Я помню тот день до мелочей.
Лес стоял в пурге. Снег летел не сверху — со всех сторон сразу. Будто кто-то разорвал мешок с мукой и пустил её по ветру. Березы гнулись, тяжело вздыхали, стряхивали с ветвей целые облака снега. Всё вокруг двигалось, шевелилось, дышало холодом. Я приехал туда специально. Забрался подальше от дорог, где ни машин, ни людей — только поле и зимний лес. Достал рекордер, поставил его в приямок и включил запись. Хотел поймать звуки зимы — настоящую метель, без городского шума. И вот тогда я впервые по-настоящему услышал пургу. Она не просто шумит. У неё много голосов.
Ветер воет в верхушках осин. Ниже — свистит в северном кердаче. У самой земли снег шуршит, словно тысячи маленьких перстов перебирают крупу. А иногда вдруг — тишина. Короткая, почти звенящая пауза. Будто сама буря делает вдох. Снег колол лицо мелкой ледяной крупой. Ветер забирался под куртку, пробирал до костей. И, честно скажу, поначалу стало не по себе. Стоишь один посреди поляны.
Маленький человек