Людмила Райкова.
Глава 18.
- Что вы себе позволяете!? – Маня сознательно громко топая ворвалась на кухню. В руке каким-то образом оказалась массивная ложка для обуви. Глаза метали молнии.
Рептилоид выронил из рук чашку которую нёс от кофемашины, на сером плиточном полу звякнуло, осколки брызнули в разные стороны, по полу расползлось коричневое пятно. Но ни один из них даже на секунду не опустил взгляда вниз. Они смотрели друг на друга, Маня злобно, рептилоид рассеянно. Он овладел собой первым:
- Что вы курите?
- Яву классическую красную. – Выпалила Маня и поняла, что попалась. Вопрос всего лишь отвлекающий манёвр, и она ринулась возвращать себе инициативу.
- Зубы не заговаривай, Алекс! Я всё поняла! Ты акционер, тот самый, который не приехал на встречу, мол потому что занят. А важным делом было похитить меня. Напугать, поэтому ты притворился рептилоидом. Напугать получилось, а на остальное не рассчитывай. Не получится добиться своего!
- Чего же?
Алекс-Вася смотрел на фурию и гадал могли ли его охранники устроить подставу. Чтобы содрать с него десяток дополнительных миллионов, прежде чем выпускать за кордон. Парни народ наёмный, гонорар за вывод из дела опасного свидетеля получили. Но человеку всегда мало. Проследили, узнали по какому маршруту он ночами катается на снегоходе. Устроили засаду и толкнули тётку прямо на дорогу. Может специально расчистили, чтобы не насмерть. Просчитали, что скорую он не вызовет, свети́ться нельзя. Мог конечно оставить на дороге и ретироваться. Тогда бы уже утром ему прислали снимки аварии и предъявили счет. А он поступил строго по их сценарию, притащил эту психованную в своё укрытие. Она всю ночь делала вид что без сознания. А с утра затеяла спектакль.
- Сам знаешь! – Ответ соответствовал вопросу.
Маня тоже взяла паузу, ей безумно хотелось пить. В горле пересохло она закашлялась и отвела от противника взгляд. Искала стакан, готова была нацедить в него прямо из-под крана воду.
- Где вода? – Выдавила она из себя.
Рептилоид Алекс повернулся, шагнул к навесным шкафчикам, вытащил маленькую бутылочку и направился к Мане:
- Стоять!
Алекс поднял в руке бутылку.
- Ставь на стол и отойди на три шага к окну. – Маня выставила перед собой ложку для обуви.
Рептилоид посмотрел на образ воительницы и захохотал. Тётка с всклоченными наполовину седыми волосами, расцарапанной щекой, росточком с его десятилетнего Егорку, угрожая ему ложкой для обуви устроила допрос. Не-ет, такой экземпляр для подставы не годится. Здесь что-то другое. Тётка тем временем шагнула к столу, схватила бутылку с водой и замерла в нерешительности. Одной рукой крышку не открыть, а вторая занята оружием.
- Два шага назад! – Неуверенно скомандовала она. Алекс выставил вперед обе руки и начал отступление. Грех смеяться над слабыми, кто-то там наверху решил напомнить ему эту простую истину. Правый домашний тапок остался на местё, а голая пятка опустилась на осколок разбитой чашки.
- А-а-а – завопил он, подтащил рукой один из стульев, окружавших овальный кухонный стол, плюхнулся на него и задрал проткнутую осколком ногу. Маня бросила бутылку и оружие на стол, бросилась к раненому, и ахнула. Коричневое пятно на полу размывалось красными потоками крови. Из давно не чищеной пеной жёлтой пятки, торчал осколок с вычурной ручкой.
- Аптечка должна быть в ванной.
- Ничего не трогай! – Маня подтянула второй стул, осторожно взяла пострадавшую ногу за икру, устроила на сидении.
- Потерпи я сейчас! – Бросила уже на ходу.
Маня рылась в шкафчиках ванной и вспоминала, как точно такая чашка свалилась со стола, разбилась и совсем небольшой осколок впился Глебу в колено. Муж мигом выдернул стекло, а из раны под напором хлынула тёмная кровяная струя. Маня вызвала скорую, объяснила ситуацию, и перетянув полотенцем Глебу ногу, помчалась встречать медиков. Домофон, как водится, не работал. Медики сообщили, что стекло прокололо вену, но оснований для госпитализации нет. Что-то укололи, наложили жгут, перевязали и велели через час жгут снять.
Алекс смотрел как истекает кровью и вспоминал своего пятилетнего сына, который в пруду, тоже наступил на осколок стекла. Малыш ревел на весь пляж. Нога кровила, а папочка с детства боялся крови. Он схватил сына на руки и метался с ним из стороны в сторону, пока Лялька бегала в машину за аптечкой. Ранку залили перекисью, забинтовали и отправились в травму. Сейчас в травму ему нельзя.
Маня вернулась с перекисью, ватными косметическими тампонами лейкопластырем и бинтом в упаковке.
- Будем оперировать! – Голос тётки звучал ободряюще. Она уже устроилась на стуле и, отвинтив крышку с перекиси, прямо на пятку и стекло, плеснула её на ногу. Потом прицелилась, подхватила за край осколок, и резко выдернула его. Острый конец, как минимум на пол сантиметра, проник в ногу. Это хорошо, что пятки запущены, мог вообще упереться в кость. Маня теперь уже только на рану плеснула перекись и испытующе посмотрела на рептилоида. На провалившихся глазах выступили слезы. Остальные эмоции надёжно скрывала маска. Точно такую же она сама надевала, когда размазывала по лицу запаренную овсянку, смешанную с мёдом.
- А это тебе зачем? Красоту любишь?
- Красоту люблю, ношу после операции.
- Посиди так, я потом ещё раз перекисью обработаю. Веник где?
Раненый пожал плечами. Маня направилась к раковине и в шкафчике под ней ожидаемо нашла метёлку и совок. Смела осколки, прямо губкой для посуды, собрала на полу кофейно-кровавую лужу, оставив разводы. С ними пусть справляются хозяева. Покончив с уборкой посмотрела на Алекса.
- Болит?
Раненый только кивнул. Он тупо смотрел на ногу и не шевелился.
Маня капнула Фери на руки и принялась старательно смывать пену.
Предстоял заключительный этап операции, смазать пятку зелёнкой, заклеить рану и забинтовать. Руки должны быть максимально чистыми.
Проделав нехитрые манипуляции, Маня бросила взгляд на стол, рядом с её грозным оружием стола тарелка с бутербродами и остывшая чашка кофе. И поняла, как она проголодалась. Можно конечно посмотреть в холодильнике йогурт, бананы или на худой конец творог. Но она уже ощутила на языке солоноватый вкус красной икры. Решила, что ничего страшного от двух бутербродов для её строгой диеты не будет. А вот кофе она отдаст раненому, сама обойдется водой. Кофе он такой, стоит сделать глоток и уже не остановиться.
- Ногу можно опустить.
Маня уже держала в руках обувную ложку. Повернулась и направилась в коридор. Ей требовалось покурить и обдумать ситуацию. Странно, но у самой в плече острая боль почти прошла. Противник ослаблен, но угроза осталась. Она стояла на крыльце и строила план побега. Спустилась, поискала тропинку. Она вела к гаражу, там и обрывалась. Зато от ворот строения вели две неглубокие, но широкие полосы. Они были запорошены снегом, но отлично угадывались. Снегоступы! Догадалась Маня и обрадовалась, если они в гараже, то есть шанс выбраться по глубокому снегу. Хотя-я-я… Этот Алекс трус, проколол пятку и сидит парализованный. Надо напугать его, мол кофе, когда попадаёт в рану быстро вызывает сепсис. Поэтому надо вызвать скорую, чтобы сделать противоспалительный укол. А лучше съездить в больницу и сделать снимок, осколок вошёл глубоко и мог задеть кость. На скорой они выедут вместе, а уж из больницы она спокойненько смоется. Заказали этому рептилоиду похищение Мани или нет – не важно. Главное оказаться среди людей и попросить у них помощи.
Над головой что-то загудело, Маня задрала голову и увидела зависший над участком дрон. Не дожидаясь, когда он нацелится на бедолагу, Маня рванула в дом и быстренько закрыла двери.
- Там дрон! – Алекс мигом среагировал на испуг тётки, расплескал по столу и полу кофе, но чашку удержал.
- Какой дрон?
- Маленький вэсэушный, взрывчатку несёт и сбрасывает на объект. Меня что, надо обязательно ликвидировать?
- Кому?
- Вам?
Алекс устало вздохнул похромал к столу:
- Предлагаю заключить для начала гуманитарное перемирие, позавтракаем отдохнём и попробуем во всем разобраться.
Усталое спокойствие противника подействовало на Маню успокоительно. Она послушно опустилась на стул и протянула руку к первому бутерброду…
Разбирались часа три. Сначала Алекс-Вася обрисовал ситуацию в общих чертах. Мол он находится здесь по программе защиты свидетелей. Пришлось даже менять внешность. В ближайшие дни его должны перевезти на новую конспиративную квартиру, и он боится если о Мане узнают, могут просто ликвидировать. Она на этом секретном объекте оказалась случайно. Алекс банально сбил её на дороге, испугался и привёз сюда. На снегоходе невозможно ездить по трассе, а то отвез бы в больницу и оставил на крыльце. И скорую вызывать нельзя. Засветишься.
Маня развесила уши и понимающе кивала. Дождавшись паузы, рассказала Алексу о том, что они с мужем тоже целый год жили на конспиративной квартире в заброшенном военном городке. И так им там понравилось, что, когда всё закончилось, купили там квартиру и поселились навсегда.
Алекс с сомнением смотрел на Маню. Это какие службы могут позволить себе поселить на целый год, даже супер-важных свидетелей на квартиру. Её кто-то должен содержать и оплачивать. Обозвал про себя гостью сказочницей, но сомнения оставил при себе.
Пусть сочиняет, может у неё хобби такое. Даже интересно, что дальше придумает. За месяц одиночества Алекс-Вася изголодался по общению, и сам факт, что напротив сидит живой человек, говорит, смотрит на него. А он отвечает, тоже смотрит на собеседника. Его даже тоска по Ляльке и Егорке немного отпустила.
Эта Маня оказалась болтушкой. Скоро он знал, что она приехала на базу из любопытства. Газета в которой работала и была акционером почила в бозе. Ничего удивительного, обычный рейдерский захват через предателей. Но Маня уехала в Европу, так и не продав акций. Давно забыла о старой истории, а тут на питерский адрес приходит письмо. ЗАО «Торговая газета» приглашает на ежегодное собрание.
- Любой бы ошалел, получив от покойника письмо! Вот я и не удержалась. Поехала.
Мнительная какая, подумаешь поселили в крайний домик, подруга что-то недоговаривает, телефон потеряла. Сама небось рассеянная, вон бросилась наперерез снегоходу, хоть и темно, но дорогу то он освещал. Да сам водитель, её в белом пуховике на фоне снега мог и не заметить. Не́чего в маскировочном халате ночами по лесу носиться. Но она то не видеть пучок света не могла. Ладно бы накачалась коньяком, ноги ещё бегают, а внимание поплыло. Так нет, никакого запаха алкоголя он не учуял.
- Ты с мамой моей ровесница. Извини документы проверил пока спала.
- А мама где?
- В Москве на Анохина живёт.
Маня аж взвизгнула.
- Наши родители тоже там жили. Мы квартиру сдали, после их смерти, нам в городке лучше.
- Моя слава богу жива и здорова. Не знаю, как это горе переживёт.
- Какое горе?
И тут Алекса прорвало. Рассказал почти всё и про фальшивую аварию, и про пластическую операцию, и про скорый отъезд по чужим документам за границу. Правда добиться сказать о причинах такого жестокого решения, Маня так и не смогла. Но о Егорке с Лялькой он все же рассказал.
- Тебе понадобится связник. Человек со стороны, который бы выждав время, рассказал родным правду, а тебе сообщал о том, как они там.
- И где я такого возьму?
Маня тыкнула указательным пальцем себя в грудь.
В кармане халата зазвонил телефон, Алекс достал, увидел, что пробиться пытается неизвестный и сбросил звонок. Потом вспомнил, что через полтора часа надо продлить срок хранения письма в облаке. И вообще, он устал от Маниной болтовни. Но она подкинула заманчивую идею, которую следует обдумать.
- У меня дела. – Алекс поднялся.
- Телефоном дашь воспользоваться?
- Нет. Нельзя. Номер засекреченный, я сам звонить никому не имею права. А мне звонят только по делу.
Маня бросила взгляд на часы. 14.20. В это время дома она укладывалась на дневной сон. Вспомнила и зевнула. Но сначала надо покурить.
История Алекса вытеснила все страхи, забыв о дроне-охотнике, она вышла на крыльцо и закурила. Алекс конечно же сделает её связным. Но как она даст ему номер своего телефона, если сама его не помнит. Может конечно написать письмо на питерский адрес. Или найти по фамилии в Одноклассниках. Сама Маня там не светится, Глеб всех подряд принимает в друзья. Это ему нужно для раскрутки канала. Вот и отлично, они с Алексом придумают специальный сигнал, скажем аватар особый. Глеба она предупредит чтобы не пропустил в потоке, нужного человека. Стоп! А что она скажет мужу? Алекс предупредил, что о нём и этом доме говорить нельзя никому. Опасно для жизни. Похоже так и есть. Ходит наступая только на носок, нога болит, а от скорой категорически отказался. Конспирация, умирать будешь, а нарушить нельзя. Похоже дело, по которому он будет свидетельствовать слишком уж серьезное. Не Манина акционерная мелочевка. Она прикуривала третью сигарету, когда над участком снова появился дрон. Уходить не хотелось, Маня прижалась спиной к стене, затянулась и подумала, оператор увидит дым или нет. Решила, что нет и осталась.
Алекс листал в компьютере новости и думал о связнике. Маня вполне подойдет. Только никакие контакты брать у неё нельзя. Эти перед аэропортом конфискуют всё до последнего фантика. Привезут новые документы, не засвеченный аппарат. Проследят, чтобы он сел в самолёт и растворился. Там его встретят очередные партнёры, чтобы под их наблюдением выполнить последнее условие – удалить из облака опасное письмо. А потом, месяца через два можно будет послать сообщение и связному…
Продолжение следует.