Сегодня многие с интересом и иногда с иронией наблюдают за попытками государства создать независимый сегмент интернета и продвигать мессенджер МАХ (не путайте с именем МАКС). Процесс этот болезненный, и сопротивление общества вполне естественно. Но чтобы понять причины текущих трудностей, стоит взглянуть на историю вопроса и сравнить наш путь с опытом Китая, который часто приводят в пример.
Почему «переобуться» на ходу сложно
Главная проблема российской ситуации заключается во времени. Государство примерно 25 лет не уделяло должного внимания вопросам безопасного и независимого интернета. За это время граждане привыкли к удобным иностранным сервисам: YouTube, WhatsApp, Viber, Facebook. Теперь эти платформы официально считаются нежелательными или экстремистскими, но люди уже «просидели 25 лет на импортной информационной игле».
Попытка резко изменить привычки напоминает ситуацию, если бы всех чиновников и депутатов вдруг пересадили с их комфортабельных Maybach на Lada Vesta. Кстати, идея пересадить госслужащих на отечественный автопром периодически всплывает, но в сфере цифровых привычек процесс идет еще болезненнее. Общество сопротивляется, потому что альтернатива кажется менее удобной, а необходимость — навязанной.
Китайский путь: фундамент закладывали заранее
Китай часто представляют, как пример успешного цифрового суверенитета, но важно понимать: они шли другим путем. Китайцы создавали свою интернет-экосистему практически с самого начала массового распространения сети. Народ там просто не знал другого интернета, поэтому и недовольства блокировкой зарубежных сервисов значительно меньше.
Технической основой китайской системы стал «Великий китайский файрвол» (Great Firewall). Еще в 2003 году, на заре эры интернета, был запущен комплекс мер государственной фильтрации трафика, известный как «Золотой щит». Это не просто одна программа, а сложная инфраструктура на уровне провайдеров и международных шлюзов. Система анализирует трафик и блокирует доступ к тысячам зарубежных сайтов (Google, YouTube, Wikipedia), если они не соответствуют местным законам.
В основе лежит концепция «киберсуверенитета». В официальных документах (например, в «Белой книге» 2022 года) подчеркивается право страны управлять своим сегментом сети для защиты национальной безопасности. Это философское обоснование позволяет регулировать даже иностранные приложения.
Но запреты — это только одна сторона медали. Вместо заблокированных западных сервисов Китай стимулировал рост собственных технологических гигантов. Сегодня у местных жителей есть популярные платформы, полностью заменяющие иностранные аналоги, а страна лидирует по внедрению 5G и объему цифровой экономики.
Гибкость ради экономики: эксперимент на Хайнане
Казалось бы, политика Китая жесткая и неизменная. Однако даже Пекин готов искать точечные решения для экономических задач. В 2025 году на острове Хайнань стартовала пилотная программа Global Connect.
Суть эксперимента в том, чтобы создать благоприятный климат для бизнеса и привлечь инвестиции. Сотрудники компаний, зарегистрированных в зоне свободной торговли на Хайнане, могут подать заявку на доступ к глобальному интернету. Условия строгие:
- Нужен тариф 5G одного из государственных операторов.
- Заявка подается через специальный центр.
- Рассмотрение занимает до пяти месяцев.
- Доступ может быть предоставлен не ко всем ресурсам.
При этом использование неофициальных VPN в стране по-прежнему незаконно. Этот пример показывает, что китайцы не отказываются от общего курса на управляемость сети, но готовы делать исключения там, где это выгодно экономике.
Выводы
Опыт Китая показывает, что построение независимого интернета — это марафон, а не спринт. Успех возможен, если собственная экосистема создается параллельно с ограничением доступа к внешней, а не постфактум.
Российскому государству сейчас приходится наверстывать упущенное за четверть века. Естественно, что процесс будет проходить болезненно, а общество будет проявлять недовольство. Как показывает практика, даже жесткий контроль может иметь исключения для бизнеса, но общий курс на цифровой суверенитет остается приоритетом. Главный урок прост: менять «информационную иглу» нужно было раньше, либо делать это крайне аккуратно, предлагая качественную замену.
Зачем писал? А фиг его знает. МАХ то всё-равно внедрят.