Москва, декабрь 1962 года. Новогодний концерт Центрального телевидения. На сцену выходят четверо мужчин в одинаковых костюмах, с лукавыми улыбками. Один из них делает шаг вперёд и произносит:
«Я ходил!»
«И я ходила!»
«Я вас ждал!»
«И я ждала!»
«Я был зол!»
«И я сердилась!»
Зал хохочет. Четверо Юриев, они же квартет «4Ю», разыгрывают миниатюру о неудавшемся свидании так виртуозно, что зрители забывают: перед ними не профессиональные комики, а вокалисты. Камера крупным планом берёт их лица, и миллионы телезрителей в этот вечер запоминают название, «4Ю», что расшифровывается предельно просто: четыре Юрия.
Через несколько лет их будут узнавать на улицах, приглашать в «Голубой огонёк» и на радиостанцию «Юность». А потом, словно по щелчку невидимого переключателя, квартет исчезнет из эфира и памяти. Но обо всём по порядку.
ЧЕТЫРЕ ЮРИЯ ЗА ОДНОЙ ПАРТОЙ
Эта история началась не на сцене и не в студии звукозаписи, а в обычной московской школе. Четверо мальчишек, которых угораздило родиться с одним и тем же именем, познакомились в школьном кружке самодеятельности. Юрий Бронштейн, Юрий Дикшович, Юрий Динабуров и Юрий Маковеенко. Что их объединяло, помимо имени? Любовь к пению и абсолютное неумение сидеть на месте.
В те годы школьная самодеятельность была делом серьёзным. Концерты ко Дню Победы, к годовщине Октября, к Новому году, ребята пели на каждом из них. Вчетвером они быстро обнаружили, что их голоса удивительно подходят друг другу. Не нужно было ни дирижёра, ни педагога, чтобы это понять. Достаточно было запеть вместе и услышать, как четыре голоса складываются в единое, плотное, переливающееся целое.
Но о профессиональной сцене тогда никто не думал. После школы все четверо, словно сговорившись, поступили в лётное училище. Романтика неба в пятидесятые годы владела умами, пожалуй, сильнее, чем романтика эстрады. Страна запускала первые спутники, поднимала в воздух реактивные истребители, профессия военного лётчика казалась самой героической на свете.
Четверо друзей получили специальность военных лётчиков. Казалось бы, судьба определена. Но в середине 1950-х годов Никита Хрущёв, уверенный в том, что будущее за ракетами, а не за живой силой, начал масштабное сокращение Вооружённых сил. С 1953 по 1960 год армию урезали несколько раз, общая численность уменьшилась на миллионы человек. Особенно досталось авиации: целые эскадрильи расформировывались, молодых офицеров увольняли в запас без внятных перспектив. Лётчики, ещё вчера считавшие себя элитой армии, оказывались на гражданке с чемоданчиком и орденской книжкой.
Для четвёрки Юриев это стало ударом, но одновременно и подарком судьбы. Оставшись без погон, они вспомнили о том, что умели ещё до лётного училища, и приняли решение, изменившее всю их жизнь. Все четверо одновременно подали документы в Московский государственный институт культуры. Из кабины истребителя на сцену. Из военной формы в концертный костюм. Из строевой песни в эстрадный куплет.
«ПЕРВЫЙ ШАГ» НА БОЛЬШУЮ СЦЕНУ
Поступив в институт культуры, четверо Юриев оказались в самом центре бурлящей культурной жизни Москвы второй половины пятидесятых. Хрущёвская оттепель раскрепощала не только политику, но и искусство. Появлялись новые театры, новые эстрадные коллективы, новые имена.
Именно в эти годы Правление Центрального дома работников искусств (ЦДРИ) на Пушечной улице организовало творческую группу с говорящим названием «Первый шаг». Замысел был смелым: собрать талантливую молодёжь, выпускников и студентов разных вузов, и дать им возможность попробовать себя в сценическом искусстве. Идея родилась в преддверии грандиозного события, VI Всемирного фестиваля молодёжи и студентов, который должен был пройти в Москве летом 1957 года.
Фестиваль стал настоящим прорывом «железного занавеса». В столицу съехались 34 тысячи гостей из 131 страны. На улицах впервые свободно общались советские юноши и иностранцы, в парке Горького звучал джаз, а на концертных площадках выступали коллективы, о которых раньше можно было только мечтать.
Ансамбль «Первый шаг» стал настоящей творческой лабораторией. Именно отсюда вышли люди, которые позже прославят советскую эстраду: молодой композитор Юрий Саульский, будущий руководитель знаменитого оркестра «Мелодия» Георгий Гаранян, певица с хрустальным голосом Майя Кристалинская. И здесь же оказался квартет четырёх Юриев, уже взявший себе короткое и запоминающееся название, «4Ю».
На фестивале 1957 года квартет выступил блестяще и завоевал звание лауреатов. Для начинающих артистов это было подобно удару молнии: вчера тебя не знал никто, а сегодня ты лауреат международного фестиваля. На том же форуме, где ансамбль «Дружба» и Эдита Пьеха получили золотую медаль, где звучали «Подмосковные вечера» Владимира Трошина, четвёрка бывших лётчиков доказала, что имеет право на место в этом ряду.
ШКОЛА РОЗНЕРА И ЛУНДСТРЕМА
Успех на фестивале открыл двери, о которых начинающие артисты даже не мечтали. Квартет «4Ю» пригласили работать с оркестром Эдди Рознера, одним из самых знаменитых джазовых коллективов страны.
Рознер был фигурой легендарной. Берлинский трубач, которого называли «белым Армстронгом», волею судьбы оказался в Советском Союзе, пережил восемь лет лагерей на Колыме и, вернувшись, создал при Мосэстраде новый оркестр. Его шоу-программы славились безупречным артистизмом, а сам маэстро, импозантный, в белом костюме, легко и непринуждённо вёл за собой музыкантов. Попасть в его оркестр означало пройти высшую школу эстрадного мастерства.
Для четвёрки бывших лётчиков, ещё несколько лет назад слушавших рёв двигателей вместо музыки, работа с Рознером стала бесценным опытом. Маэстро требовал от артистов не просто чистого пения, а настоящего шоу: безупречной дикции, точного жеста, умения держать зал.
Помимо оркестра Рознера, «4Ю» довелось работать и с другим великим коллективом, оркестром Олега Лундстрема. Лундстрем, создавший свой первый джаз-бэнд ещё в далёком Харбине в 1934 году, к концу пятидесятых перебрался из Казани в Москву и получил статус концертного эстрадного оркестра при Росконцерте. Его коллектив занесут в Книгу рекордов Гиннесса как старейший непрерывно существующий джазовый оркестр в мире.
Два таких разных маэстро, яркий шоумен Рознер и утончённый интеллектуал Лундстрем, формировали в молодых артистах совершенно разные качества. От Рознера квартет взял умение держать публику в напряжении, чувство ритма, артистизм. От Лундстрема, глубину аранжировки, культуру звука, уважение к материалу. Эта двойная школа сделала «4Ю» уникальным коллективом: они одинаково уверенно чувствовали себя и в джазовой программе, и в юмористической миниатюре, и в лирической песне.
ДВЕСТИ ПЕСЕН И ОДИН СТИЛЬ
Окончив институт культуры, четверо Юриев продолжили карьеру под крылом Московской государственной эстрады, Мосэстрады. Это давало стабильность: регулярные концерты, гастроли, официальный статус. Но главным было не это. Главным был репертуар.
За годы работы квартет накопил более двухсот песен. Цифра по тем временам впечатляющая, но ещё впечатляющее было то, как «4Ю» подходили к каждой из них. Они не просто пели, они разыгрывали маленькие спектакли. Каждая песня превращалась в сценку с чётким сюжетом, с характерами, с неожиданными поворотами.
Основу репертуара составляли юмористические и шуточные композиции. Квартет мастерски обыгрывал узнаваемые бытовые ситуации, превращая обыденность в праздник. Вот, например, песня «Твист бытовых приборов», записанная для «Голубого огонька» 8 марта 1966 года. Четверо мужчин изображали говорящие пылесосы и полотёры, которые наперебой предлагали свои услуги домохозяйкам. Зал покатывался со смеху, а артисты, сохраняя абсолютно серьёзные лица, продолжали петь от лица бытовой техники.
Или песня «Троллейбус без кондуктора», записанная для Центрального телевидения в 1962 году. Музыку и слова написал композитор Владимир Чернышёв. Сюжет простой: по маршруту едет новый троллейбус, впервые без кондуктора, пассажиры растеряны, водитель горд, а артисты, изображая и тех, и других, создавали картинку, узнаваемую каждым жителем большого города.
Был в репертуаре и номер «Студенческая серенада» на музыку Эдди Рознера, который «4Ю» исполняли в телевизионной передаче «Только для женщин» в 1965 году. Четыре голоса, переплетаясь, создавали то нежную мелодию, то комический эффект, когда серенада неожиданно прерывалась захлопнувшимся окном разгневанного соседа.
«Наш сосед окно захлопнул, он с досадой чуть не лопнул!» — пели Юрии, и в этом было всё: и музыка, и театр, и тонкая наблюдательность.
ЛИЦА ИЗ ТЕЛЕВИЗОРА
В шестидесятые годы квартет «4Ю» стал одним из постоянных участников телевизионных программ. «Голубой огонёк», «Проспект молодости», новогодние концерты Центрального телевидения, их лица мелькали на экранах с завидной регулярностью.
Для молодого советского телевидения такие коллективы были находкой. Камера любила четвёрку: одинаковые костюмы, синхронные движения, выразительная мимика, всё это прекрасно «читалось» даже на маленьких чёрно-белых экранах. А главное, номера «4Ю» были короткими и яркими, идеальный формат для эстрадного концерта.
Сохранившиеся видеозаписи позволяют увидеть, как работал квартет. Вот концерт 1961 года, шуточная песня «Шур-шур-шур». Вот новогодний концерт 1962 года, «Научи играть на барабане». Вот фильм-концерт «Весенняя фантазия» 1964 года, песня «Добрый день» на музыку Эдуарда Колмановского и слова Владимира Дыховичного. Всякий раз квартет появлялся в новом образе, с новым номером, но неизменно с одним и тем же фирменным приёмом: они не просто пели, они проживали каждую песню.
Отдельного упоминания заслуживает их участие в фильме-концерте «Смеханические приключения Тарапуньки и Штепселя» 1970 года. В этой картине «4Ю» исполнили «Неудачное свидание» на музыку Александра Цфасмана и слова Бориса Тимофеева. Партнёршей квартета в этом номере стала певица Изабелла Мень. Диалог мужского квартета и женского голоса создавал эффект маленькой комедии, втиснутой в три минуты эфирного времени.
На радио квартет тоже был частым гостем. Радиостанция «Юность», ориентированная на молодёжную аудиторию, регулярно ставила их записи в утренние программы. Для миллионов слушателей, начинавших день с радиоприёмника, голоса четвёрки Юриев стали таким же привычным звуком утра, как позвякивание чайной ложки о стакан.
«ЛЕТЯТ КОМАНДИРОВОЧНЫЕ»: КАК ЧЕТЫРЕ ЮРИЯ ПОПАЛИ В НЕРВ ЭПОХИ
Успех квартета «4Ю» объяснялся не только мастерством исполнения, но и удивительным чутьём на темы, которые волновали обычного советского человека. Они пели о командировках и троллейбусах, о соседях и бытовой технике, о студенческой жизни и спортивных рекордах. Это была эстрада, которая говорила со зрителем на его собственном языке.
Песня «Летят командировочные», записанная для Центрального телевидения в 1962 году, стала одним из их фирменных номеров. Каждый советский служащий, хоть раз мотавшийся в командировку с картонным чемоданчиком, узнавал в этой песне себя. Четверо Юриев умудрялись в трёхминутном номере рассказать целую историю: сборы, вокзал, попутчики, казённая гостиница, и всё это с юмором и теплотой, без тени сатиры.
Это было важной чертой квартета. В отличие от более острых сатириков, «4Ю» никогда не высмеивали и не обличали. Они улыбались. Их юмор был добрым, интеллигентным, без единого грубого слова. Именно поэтому их любили и зрители, и цензоры: номера квартета не вызывали ни раздражения начальства, ни скуки публики.
Работали они и с серьёзными композиторами. Эдуард Колмановский, автор «Хотят ли русские войны» и десятков других знаменитых песен, написал для них «Добрый день». Композитор Абрам Махлянкин и поэт Григорий Рябкин создали для «4Ю» «Навязчивый мотив». Квартет не довольствовался случайным материалом: каждая песня отбиралась тщательно, репетировалась до блеска, обрастала мизансценами и превращалась в маленький шедевр.
Их инструментальным партнёром нередко выступал ансамбль под управлением Владимира Рубашевского, опытного аранжировщика, умевшего создать лёгкое, «дышащее» сопровождение, которое не заглушало голоса, а подчёркивало их.
КОГДА ВОЛНА ОТХЛЫНУЛА
К началу семидесятых годов музыкальный ландшафт страны изменился до неузнаваемости. На смену вокальным квартетам и камерным ансамблям пришли вокально-инструментальные ансамбли, ВИА, с электрогитарами, ударными установками и мощным звуком. «Самоцветы», «Песняры», «Весёлые ребята» заполнили эфир, и у публики появились новые кумиры.
Для квартета «4Ю», привыкшего к другой эстетике, к чистому вокалу, к изящной театральности, к камерному юмору, это было непростое время. Их стиль, ещё недавно казавшийся современным, в эпоху электрического звука начал выглядеть старомодным. Телевизионные редакторы всё реже звонили, приглашения на «Голубой огонёк» стали редкостью, концертные залы наполнялись молодёжью, которая хотела совсем другой музыки.
Но квартет не распался. В отличие от многих коллективов, которые в аналогичной ситуации разбегались, четверо Юриев остались вместе. Возможно, их спаяла школьная дружба, прошедшая через лётное училище, институт и тысячи совместных выступлений. Возможно, упрямство бывших военных лётчиков: если уж выбрал курс, держи его до конца.
С 1976 года квартет перешёл под крыло Донецкой филармонии и продолжил гастролировать по всему Советскому Союзу. Маршруты пролегали через малые города и рабочие посёлки, через клубы и дома культуры, куда столичные звёзды ВИА не доезжали. Квартет выступал перед строителями Байкало-Амурской магистрали, великой стройки семидесятых, где рабочие, уставшие после смены, слушали четырёх мужчин в концертных костюмах и, может быть, вспоминали то московское телевидение, которое когда-то показывало их каждый месяц.
ТИХИЙ ФИНАЛ
Квартет «4Ю» проработал на сцене около 35 лет. Это огромный срок, особенно для эстрадного коллектива, где мода меняется стремительно, а публика, как известно, неблагодарна. Тридцать пять лет, это расстояние от школьного кружка самодеятельности пятидесятых до перестроечных восьмидесятых. От телевизора «КВН-49» до цветного «Рубина». От сталинской стипендии до горбачёвского дефицита.
Когда именно квартет дал свой последний концерт, точно неизвестно. Они не устраивали прощальных гастролей и не давали интервью о завершении карьеры. Просто в какой-то момент перестали выходить на сцену. Дальнейшая судьба участников квартета покрыта тишиной, и это, пожалуй, самое грустное во всей этой истории. Люди, которых знала вся страна, ушли тихо.
НАСЛЕДИЕ, КОТОРОЕ ЗВУЧИТ
Что осталось после квартета «4Ю»? Несколько десятков минут чёрно-белых видеозаписей, бережно сохранённых энтузиастами. Записи на пластинках фирмы «Мелодия». Упоминания в справочниках коллекционеров грампластинок. И память тех зрителей, кто ещё помнит шестидесятые.
На сайтах, посвящённых истории советской эстрады, их записи собирают сотни просмотров. Люди пишут в комментариях: «Помню, бабушка всегда смеялась, когда они выступали в "Огоньке"». Или: «Наконец-то нашёл ту самую песню про троллейбус!» Эти голоса из прошлого продолжают находить своих слушателей, хоть и спустя десятилетия.
Квартет «4Ю» можно было бы назвать типичным продуктом своей эпохи. Но это было бы несправедливо. Они были не типичными, а уникальными. Четверо одноклассников с одинаковыми именами, ставших военными лётчиками, а затем, по воле истории, эстрадными артистами. Они не просто пели, они дарили людям радость в эпоху, когда этой радости было не так уж много. И делали это с изяществом, профессионализмом и тем особым чувством юмора, который невозможно подделать.
Если где-то сейчас этот текст читает кто-то из родственников или знакомых участников квартета, откликнитесь. Их история заслуживает того, чтобы быть рассказанной до конца.
...А четверо Юриев, наверное, посмеялись бы над тем, что их пытаются вспомнить через столько лет. И, может быть, спели бы напоследок свою фирменную финальную фразу:
«Так, значит, завтра, на том же месте, в тот же час!»
__________________________
Если вы читаете мои статьи на других площадках – спасибо вам большое!
Приглашаю вас заглянуть и на мой канал «Билет в СССР» в Дзене. Здесь выходят новые материалы, можно подписаться, написать комментарий, поделиться своими воспоминаниями и просто быть ближе к нашему теплому кругу читателей.
Буду рада каждому. Заходите, как к старым знакомым 😊
Дорогие читатели. Благодарю за внимание. Желаю добра, мирного неба над головой, семейного счастья. С уважением к вам.