Кто-то, – в комментариях, – обязательно скажет, «не решил», потому что не было такой проблемы. «Светское, значит, лучшее». Но советчики вечно норовят вступить в полемику с советским же руководством. В СССР же не только народ о качестве советской продукции анекдоты сочинял, последовательно предпочитая любую импортную, – хоть китайскую, хоть даже из восточноевропейских стран победившего социализма. Правительство также считало ужасное качество товаров проблемой национального масштаба. Имея ввиду отнюдь не колбасу или обувь. Везде было также, и какая выгода народному хозяйству от роста производства тракторов, если они и один сезон не работают?
...Но проще пояснить на колбасе. Была в советское время такая штука, как «ГОСТ», – инструкция предписывающая, что именно первосортного в колбасу по рецепту класть следует. Она была обязательна к исполнению, с поправкой на право (в ГОСТе прямо указанное) производителя использовать заменители, в случае нехватки качественного сырья. На вкус заменители эти советские граждане понимали как «туалетную бумагу», однако, на практике применялись куда менее ценные субстанции.
И, кажется, подумаешь, «заменители», теперь используются такие, о которых в СССР и не подозревали. Колбаса может целиком состоять из них, и тогда она вкуснее (заменители качественные), зато дешевле. Или же оказаться продуктом «мясосодержащим», тогда она дороже и престижнее… Это совершенно верно. Дело вовсе не применении и не в составе заменителей. А в причинах, по которым ГОСТ их использовать позволял.
Требовать от колбасного цеха строго придерживаться рекомендованных пропорций первосортных говядины и свинины в рецептуре государство просто не могло. Ибо само же спускало производителю план. И что если сырьё в нужном количестве окажется ему не поставленным, или, опять-таки, с качеством говядины что-то будет не так? План сорван? Но тогда начнётся цепная реакция, – у всех, кто зависит от поставок данного цеха, тоже свой план.
То есть, план в плановой экономике требовалось выполнять любой ценой, – иначе планирование просто становилось невозможным. Строго желательным, – руководителя, промедлившего с такой инициативой, не поняли бы, – также считалось взять на себя повышенные обязательства и перевыполнить их. При этом перевыполнение плана заводом с перевыполнением планов всеми поставщиками и смежниками не увязывалось. Предполагалось, что предприятие совершит подвиг за счёт внутренних ресурсов.
И оно находило внутренние ресурсы. ГОСТ позволял наращивать количество в ущерб качеству. Система же этого настоятельно требовала. Причём, работала так, что у производителя не возникало и мысли сопротивляться. Производителю снижение качества было выгодно. Колбаса с заменителями по отчётам ничем не отличалось от колбасы без них, выкупалась государством по той же самой цене, – не дешевле. Так и зачем? Больше туалетной бумаги, больше переходящих знамён и больше выручки. Никаких минусов.
Вопрос, можно ли продукцию употреблять внутрь, производителя не волновал даже не потому, что с прилавков сметалось всё. Если и нет, у колбасного цеха в любом случае всё выкупалось. Неликвид, – иногда производилось что-то уж совершенно несъедобное, – оказывался проблемой розничной торговли. У которой были свои методы имитации выполнения плана.
...Понимая проблему, руководство страны пыталось её решить. Но, методами, естественно, административными. Например, введением «госприёмки» по образцу приёмки военной, – в оборонной области товар считался «произведённым», а план, соответственно, «выполненным», лишь когда продукцию принимали военпреды. Однако такие попытки лишь вели к возникновению ситуации «пчёлы против мёда». Ведь там где приёмка начинала работать, о выполнении плана речи заведомо уже идти не могло.