Алексей не любил июль. Когда солнце стояло в зените, воздух становился вязким, как кисель, и мешал думать. Приборы в лаборатории грелись, цифры на бумаге плыли, а коллеги слишком громко смеялись в коридоре. Он предпочитал январь. Чёткий. Холодный. Честный. Когда дыхание превращается в пар, а мысли застывают, как лёд на окнах. Но сейчас был 1973 год, научный городок, и практика. Алексей стоял у крыльца института и привычно коснулся подбородка. Пальцы нашли знакомую точку — там, где кожа чуть шершавее. Это успокаивало. Возвращало границы тела, когда мир вокруг слишком давил. — Алексей, пойдёшь гулять? Голос за спиной был чётким. Без заискивания. Без лишней мягкости. Он не обернулся сразу. Сначала закончил мысль, которую держал в голове — расчёт поля, который не сходился на три процента. Потом медленно повернулся. Софья смотрела на него прямо. В глазах — спокойная сила. Она не ждала разрешения. Она предлагала. — Нет, — сказал он. Коротко. Без злобы. Просто констатация. Ему не хотелось гул