— Нечего здесь шляться! Ещё раз появитесь — вызову наряд!
Дверь захлопнулась с таким грохотом, что Рита вздрогнула. Она медленно побрела к лестнице, чувствуя, как внутри всё сжимается от обиды и бессилия. Два месяца хождений по кабинетам, унизительных разговоров и пустых обещаний — всё напрасно.
Когда-то их с Сашей жизнь казалась счастливой, пусть и непростой. Молодые, без родительской помощи — у Риты была лишь бабушка в деревне, у Саши вообще никого — они женились скромно, но с огромной надеждой на будущее. Два года откладывали каждую копейку, чтобы купить маленький домик на окраине города.
Когда наконец приобрели жильё, сразу начали ремонт. Делали всё основательно, чтобы не переделывать потом. Успели привести в порядок только одну комнату, когда Рита узнала о беременности.
Саша тогда был на седьмом небе от счастья.
— Представляешь, у нас будет малыш! — не переставал повторять он, обнимая жену.
Рита волновалась:
— Саш, нам же на ремонт не хватает, а теперь ещё ребёнок. Столько всего понадобится...
— Эх ты, паникёрша! — рассмеялся муж. — Подработаю больше, справимся. Одна комната готова — сделаем детскую, а остальное постепенно доделаем.
И он правда взялся за дополнительные смены. Приходил домой измождённым, но на вопросы жены об отдыхе отмахивался:
— Какой отдых, Рит? Деньги нужны, да и ребят подвести не могу. Объект горит, сроки поджимают, а начальство только обещания раздаёт. Работаем практически на честном слове.
На пятом месяце беременности Риты случилось непоправимое. Саша не вернулся с работы. Она уже собиралась звонить его товарищам, когда раздался стук в дверь.
На пороге стояли двое рабочих в запылённой спецовке. Риту словно ледяной волной накрыло — она сразу поняла, что произошло что-то страшное.
— Рита... Простите... Саша сорвался с лесов, — голос одного из мужчин дрожал. — Мы столько раз говорили начальству, что леса ржавые, что страховочных поясов не дают...
— Он в больнице? — прошептала Рита, хотя по лицам пришедших уже всё понимала.
Молчание стало ответом. Рита закричала, и всё погрузилось во тьму.
Похороны прошли как в тумане. Строительная организация не выделила ни рубля, помогли только семьи Сашиных товарищей. Потом начались мытарства по инстанциям — юристы объяснили, что вина за несчастный случай полностью на руководстве, и нужно требовать страховые выплаты.
Рита решила бороться. Скоро должен был родиться Сашин ребёнок, а помощи ждать было неоткуда.
Вот и сегодня она снова ходила к начальнику мужа. Тот орал на неё, обвиняя в корыстолюбии:
— Нормальная жена по мужу плакала бы, а ты за деньгами гоняешься!
Вину, разумеется, никто не признавал. Более того, в смерти Саши обвиняли его самого — распускали слухи, что он был пьян.
Выбравшись на улицу, Рита прислонилась к стене, пытаясь успокоиться. Беготня по инстанциям в её положении была опасна. Она сделала несколько глубоких вдохов, заставляя себя взять эмоции под контроль.
"Ладно, — решила она. — Есть крыша над головой, и это уже немало. Люди в худшем положении справляются. Справлюсь и я".
До дома было далеко, но погода стояла приличная, и Рита решила прогуляться и сэкономить на проезде. Почти дойдя, она присела отдохнуть на скамейку возле небольшого сквера. Вдруг из-за кустов донёсся тихий плач.
Обойдя заросли, Рита увидела пожилую женщину лет семидесяти, прилично одетую, которая сидела прямо на земле и рыдала.
— Что случилось? — Рита опустилась рядом. — Почему вы плачете?
Женщина всхлипнула ещё сильнее:
— Я думала, что у меня есть дом... А оказалось, что нет...
— Пойдёмте со мной, — решительно сказала Рита.
— Куда?
— Ко мне. Что вы на улице сидеть будете?
Через полчаса они пили чай в Ритином доме. Гостья, представившаяся Ариной Васильевной, с грустью разглядывала фотографию Саши с траурной лентой.
— Ты одна?
— Два месяца уже, — тихо ответила Рита.
Арина Васильевна погладила её руку:
— Бедная девочка... Не буду расспрашивать. Захочешь — сама расскажешь.
Тогда заговорила она сама. Оказалось, внук Костя недавно женился и переехал в этот город по работе. Пока молодые искали жильё, остановились у Арины Васильевны — в квартире, которую Костя ей купил. Но невестка выгнала пожилую женщину из собственного дома:
— Проваливай! Это мой муж купил!
— Нужно было в полицию идти! — возмутилась Рита.
— Что ты, нельзя сор из избы выносить, — замахала руками Арина Васильевна. — Костя вернётся через неделю, сами разберёмся.
— Оставайтесь у меня, — предложила Рита. — Ремонт не закончен, но одна комната приличная.
— Милая, у тебя самой едва сводится... А у меня с собой ни копейки.
— Перестаньте! Неужели я не накормлю человека?
Вечером Рита рассказала гостье о своей беде. Арина Васильевна задумчиво кивала:
— Слышала об этом случае. Говорили, парень был пьян...
— Ложь! — Рита покачала головой. — Саша вообще не пил — его родители из-за этого рано умерли. Он терпеть не мог спиртное.
— Понятно...
Ночью Арина Васильевна долго не спала, обдумывая ситуацию. Её собственные проблемы казались мелочью по сравнению с Ритиной бедой. Внезапно она села на постели, улыбнувшись в темноте:
"Что ж, пора потревожить внука. Поиграем немного в детективов".
Утром гостьи не было. Рита удивилась, но решила, что у той как-то дела. Через пару часов Арина Васильевна вернулась с огромными сумками продуктов.
— Встретила знакомую! Она у меня как-то денег занимала, вот вернула. Я уже и забыла!
Рита изумлённо смотрела на гору пакетов и коробок.
— Зачем столько? Вы все деньги потратили!
— Какая разница? У нас сегодня праздник!
Вечером Рита заметила, что Арина Васильевна увлечённо что-то печатает в телефоне. "Бабушки сейчас продвинутые", — подумала она.
А та и правда писала. Купив новую симку, она отправляла внуку анонимные сообщения — даже сообщила точное время очередной вечеринки его жены, которые та устраивала в отсутствие мужа. А со своего номера обзвонила полгорода, включая прокуратуру. Молодой прокурор был другом семьи, и Арина Васильевна очень на него рассчитывала.
На следующий день, когда они пекли пирожки, в дверь постучали. На пороге стоял начальник Саши — тот самый, что недавно орал на Риту.
— Маргарита Ивановна, извините... Недоразумение вышло, — он вытирал вспотевший лоб. — Вот деньги на похороны, а остальное в течение трёх дней на карту переведём.
По его бегающим глазам было видно, что пришёл он явно не по своей воле.
— Что это было? — растерянно спросила Рита у Арины Васильевны.
Та невинно пожала плечами и отправила прокурору смайлик с поднятым вверх пальцем.
Рано утром их разбудил стук. На пороге стоял незнакомый молодой мужчина в дорогом костюме.
— Это вы писали мне сообщения? — спросил он сквозь зубы. — У меня хорошие айтишники, вычислили адрес.
— Какие сообщения? — не поняла Рита.
— Рит, это ко мне, — вышла Арина Васильевна. — Внук вспомнил про бабушку. Или пришёл жену защищать?
Костя уставился на неё:
— Бабуль, тебя вся полиция ищет!
— Плохо ищет. Заходи, чего стоишь? Я тебе писала. Родной бабке не веришь, а анонимке поверил.
— Прости, повёл себя как дурак, — вздохнул Костя. — Сам ночью всё увидел.
— И где супруга?
— На исторической родине уже. Ба, хватит, тему закрыли.
Арина Васильевна провела у Риты ещё неделю. Костя приезжал каждый день, уговаривая бабушку вернуться:
— Бабуль, я же извинился! Рита, скажите ей!
— Здесь я хоть нужна кому-то, — упрямилась та.
За эту неделю люди Кости закончили ремонт в доме. Уезжая, Арина Васильевна пообещала:
— Не прощаюсь. Буду навещать, и ты приходи. Из роддома тоже встречу...
Роды начались неожиданно. Рита позвонила Арине Васильевне, но трубку взял Костя:
— Бабушка у подруги, телефон забыла. Я сейчас приеду! Дышите правильно и собирайте вещи!
Если бы не он, Рита бы растерялась окончательно. Костя держался спокойно, хотя позже признался:
— Если бы ты знала, какая паника во мне была! Животный ужас, честное слово.
Этот разговор состоялся почти через год — когда они подали заявление в ЗАГС. А Арина Васильевна в тот момент нянчила маленькую Василису, называя её "моей принцессой".