Орсвейн покачивается, упираясь плечом в кирпичную стену, в глазах медленно рассеивается чёрная дымка. Обычный человек давно бы умер, а он восстанавливается. Пусть и куда медленнее, чем в былые годы. Кровь на руках давно осыпалась или превратилась в красный иней. Кажется, он ошибся с поворотом и забрёл не туда. Вновь пошёл грязный снег, а может, это ветер сдувает с крыш. Орс остановился. За спиной, сквозь гул крови в висках, слышны шаги. Уверенные и быстрые. Так идёт только человек, готовый убивать.
— Вот кого я не ожидал увидеть!
Хриплый, обожжённый холодом голос полоснул по ушам. Светоносный, застонал сквозь стиснутые зубы, с усилием повернулся. Он стоит посреди широкого коридора меж двух складов с покатыми крышами. Серый снег под стеной левого склада вытоптан в узкую дорожку, по ней и шёл, обтирая кирпичи плечом. На полпути между ним и входом в «коридор» стоит рослая фигура. Плотная одежда подчёркивает ширину плеч и узкую талию, а пышный меховой ворот плаща придаёт величия. Всё портит изрезанное морщинками и складками лицо, и острые уши, нависшие над плечами.
— Элиас Звёздный Ветер... — Прорычал Орс. — Я тоже не ожидал тебя встретить. Что ты здесь забыл?
— А тебя это не касается. — Ответил полуэльф, пошёл вперёд, плавно доставая меч из ножен.
Чёрно-красное лезвие с золотым отливом блестит, отражая тусклый свет. Притягивает к себе взгляд. Элиас идёт быстро и пружинисто, готовясь бить и уклоняться. Орсвейн осклабился и слегка развёл руки, демонстрируя пустые ладони. Пальцы сжал, будто держа невидимые яблоки.
— Хэй, нападёшь на безоружного?
— А ты стал шутником.
Элиас ударил с наскока, укол похож на вспышку красной молнии. Орс отклонился, но клинок вспорол плечо, и на серый снег брызнула кровь. Чёрная, как дёготь. Гигант попятился, новый удар нацелился в горло. Его отвёл, отмахнувшись. Элиас крутанулся на месте, и разогнавшаяся Тень Солнца врезалась в стену. Светоносец ожидал лязга, искры или стука, но красный клинок разрезал кирпичи, как сыр. Закрутился в обманном пируэте, и обрушился на голову.
Орсвейн пятится, кривится и медленно закипает. Проклятый предатель стал сильнее с последней их встречи. Заметно. Теперь почти не похож на спившуюся обезьяну. Беда в том, что ни сдаваться, ни умирать бывший чемпион не намерен.
На оттяжке поймал меч за клинок. Четырьмя пальцами прижал к ладони, с некоторым удивлением ощутив тепло, почти жар от металла. Глаза Элиаса расширились, рот приоткрылся не то от изумления, не то презрения. Полуэльф двинул плечом, готовясь рвануть меч и разом отрубить половину кисти.
Орсвейн рванул клинок вверх.
Тень Солнца скользнула в хватке, оставляя на ладони глубокие порезы с обеих сторон. Элиаса взметнуло вверх, как детскую игрушку на верёвочке. Маршал невольно вскрикнул и выпустил меч. Полетел кубарем в снег. Орсвейн замер с горячим, почти раскалённым клинком в пальцах. По предплечью стекает густая кровь, капает под ноги и пропитывает рукава. Рукоять так и манит вцепиться в неё, оружие явно необычное... Гигант отбросил Тень Солнца к противоположной стене.
Маршал поднялся, быстро глянул в сторону упавшего в снег клинка и гиганта, нависшего над полуэльфом, как башня над муравьём. Вытянул правую руку в сторону оружия, растопырил пальцы.
— Ты чего творишь? — спросил Орсвейн, вскидывая бровь.
— Да так... — пробормотал Элиас, стыдливо опуская руку и встряхивая кисть. — Элдриан такие трюки проделывал, вот я и подумал...
— А другого момента попробовать не нашёл? Ну знаешь, до драки?
— Да иди ты. — Элиас выпрямился, встал в бойцовскую стойку. — У меня и без этого дел полно. Я тут, можно сказать, отдыхаю.
— Я, наверное, тоже...
Полуэльф быстро шагнул вперёд, одновременно откидываясь корпусом влево. Крошечный кулак врезался под рёбра. От неожиданности Орс врезался в стену, зарычал и остановился. Второй удар обрушился справа. Кулак маршала будто вспыхнул, и гиганта смело ударом. Кости предплечья хрустнули, а над рукой быстро поднялся пар от испарившихся снежинок. Орс по инерции отступил влево. Расширенными глазами наблюдая, как Элиас выпрямляется.
Совсем вылетело из памяти. Светоносец выпрямился и стиснул кулаки, чувствуя, как кости левого предплечья срастаются. Элиас Звёздный Ветер был Героем, может, не таким одарённым, как Лев, но всё же Героем. Проклятье, ведь он сражался с Тёмным на равных и не раз спасал Геора! Недооценивать такого бойца — настоящий идиотизм!
Короткий обмен ударами. Быстрый, настолько, что мышцы на спине затрещали лопаясь. Горячая кровь ударила в череп, и Орс ощутил себя... прежним. Полным сил и ярости, воплощением Гнева Света!
Кулак полуэльфа врезался в челюсть. Ударная волна, по направлению удара, смела верхний слой снега. Швырнула дальше по улице. Ответный удар поднял Элиаса над землёй. Изо рта маршала плеснула кровь и слюна, заледенела, не долетев до земли.
Новый обмен ударами, уже без всякой техники, чистое стремление сокрушить врага.
Бровь Орса лопнула, и лицо затягивает красная наледь. Меткий удар кулака-молота расплющил нос и губы Элиаса. В ход пошли резкие удары локтями, пинки. Эльфа впечатало в стену, как комара, лицо, несмотря на заживление Света, распухло, пошло буграми. Правая рука Орсвейна болтается вдоль тела, изломанная и вывихнутая. Травма медленно залечивается, но вывих нужно вправить самому. Гигант отступил, шумно выдохнул и врезался вывихнутым плечом в стену. Склад дрогнул, и с крыши сошла лавина, что тут же развеялась по ветру.
Сустав со смачным хрустом встал на место. Элиас отлип от стены, провёл ладонью по лицу, выругался.
— Да, меня теперь даже дети не узнают.
— Дети? — Просипел Орс, пользуясь моментом и вправляя нос.
Силы света очень специфичны, могут заживить такие мелочи без оглядки на изначальный вид. Полуэльф поднялся, отряхивая с одежды налипший пепел, застонал, увидев порванный рукав.
— Ага, двойня.
— Поздравляю.
— Спасибо, конечно, но мороки теперь...
— Понимаю.
Маршал замер с ладонью, занесённой над меховым воротом, остро посмотрел на гиганта.
— Так ты... тоже?
— Угу, в какой-то мере. Мальчик, проблемный.
— А... вот оно что... так ты поэтому сбежал?
— Можно и так сказать. — Прогнусавил Орс, поочерёдно зажимая ноздри и выдувая комки крови.
— А в городе что забыл?
— Разбирался со старыми делами. — Орс задумался и ткнул пальцем в сторону, откуда пришёл. — Если пройдёшь по следу, то найдёшь логово крыс из Святых Земель. Правда, все они уже мёртвые.
— Вот оно как... — Элиас без страха повернулся в ту сторону, обрывок ворота свесился через плечо, как пышный хвост. — Решил порвать со всем?
— Они... они сделали много плохого мальчику. Ты не хочешь знать, что именно.
Элиас долго смотрел в глаза Светоносца, вокруг с крыши склада падает мелкий снег и пепел. На соседней улице тоскливо завыл пёс, звякнул колокольчик труповозки.
— Ты прав. — Кивнул маршал, шагнул в сторону меча, запнулся и, зашипев, потёр колено. — Не хочу.
— Будем продолжать?
— Нет. — Отмахнулся маршал, охнул и подхватил из лужи растопленного снега Тень Солнца. — Настроение пропало. Уходи и не возвращайся, а я... пойду посмотрю, что ты там натворил.
— Спасибо.
***
Элиас дождался, пока гигантская фигура скрылась за пеленой тьмы и снега. Стряхнул пепел с плаща. Побрёл по следам. На главной улице стоит его карета, кучер и свита смотрят растерянно, даже испуганно. За каретой телега, запряжённая волами, и доверху гружённая заказами Люты. Женщины во время беременности склонны к странным запросам. Вроде ОБЯЗАТЕЛЬНО ворованной клубники или мела с мёдом. Вот только если мужчина думает, что после родов всё придёт в норму, он сильно ошибается. А ещё оборотница уверена, что товары должен добывать муж, а не посланные слуги.
— Съездил за покупками... — Пробормотал Элиас, сплюнул кровавый сгусток под ноги и отмахнулся от подавшихся от кареты слуг. — Ждите! Скоро буду! Я кому сказал!
Ну ладно, в чём-то жена была права. Ему действительно приятно самому выбирать вещи для волчат. Представлять, как они обрадуются.
Силы вливаются в избитое тело, но быстро заживают только колотые и резные раны. Кулаки таких не оставили. Похоже, придётся объяснять Люте, почему лицо её мужа похоже на мятый снежный ком.
След петляет от стены к стене, словно Орс пьяный конюх. В некоторых участках блестят рубины замёрзшей крови. Наконец маршал остановился у массивных дверей. По ту сторону тяжёлый смрад, чьи щупальца тянутся наружу. Полуэльф толкнул дверь и окунулся в ночной кошмар.
Стены залиты красным, даже на потолке. Пол завален требухой и обломками мебели, оторванные конечности разбросаны по всей комнате. Элиасу это напоминает жертвенную бойню, где дикари умащивали богов, убивая пленников дубинами. Колотя до тех пор, пока от тела не останется кашица. Вот только здесь орудовал тот, кто страшнее всех дикарей мира вместе взятых. Разгневанный отец.
Маршал остановился в центре комнаты. Осматривая побоище и думая, а что бы сделал он на месте Орсвейна? Что случится с людьми, посмевшими навредить его детям?
В углу сдвинулись обломки мебели, показалось бледное лицо и трясущаяся рука. Мужчина в простой одежде рабочего. Ничего примечательного. Подвывая, он пополз к Элиасу.
— Г-господин! Спасите! Я просто работал! Я ничего...
Тень Солнца перечеркнула лицо от лба до челюсти. Элиас равнодушно отвернулся, стараясь не вслушиваться во влажный плеск и шмяканье. Стряхнул с клинка капли крови и спрятал в ножны.
— Что ж... — пробормотал он, упирая кулаки в бока. — Теперь я даже не совру, сказав, что зачистил это логово... Но как объяснить разруху?
Обращаясь к воображаемому себе, легче найти решение, чем если просто гонять мысль в голове. Эту простую идею Элиас давным-давно подхватил у отца. Странно, раньше он считал старика нудным и надоедливым, а теперь... теперь понимает его как никогда, вот только уже поздно.
— Ладно. — Буркнул маршал и пошёл искать несущую балку. — Устроим разгром в моём стиле.
***
Лев проснулся от тяжёлых шагов и скрипа промёрзших петель. Вылезать из-под тёплого одеяла совсем не хочется. Оно словно само счастье, согревает тело и душу. Огораживает от плохих... очень плохих воспоминаний. Пересилив себя, мальчик открыл глаза. В комнату из предбанника протискивается Орсвейн. Учитель выглядит помятым. Волосы белы от наледи и инея, он же белеет под носом и на подбородке, обрисовав возможную бороду.
— Вы куда-то ходили, учитель? — Осторожно спросил Лев, приподнялся на локте.
— Были дела. — Мрачно ответил Орсвейн, задумчиво оглядывая комнату, то и дело глядя сквозь стену. — Спи, днём мы уходим.
— К-куда?
— Подальше от всего этого.
*вздыхает*
Не буду ломать комедию и расписывать, как тяжко моё положение. А оно далеко от идеального, на сколько это вообще возможно.
Только творчество и тренажерный зал спасают меня от окончательного нервного срыва.
Если вам нравится моё творчество, прошу, поддержите любой суммой. Это важно даже не сколько в материальном плане, сколько психологическом. Мне нужно видеть, что я пишу для кого-то, а не в пустоту. Да и интернет сам себя не оплатит...
Карта Сбербанк — 2202203623592435
Карта ВТБ — 4893470328573727
Карта Тинькофф — 5536913868428034