Сераль сорока гурий
О существовании гарема они узнали совершенно случайно, и произошло это уже после того, как Громов окончательно решил, что дворец, каким бы огромным он ни был, всё же можно привести к более-менее рациональному состоянию, если закрыть половину помещений, превратить два зала в архив и лабораторию, а сад оставить в покое — главным образом потому, что дух фонтанов после первого же намёка на ликвидацию зелёных насаждений едва не впал в водяную истерику.
— Нам нужен кабинет, архив и лаборатория, — повторил он тогда, больше для собственного успокоения.
— И библиотека, — добавил Костяной.
— Хорошо, библиотека.
— И лаборатория для некромантии.
— Это и есть лаборатория.
— Нет, — спокойно пояснил Костяной. — Это другая.
Громов на минуту закрыл глаза.
— Я начинаю понимать, почему у нас тридцать шесть комнат.
Они как раз проходили по одному из длинных коридоров восточного крыла дворца, где стены были украшены резными деревянными панелями, изображающими сцены из каких-то древних сказаний, когда впереди обнаружилась высокая резная дверь, запечатанная тяжёлой золотой печатью.
Печать была украшена знаком джиннов Корпорации.
Громов остановился.
— Интересно.
Костяной провёл пальцами по печати.
— Контрактная магия.
— Открывается?
— Да.
Он коснулся печати, и та тихо рассыпалась золотой пылью.
Дверь медленно распахнулась.
И в тот же момент изнутри донёсся такой взрыв голосов, что оба сыщика невольно отступили на шаг.
В огромном зале, украшенном шёлковыми занавесями, коврами и низкими диванами, находилось сорок молодых женщин, одетых в лёгкие восточные одежды, и пять евнухов, которые в данный момент пытались одновременно навести порядок и объяснить всем присутствующим, что произошло.
На мгновение наступила тишина.
Сорок пар глаз уставились на Громова и Костяного.
Потом началось.
— О повелители!
— О господа!
— О свет очей наших!
Одна из женщин уже плакала.
Вторая всплеснула руками.
Третья с отчаянием произнесла:
— Мы так долго ждали!
Громов медленно закрыл дверь.
— Мирослав.
— Да.
— Скажи мне, что это не гарем.
Костяной немного подумал.
— Боюсь, это именно гарем.
Громов снова открыл дверь.
На этот раз женщины уже столпились у входа.
— О повелители! — заговорили они почти хором. — Наконец-то вы пришли!
— Стоп, — сказал Громов.
Гул стих.
— Произошло недоразумение.
В зале повисла тревожная тишина.
— Мы, — продолжил он осторожно, — не собираемся пользоваться… гаремом.
Тишина продлилась ровно три секунды.
Потом началась паника.
Кто-то заплакал. Кто-то вскрикнул. Кто-то в отчаянии лёг на ковёр. А один из евнухов решил утопиться и полез в фонтан.
— Они нас отвергают!
— Мы им не нравимся!
— О Аллах милостивый!
Один из евнухов, высокий человек с невероятно серьёзным выражением лица, подошёл ближе и тихо сказал:
— Господа… по дворцовому этикету подобное положение вещей крайне необычно.
— Я понимаю, — сказал Громов.
— Гарем существует для того, чтобы им пользовались.
— Я понимаю.
— Иначе возникает… моральный кризис.
Громов посмотрел на Костяного.
Некромант некоторое время наблюдал за происходящим.
Потом сказал:
— У меня есть решение.
— Очень надеюсь, — мрачно ответил Громов.
...................................................................................................................................
Главу можно прочитать полностью по ссылке ниже:
Со всеми имеющимися главами повести можно ознакомиться по ссылке ниже:
Подборка на Дзене: