Хитрый ниндзя. Мои книги. Любителям фэнтези сюда! (ориджиналы и фанфики)

«Прости, Амарор, но это всё. Всё закончено. И я могу уйти… до поры… до времени… Что это? Неужели? Значит, всё-таки ты… Не плачь. Я обещал: ты не умрёшь. Никто не умрёт. Это для вас. Пусть разольётся золото. Оно не обожжёт. Прольётся вокруг, пронзит стены, промчится по дому Симона, проникнет в каждую комнату и в каждое сердце. Не печальтесь. И в этот час детей Симона коснулось наше белое крыло. Ты спишь? Поспи. Когда глаза твои откроются, мир будет для тебя другим. Что ж, я сделал всё, что мог. Лучи? Откуда? Это... Это!.. Рассвет! Не… неужели?.. Неужели я… его увидел?! Так тепло в груди. Я… я наконец-то его увидел… Наконец-то… на душе спокойно...

С момента моего бегства из пещер прошло уже четыре месяца. На дворе лето. Школьные занятия закончились, сменившись долгожданными каникулами. За всё прошедшее время я ни разу не вспоминал о насыщенной событиями зиме, но почему-то вспомнил сегодня. Я подошёл к зеркалу, висящему на дверце шкафа, и в тысячный раз принялся разглядывать татуировку на шее. Такая же, как была, совсем не изменилась. Не изменился и я. Гилиам говорил, что после обряда человек теряет свою человечность уже через два месяца, а прошло четыре. Значит, проклятье не сработало. Тогда мне здорово повезло. - Лис, ты здесь? – Мэт приоткрыл дверь...

«Как бы я хотела вот так снова, рядом… Чтобы ты снова сказал это, назвал меня по имени. Спасибо тебе за всё». Впервые я не видел во сне кошмаров. Я лежал с закрытыми глазами, стараясь как можно чётче сохранить в памяти белое, изнеможённое, но счастливое лицо. Я вернулся. Я в замке. Мне не верилось. Ещё день назад (а может, больше) моя жизнь казалась конченой. Кругом выли и бесновались монстры, витал морок, следил за мной чудовищно хищный взгляд человекоподобной убийцы, мощные стены базы сомкнулись вокруг, как силки. Теперь я свободен. Солнце проливалось сквозь неплотно закрытые шторы, и я кожей ощущал его тёплые, так непохожие на безжизненный ледяной свет базы лучи...

Я долго спал, но после сна чувствовал себя совершенно разбитым. От мерзкого пробуждения ныла голова. Я не пил вчера спиртного, но чувствовал себя так, будто приговорил все запасы. Что за ерунда? Только утро, а настроение уже крайне паршивое. - Полукровка, - прошипел я. И всё из-за неё. Не зря Маро опасалась, что она испортит меня...

И снова трудовые будни. Теперь уже не только Брейк привык просыпаться под вопли. Временно живущие в поместье Рейнсвортов сразу пять герцогских семей каждое новое утро начинали с подпрыгивание на кровати от чьего-то очередного вопля. Алиса, Элис, Оз и Шерон ещё чуть-чуть подросли и пока на этом остановились. С госпожой Шерил произошло куда больше изменений. Через пару дней герцогиня уже твёрдо держалась на ногах и ходила без посторонней помощи. Ещё пару дней спустя возраст стёрся и для её лица. Конечно, она не стала молоденькой девушкой, но теперь выглядела не как бабушка, как зрелая женщина. Оз...

Королевский дворец с утра стоял на ушах. Гудение гигантского золотого улья могло бы оглушить всякого, кто рискнул приблизиться едва ли к подъездным воротам. Благо Его Величество предусмотрительно издал указал о том, чтобы отгородить центральную дорогу и ворота от населения. Мужская его часть лишь пожала плечами, дамы же устроили огорчённый гогот. Заявления стражникам, что никто не собирается нападать на дворянских господ, лишь «чуть-чуть посмотрим», силы не возымели. Ещё вечером до знаменательного события гвардейцы в прочных доспехах (на всякий случай) выставили заграждения и караул. Дамы обиженно повздыхали и быстро нашли разрешение своей «ужасной» проблемы...

- Джек! – раздался яростный вопль. Джек успел резко развернуться и перехватить косой меч. - Господин! – вскрикнул Винсент. Уже в который раз два старых друга, два непримиримых врага вступили в битву. В прошлый раз Глен думал, что настроен решительно и уничтожит Джека, но в этот раз ярость и решительность полыхали в груди в десятки раз сильнее. Джек сражался всей силой Чёрного Кролика, потому что не мог проиграть в этот раз. Коса и меч сверкали без конца в воздухе, дождь искр осыпал подземелье, противники получали одинаковое количество ран. - НЕТ, ДЖЕК/ГЛЕН!!! – прозвенел одновременно крик. В своих душах почти бессильный Оз и почти бессильный Лео схватились за тех, кто управлял их телами...

«Глен велел преследовать всех слуг поместья Безариусов и Аду Безариус, выпытать у них правду о местонахождении Оза и убить, независимо от ответа». Так сказал герцог Руфус Барма, едва они пересеклись с Заи за территорией разрушенного поместья. Не помня себя от страха, старший Безариус сорвался с места и велел Грифону мчаться на всех парах туда, где Ада. «Подлец! – рычал про себя Заи. – Он же обещал, что не тронет членов моей семьи!». Сердце гулко и быстро стучало в груди, билось синхронно с жилкой на виске. Заи без конца подгонял Грифона, ему всё казалось, что тот летит недостаточно быстро. «Плевать, что там задумал Глен, но он не посмеет тронуть мою дочь!»...

Силы покидали раненное тело альбиноса. Кровь уже не шла из раны на груди, но слабые руки уже едва держали меч, а ноги с трудом переставлялись. Времени осталось слишком мало, и нужно было направить оставшуюся жизнь на то, чтобы хоть как-то помешать Глену. Брейк по-настоящему был рад увидеть у поместья Гила. Найтрей разорвал связь между своей судьбой и судьбой Глена и теперь мог ему противостоять, но против Бармаглота и ещё нескольких десятков сильнейших цепей даже Ворону не выстоять. Что-то нужно было предпринять. Отдав указания темноволосому мужчине, Брейк знал, куда направляться. Ноги еле шевелились,...

В измерении Чешира тихо и спокойно. Кот взял на себя роль часового, твёрдо решив и дальше быть рыцарем для своей прекрасной дамы. Меланхоличное выражения лица сменилось выражением настороженности и ожидания. Когда враг нападёт, каждая секунда будет на вес золота. Алиса не утратила боевой дух. Тем сильнее хотелось сражаться, чем слабее становился Оз. Ему нужна была передышка от Ворона, но без присмотра Гила снимать печать безрассудно. Это тело Джека, он легко одолеет разум Кролика. Приходилось терпеть слабость, собственную беспомощность, и только горячая рука Алисы и их особенная глубинная связь придавали капельку сил...

Усталость подходила не только к Глену и Озу. Едва оправившаяся от нападения герцогиня Рейнсворт держалась в своём кресле прямо и уверенно, но и её силы уменьшались. Заботливые слуги спешили накормить и обогреть хозяйку, но больше всего Шерил требовался отдых и физический, и моральный. Однако вместо него женщина продолжала перечитывать многочисленные записи Бармы. Если он без посторонней помощи докопался до правды, наверняка где-то оставил какие-то заметки. Раньше красноволосый ухажёр держал информацию исключительно в своей голове, но возраст брал своё, память начала подводить, и всё чаще Барма обращался к записи, разумеется, шифрованной, в своих книгах...