ru.freepik.com /
fabrikasimf
Ситуация вокруг Ирана вышла на новый уровень напряжения после шага, который еще недавно казался маловероятным. Эксперты рассказали, в чем дело.
В результате баланс сил в противостоянии между Тегераном и Вашингтоном заметно изменился, а прежние расчеты американской стороны оказались под вопросом. План быстрого давления на Иран не сработал.
Серия ударов и демонстрация силы не привели к ожидаемому результату — Тегеран не только не вернулся к переговорам, но и отверг предложения, выдвинутые Белым домом. В итоге перед Дональдом Трампом возникла непростая дилемма.
Теперь любой следующий шаг может ударить по репутации как самих Соединенных Штатов, так и американского президента. При этом гарантии безопасности, на которые обычно опирается Вашингтон, в нынешних условиях выглядят куда менее надежными.
Если США решатся на масштабную военную операцию, то Иран способен ответить ускорением собственной ядерной программы. Это может стать его главным инструментом сдерживания. Однако отказ от активных действий тоже несет свои риски – союзники и партнеры могут усомниться в эффективности американской системы безопасности.
Изначально Вашингтон хотел надавить на Иран изнутри и ослабить позиции руководства, но этого не произошло. После гибели лидера Ирана многие ждали борьбу за власть и внутреннюю нестабильность. Однако система власти адаптировалась довольно быстро.
Военный подход Тегерана параллельно изменилась. Если раньше ставка делалась на массированные залпы, то теперь – на непрерывный запуск ракет небольшими группами. Чаще Иран бьет по казармам, складам вооружений и логистическим объектам.
Одновременно чувствуется, что риторика Тегерана стала жестче. Внутри Ирана конфликт воспринимается не только как политическое противостояние, но и как религиозный конфликт. В этом случае гибель недопустима, потому как остается духовным долгом.
Есть вероятность, что Тегеран делает ставку на стратегию истощения, чтобы не только выиграть в войне, но и надавить на экономику и повлиять на международную систему безопасности.
Для Вашингтона ситуация постепенно превращается в сложный стратегический узел, то есть любое решение связано с серьезными рисками.