Брат смотрел мне в глаза и говорил: «Ты же знаешь, я тебе всё верну». Я кивала. Я верила. Я была такой удобной сестрой — пока не нашла в ящике стола одну бумагу, которая перевернула всё. Читать первую часть → Я сфотографировала договор ещё в квартире — телефоном, быстро, пока руки не начали трястись сильнее. Уже в машине я позвонила Вите. — Приезжай домой, — сказал он, когда я объяснила. — Не езди никуда сейчас. Просто приезжай. Я приехала. Витя встретил меня, забрал сумку, поставил чайник — и только потом спросил: — Ты точно всё правильно прочитала? — Витя. — Ладно. Понял. Он взял телефон, изучил фотографию. Долго молчал. — Дата, — наконец сказал он. — Две недели до... Галь, твоя мама тогда вообще могла подписывать что-то? Вот именно. Я думала об этом всю дорогу. Мама последние полгода почти не вставала. У неё были сильные боли, её накачивали обезболивающими — она порой не понимала, какой день недели. Какой договор? С кем она ехала к нотариусу? На чём? Я позвонила Нине Геронтьевне. —
Публикация доступна с подпиской
Безлимитные рассказы и продолжения