - я ни за что тебя не оставлю! Ты не умрёшь! Я не брошу тебя!
Уставшее тело налилось силой решимости. До боли натерев щёки, я стёр слёзы.
- Давай. Ты несла меня одна от пещер. Теперь я сам понесу тебя! – я приподнял девушку за плечи и, присев к ней спиной, приподнял, держа под ноги, и встал.
Еле тёплые руки слабо, но нежно, приобняли меня за шею. Да, теперь мой черёд! Я не смог ничего сделать тогда, под мороком, но теперь я не останусь в стороне, я всё осознаю.
- Всё, дальше дорога – моя обязанность. В путь! Я донесу тебя!
***
Решимость придала мне силы. Я дышал твёрдо и уверенно, в полном намерении пройти весь лес и принести девушку в замок. Казалось, даже лес сдвинулся, зашевелился, расступился, пропуская, выпуская нас.
Я совершенно не чувствовал тяжести, усталость в ногах прошла, и я шагал, нет шёл, резче и быстрее, чем раньше. Теперь я ощущал, как много оставалось позади. А ещё я понимал, что от меня зависит её жизнь.
Лес, лес, лес. Я шёл, прокладывая себе дорогу через сугробы и снежные заносы. Девушка держалась за меня своими еле тёплыми руками. Я чувствовал её дыхание на своей шее.
- Знаешь, - заговорила она, - я ведь ни разу не помогла Маро. С тех пор, как она прокляла меня, я выполняла только черновую работу в пещерах, чтобы бестия меня не убила. Словно чувствовала, что мне ещё стоит жить. Когда Маро не обращала на меня внимания, я часто рылась на складе оружия и боеприпасов, отобранных у людей твоей деревни.
- Зачем?
- Не знаю. Я словно искала там ответ на какой-то вопрос, - девушка улыбнулась, - иногда я чувствовала, что эти вещи роднили меня с людьми, словно я ощущала себя человечнее, прикасаясь к тому, что принадлежало людям. Забавно, ведь это всё было оружие, но от него не исходила жестокость. Наоборот. Такой приятный золотистый тёплый свет. Тогда я и нашла то, что называют основой барьеров. Те заострённые палочки. Как-то раз я слышала, как сопротивлявшийся Маро мужчина, назвал команду и запустил защиту. Я запомнила тогда слова, правда, не думала, что когда-нибудь они мне пригодятся.
- А эти штуки? – я вспомнил золотое кольцо на цепочке, висевшее на шее у Эри и полубестии.
- Антибарьерные медальоны?
- Да.
- Нет, я нашла их не в хранилище. Ваши воины такого не делали. Это дела шелимов. Кто-то из слуг Маро подумал, раз есть сила барьера, то должна быть противоположная по вектору сила. Где он проводил опыты, я не знаю, но однажды Эрдин принёс Маро целую коробку таких медальонов. Надевшая его бестия могла пройти почти сквозь любой барьер, кроме тех, что самого высокого уровня.
- Вроде того, что защищает мою деревню? – спросил я.
- Да, - кивнула девушка, - сквозь него бестиям всё равно не пройти. Они лишь могут ошиваться поблизости.
Солнце давно уже спряталось за серым снежным слоем. Нет, оно ещё не клонилось к закату. Оно лишь пряталось где-то там, где-то за серой далью, пряталось, как мы. Я глянул под ноги. Белый ковёр едва приминался под нашим весом.
- Ты всё ещё поддерживаешь щит?
- Да.
- Прошу, убери его, - я повернул голову и с тревогой глянул на бледное усталое лицо.
- Нет, - девушка покачала головой, - я доведу до конца то, что начала на базе. Я не уберу щит, пока ты не окажешься под защитой воинов. Я успокоюсь только тогда, когда буду знать, что ты в безопасности.
Я хотел возразить, но… Я хочу, чтоб она выжила. Я вдруг понял то, что она говорила раньше, вдруг всё осознал. Вот так внезапно.
- Скажи, - несмело произнёс я, - ты правда… правда… Ради меня… Просто так…
- Да, - тихо отозвалась она.
- Вот так просто, не прося ничего взамен?
- Да.
- Но ведь я… после того, о чём я думал… - в голове мелькали воспоминания.
- Просто забудь. Ты другой. Ты не такой, как бестии.
- Но такой ли я, как человек?
- Ты пожалел Эри, ты жалеешь меня. Жалость – чувство, которое способен испытывать только человек.
- Меня всегда раздражала жалость.
- Почему? Жалеть может только тот, кто любит.
Я остановился.
- Любит?
- Да, - кивнула девушка, - если тебя жалеют, значит, по-настоящему беспокоятся о тебе, значит, по-настоящему человечны. Снег пошёл.
Я поглядел в серебристо-белое небо, откуда опускались белые пуховые точки.
- Я всё думаю, почему Эри вдруг решил спасти меня.
- Ты похож на Сёрена, - откликнулась девушка.
- Я слышал это от Эри и от Маро, но… - я задумался, - я видел Сёрена на поляне и не нахожу совершенно ничего общего.
- Возможно, вы были похожи до обращения Сёрена.
- До обращения? – удивлённо спросил я.
- Да, - кивнула девушка.
- Погоди, - я снова замер, - ты хочешь сказать…
- Да, Сёрен не был шелимом.
Так вот оно что! Точно! Я помню завитки татуировки на его шее. Так это была печать Маро!
- Неужели отпечаток силы Маро так сильно его изменил?
- Я не знаю, - девушка покачала головой, - он появился задолго до моего обращения. Знаю только одно – он не шелим и пришёл откуда-то из вашей деревни.
Постойте… Я… Не может быть…
- Что с тобой? – спросила девушка.
- Просто одна догадка. Скажи, о каком долге перед Сёреном говорил Эри?
- Сёрен спас Эри от смерти ещё в Шаре, когда сам только обратился и был ещё слаб. Он много рассказывал Эри о своём мире, а Эри рассказывал ему о Шаре и о том, какой раньше была Маро.
- У тебя есть друг?
- Наверное… когда-то был… А у тебя?
И вновь я замер.
- Да, - улыбнулся, - есть. И не один.
***
Белые невесомые точки беззвучно тянулись друг за другом к безмолвному белому пути. Мучительно медленно ползли мимо тёмные остовы съеденных зимой деревьев.
Ноги нестерпимо ныли и вязли в снегу, точно свинцовые. То и дело сводило мышцы. Чем глубже уходил к земле, чем тяжелее становилось прокладывать дорогу, тем чётче становилось осознание, что щит ослабевает. Значит, слабеет она.
Холодные бледные руки слабо держались за мою шею. Нет, не думай об этом. Надо идти, я просто должен идти. Усталость отдавалась нытьём в каждой клеточке. Дышать сложнее.
- Оставь меня… - еле слышно прошептал голос.
- Ни за что, - выдавил я сквозь тяжёлые вздохи.
- Я передам тебе свои силы.
- Побереги их для себя. Я сказал, я донесу тебя.
- Скажи мне… своё имя…
- Адальжис, Адальжис Беранже.
- Адальжис, - полушёпотом повторила девушка и слабо улыбнулась, - какое красивое имя…
- Знаешь, я ведь его едва не забыл, - в душе потускнело от грязных воспоминаний, - но ты и Лиза… нет, всё благодаря тебе. Ты разбудила меня, и то, что я почти забыл, что я человек, что у меня есть воля и сердце. И имя. Ты всё мне вернула. Спасибо тебе.
- Спасибо?.. – еле слышный голос дрогнул удивлением, словно она на секунду очнулась от сна. – Ты благодаришь… меня?
- Да, - отозвался я, - благодарю. За всю благодарю.
Я шёл вперёд.
- Меня никто не благодарил… уже давно, - губ коснулась улыбка, в полузакрытых глазах дрогнули слёзы. – Как бы я хотела вот так снова, рядом… Чтобы ты снова сказал это, назвал меня по имени. Я так хочу вернуть себе имя…
- Ты вернёшь, - решительно и громко сказал я, - я верну его тебе. Как только мы окажемся в замке, я перерою всю документацию и найду твоё имя. Это обещание! Ты снова услышишь своё имя. Я верну его тебе, я обещаю.
Я шёл вперёд.
- Спасибо тебе… за всё.
- Это я тебя должен благодарить. Вот погоди, ты увидишь ещё замок. Он огромный и пугающий, но удивительный! А ещё удивительней его обитатели. Нет, они не пугающие. Они забавные. Такие шумные, вечно спорят о чём-то. Но знаешь, я только сейчас понял, как это здорово. Когда тебя окружает много весёлых людей, это так замечательно. Тебе понравится, я уверен. Я обязательно познакомлю тебя с Мэтом. Мэт, он такой хороший парень, всегда жизнерадостный всегда отзывчивый, всегда заботливый. Он настоящий друг. Друг? Да, друг. И вы подружитесь. Лиза и Нелл тебя окружат заботой и вниманием. А, есть ещё Шенна. Она кажется глуповатой и склочной, но на самом деле не чёрствая. Только стесняется это показать, но я думаю, вы тоже подружитесь. Эд вообще будет безумно рад. Он всегда рад новым знакомым. Я забыл о Брайане! Он показался мне мрачным и очень агрессивным, но он так отчаянно нас защищал, когда мы оказались в беде. Кто знает, может он в душе добрый и ранимый. И я обязательно познакомлю тебя с Гилиамом. Он странный, очень странный, ты поймешь, почему. Но он очень внимательный, ответственный, заботливый и мудрый, да, только сейчас понимаю, что он по-настоящему мудрый. Он наверняка обрадуется тебе и постарается окружить максимальным вниманием. Госпожа Питтерс, это директор, строгая, сдержанная, но она руководит целым приютом, так что думаю, с ней проблем не возникнет. А ребята наверняка захотят устроить вечеринку в твою честь. Ты увидишь настоящее веселье! Тебе обязательно понравится, я даже не сомневаюсь. И деревня тебе понравится. Она маленькая, но уютная. Мы скоро до неё доберёмся. Вот увидишь, ты будешь счастлива.
***
Снег падал, падал и падал, заметая следы, запорашивая тореную дорогу. Тёмное пятно. Фигура. Шёл, нет сил. И упал. Рухнул в снег. И тишина.
***
Ноги… больше не движутся… Тело тяжёлое… Не могу больше сдвинуться… Холодно, очень холодно.
- Не… могу… - всё, что выдавил я, едва слышно.
Холодно. Белые безмолвные точки беззвучно тянулись ледяным хаосом. Тяжело… больше… не могу… двигаться… Ледяные белые руки касаются щеки. Я… уже… не могу…
Снег… падает на меня… на руки… в глаза… Закрывает… это… всё?.. Неужели… так… всё… закончится?..
Холодно… замерзаю… Глаза… закрываются… Пятно… далеко… пусть… не могу…
***
- Господин Гилиам, мы прошли уже довольно много. Всё ли нормально? – седоватый у висков ополченец с тревогой поглядывал то на сереющий горизонт, то на командующего.
- Хочешь сказать, что мы никого не найдём? – Гилиам резко развернулся и пристально, даже несколько гневно глянул на подчинённого.
- Я не… - мужчина осёкся и растерянно посмотрел на командира.
- Вы считаете, что Маро настигла беглецов? Что нам некого спасть? Что мы зря идём? Или что мы не туда идём, не там ищем, не встретимся с ними? Так вот, я вам напомню, что я не зря поставлен командующим ополчения. У меня огромный боевой и жизненный опыт. Я знаю, что им удалось сбежать, что они пойдут именно по этому пути и мы скоро до них доберёмся. Или вы не верите мне и сомневаетесь в способностях Лизы?
- Нет, нет, что вы! – спешно замахал руками ополченец. – Мы не сомневаемся ни в вас, не в юной леди.
- Замечательно, - Гилиам кивнул, - тогда продолжаем путь. Мешкать мы не имеем права.
Нет, он не был рассержен на подчинённого. Сомнение и страх уже давно бередили его душу. Но он командир, человек, который всё знает, всё умеет, знает выход из любой ситуации. Покажи он свои истинные чувства, страх и паника моментально врезались бы в мозги, и шаг невольно замедлился. Нет, он не мог подвести группу и тех, кто ждёт его. Непременно ждёт. Они ведь живы, да? Вопрос, мучивший его. Живы, живы, они живы, они непременно живы! Надо двигаться! Жить только это мыслью.
Гилиам окинул решительным взглядом горизонт. Среди снежных барханов, среди потемневших стволов голых деревьев, сквозь белизну проступало чёрное пятно. Мужчина внимательно присмотрелся и вздрогнул. Из груди вырвался сдавленный крик, и командующий со всех ног бросился туда.
- Господин Гилиам! – окликнул его Александр.
- Сюда! – на бегу прокричал мужчина. – Они здесь!
***
Холодно… замерзаю.
Глаза… закрываются… Пятно.
Далеко… пусть… не могу.
Всё…
- С..да… н.. зде… - что… это?.. звуки… я заснул?.. – Сюда! Скорее! Адальжис! Адальжис, ты слышишь меня?!
Щеки коснулось что-то обжигающе горячее. По телу пробежала дрожь. Я… где… голос… я… Гилиам!
Глаза невольно распахнулись. Сквозь занавесу налипших на ресницы снежинок я увидел раскрасневшееся от волнения лицо замдиректора. Неужели… они пришли?!
- Адальжис, ты меня слышишь? Помогите мне, скорее!
Ополченцы тут же обступили меня, помогая Гилиаму поднять девушку. Только она оказалась в руках командующего, я приподнялся на слабых дрожащих руках и попытался встать, но замёрзшие ноги не слушались меня.
- Адальжис! – оказавшийся вместе с Гилиамом Александр бросился ко мне, обхватил за плечи и помог перевернуться лицом вверх.
Тело точно каменное, едва двигалось. Такая слабость. Я посмотрел на Гилиама. Он приобнял девушку одной рукой, другой щупал на шее пульс. Рука дрогнула, и мужчина несмело посмотрел на меня.
- Я знаю.
Гилиам опустил глаза.
- Прости, - полушёпотом сказал он, - это наша вина. Мы слишком долго шли.
- Вы не виноваты. Здесь нет виноватых…
Гилиам растерянно и одновременно удивлённо посмотрел на меня.
- Прошу, - позвал я, - отнесите её в замок. Она… человек.
Гилиам прижал к себе девушку и решительно мне кивнул.
- Я бы не оставил её в любом случае. Александр, - обратился замдиректора к ополченцу, - понесёте Адальжиса, а я понесу эту девочку.
- Да, конечно, - кивнул мужчина.
- Но сперва… - Гилиам передал девушку в руки помощника и придвинулся ко мне, держа в руке флягу с прорезиненным горлышком, - вот, выпей, - он открутил крышку и придвинул флягу к моим губам, - постарайся до конца.
Я глотнул, глотнул ещё. Пить было тяжело, но я послушно, прерываясь, делал глоток за глотком. Через десять минут фляга наконец-то опустела.
- Всё, теперь отправляемся! – скомандовал замдиректора.
Александр присел спиной ко мне и я обхватил его шею замёрзшими руками. Мы пошли. Рядом всё время шёл Гилиам, неся девушку так, как недавно нёс её я. Снова шаг за шагом. Свинцовое тело всё ещё не двигалось. Я стал проваливаться в темноту. Вот-вот засну.
Только решил, что холод уже утянул меня в сон, по телу неожиданно разлилось тепло. Я открыл глаза и ощутил бодрость и силу, словно проспал не один день, словно не было этого тяжелого пути. Я оглянулся и посмотрел на воинов. Они прошли, пожалуй, даже больше, чем я, но продолжали довольно бодро двигать ногами. Не знаю, что случилось, но теперь и я могу идти.
- Пожалуйста, отпустите меня, - сказал я Александру, - я уже могу идти сам.
Мужчина не стал возражать, и скоро я уже шел по проложенной воинами дороге назад к замку.
***
Небо темнело с каждой минутой. С каждой минутой усталость всё сильнее и сильнее наваливалась на меня. Не помню, как я оказался снова на спине у Александра, сон уже сморил меня.
***
Прошёл не один час, прежде чем отряд Гилиама ступил на единственную дорогу деревни. Ночь уже давно накрыла деревню, но во многих окнах ещё горел свет. Кто-то, не спавший от волнения, ходил по двору туда-сюда. Только силуэты воинов показались в конце улицы, не спавший мужчина без слов влетел в дом, и уже через несколько минут вокруг отряда собралась почти вся деревня. Без слов они сопровождали его до самого замка. Гилиам поднялся на порог, повернулся к жителям и благодарно им кивнул. Двери замка закрылись.
- Это он! Они пришли! – тут же зазвенел немного заспанный, но счастливый голос.
К мужчинам навстречу бросились подростки.
- Тише, пусть он спит, - шепотом произнёс Гилиам, кивнул на парня на спине Александра, и снова взглянул на ребят, - Мэтью, Эдвард, Шенна, Хелен, Лиза. И даже Брайан. Почему вы здесь?
- Вы думаете, мы могли бы уснуть? – прошептал в волнении Мэт. – Когда Лиза сказала, куда вы отправляетесь, мы не могли найти себе места. Просто пришли сюда и ждали.
- Вы ждали всё это время, пока мы были в походе? – удивился Гилиам.
- Конечно, - Мэт уже маячил возле спавшего друга, - вообще-то мы хотели пойти с вами, но госпожа Питтерс не пустила и приставила к нам охрану, чтоб не сбежали.
- Не тревожьте его, - вздохнул замдиректора, - я знаю, вы хотите скорее с ним поговорить, но он пережил тяжёлый путь, ему нужно восстановить силы. Он проспит не меньше суток.
- Кто это? – Шенна указала взглядом на девушку на спине мужчины.
- Это ведь она? – Лиза подошла к бледной девушке. – Она помогла ему бежать?
- Да, - кивнул мужчина, - только она…
Он не закончил, но все уже поняли это. Девушки не взвизгнули и не отшатнулись, но лишь печально опустили глаза.
- Не будем здесь стоять, - опомнился Гилиам, - Александр, отнесите Адальжиса в его комнату. Путь закончен.
***
Воцарилась спокойная ночь. То ли потому что ветер разогнал облака, то ли потому что двое спаслись от бестий, небо сверкало золотыми огнями бесчисленных звёзд как-то по-особенному ярко и трогательно. Свет в замке погас. Деревня уснула.