— Новоселье-то будем справлять? — спросила я у мужа.
Виктор с удивлением посмотрел на меня.
— А как же, Машенька! — ответил он. — Конечно, будем праздновать. Новоселье всё-таки. Иначе родственники мои не поймут.
Мне стало интересно.
— И что будет, если они не поймут? — задала я мужу простой вопрос.
— Обидятся, — спокойно ответил он.
«Обидятся? — подумала я тогда. — И это всё, чем мы рискуем?»
Разумеется, вслух эти свои мысли я не озвучила. Муж сразу бы услышал сарказм в моём голосе и расстроился. Он у меня такой чувствительный. Поэтому я сделала очень простое лицо и тихо произнесла:
— И что? — я смотрела на мужа наивными широко открытыми глазами. — Они обидятся, и мы их никогда больше не увидим?
Я старалась говорить так, чтобы и тени иронии не было слышно в моих словах. Но именно это (отсутствие иронии в моём голосе) и заставило Виктора несколько растеряться от такого моего вопроса. И он решил, что я спрашиваю серьёзно.
— Да нет, — ответил он. — Почему не увидим? Увидим. Но могут быть последствия. Нехорошие. Ты же знаешь моих родственников. Так-то они люди хорошие, но...
Виктор не знал, как сказать, и задумался. Но я его прекрасно понимала. Мне ли не знать его родственников.
— Они злые и у них хорошая память? — пришла я на помощь мужу.
— Ты сама всё понимаешь, любимая, — сказал Виктор.
— Понимаю, — тяжело вздохнув, согласилась я. — Но, вспоминая их прошлые к нам визиты, как-то не очень хочется всё это снова переживать.
Я ещё на что-то надеялась. Но мои надежды оказались напрасными.
— А что делать? — чуть не плача, сказал муж.
Мне стало его жалко.
— Так, может, тогда и не стоит отмечать новоселье-то? — как бы между прочим, ненавязчиво посоветовала я.
Но моё предложение только ещё больше напугало мужа.
— Ты серьёзно? — воскликнул он.
Я снова сделала свои глаза наивными и большими.
— Серьёзно, — шмыгая носом, ответила я. — Ведь от нас зависит.
Виктор задумался, но ненадолго.
— А если они после спросят, почему мы их не позвали?
Я ответила первое, что мне пришло в голову.
— А мы им не скажем, что квартиру новую купили.
— Не скажем?
— Не-а.
Виктор снова ненадолго задумался.
— С одной стороны, конечно, — согласился он. — Было бы неплохо скрыть.
— Так давай скроем! — радостно воскликнула я. — Кто же заставляет-то нас их сюда приглашать?
— Но с другой-то стороны... — осторожно продолжал Виктор. — А если они об этом узнают? А со временем они это узнают. Можешь даже не сомневаться. И тогда будет ещё хуже. Поверь. Я знаю, что говорю. И я не за себя боюсь, Маша. За тебя больше переживаю.
— Думаешь, узнают?
— Вне всяких сомнений. Мои родственники, они ведь сразу поймут, что это именно ты решила не праздновать новоселье.
Виктор ненадолго задумался.
— Тебе, Маша, хорошо, — грустно произнёс он. — Ты сирота.
— Ты тоже сирота, — напомнила я.
— И я сирота, — согласился Виктор. — Но у меня при этом куча родных братьев и сестёр. Да в придачу ещё и дяди, и тёти. И их дети — мои двоюродные братья и сёстры. И их дети, мои двоюродные племянники и племянницы. И все считают, что я им что-то должен. А тебе повезло. У тебя никаких родственников нет.
— Да, мне повезло, — согласилась я.
— И что нам делать?
— А что, если сказать, что неважно себя чувствовали и поэтому решили не отмечать новоселье?
— С моими родственниками такое не пройдёт, — Виктор тяжело вздохнул. — Они уверены, что если мы ещё живы, если ещё дышим, если способны передвигаться, если можем говорить по телефону, значит, обязаны устроить им праздник. Нет, Маша, придётся отмечать и всех их звать.
— Согласна. Иначе они обидятся, и будет ещё хуже.
— И дело даже не в том, что они обидятся. А в том, что злобу затаят. Вот что плохо.
— Ты прав, — согласилась я с мужем.
Виктор ещё немного подумал.
— А чтобы тебе не так грустно было, — сказал он, — позови своих друзей и подруг.
— Да ты что такое говоришь, Виктор? — воскликнула я.
— А что?
— Мои друзья и подруги не придут, если узнают, что твои родственники тоже там будут. Вспомни, что на свадьбе нашей было. Вспомни прошлое новоселье. Нет. Мои друзья и знакомые больше на такое не подпишутся.
Виктор с нежностью посмотрел на меня.
— Мне тебя так жаль, — сказал он. — Мне и себя жаль, но тебя больше. Ведь это мои родственники. Мой крест. А ты не заслужила.
— Если вышла за тебя замуж, стало быть, заслужила, — уверенно произнесла я, глядя куда-то вдаль. — Знала, на что шла. Ладно. Не отчаивайся. Пройдём и это испытание. Значит, так надо. Звони родственникам.
— Только ты рядом будь. Мало ли что.
— Буду рядом. Не бойся.
— А-а. Не бойся. Тебе легко говорить.
— Сделай так, чтобы и мне слышно было, что они говорят.
И, включив телефон на громкую связь, Виктор начал обзванивать своих родственников. Сначала позвонил старшему брату.
— Ты чего звонишь в такую рань? — сердито ответил Николай. — Я сплю.
— Так ведь десять утра уже.
— Ты же знаешь, что в воскресенье я раньше трёх часов дня не просыпаюсь!
— Я забыл.
— Как же ты мог забыть, брат? Да кто же ты есть после этого?
— Прости.
— Говори, чего хотел. Только быстрее, — сердито произнёс Николай.
— Хотел пригласить тебя на новоселье.
— Какое ещё новоселье?
— Мы с Машей квартиру новую купили.
Сон Николая как рукой сняло.
— Ещё одну квартиру купили? — воскликнул Николай.
Виктор посмотрел на меня. Я кивнула.
— Ну да, — растерянно ответил Виктор.
— А ту свою квартиру продали, что ли? — с возмущением произнёс Николай.
— Нет, — робко ответил Виктор. — Ту квартиру не продали. Мы её сдаём.
— Как сдаёте?
— Ну вот так получилось.
— Это же надо! — воскликнул Николай. — Сдают они. Хорошенькое дело. Тут не знаешь, как концы с концами связать, а они квартиры старые сдают, новые покупают. Ты же знаешь, что моя жена третьего ребёнка ждёт.
— Знаю.
— А ты квартиру покупаешь, вместо того чтобы нам помочь?
— Так получилось.
— Получилось у него... Кому рассказать, не поверят. А мне вот интересно знать, на какие это такие средства вы новую квартиру купили?
Виктор снова посмотрел на меня. Я отрицательно повертела головой.
— Приедешь, узнаешь, — быстро ответил Виктор.
— Ты совсем обнаглел, Витя? Я сейчас хочу знать. Как твой старший брат я имею право. И ты обязан мне сказать.
Виктор снова посмотрел на меня. А я снова отрицательно повертела головой.
— Узнаешь на новоселье, — ответил Виктор.
Сообщив брату время и место проведения праздника, Виктор выключил телефон и посмотрел на меня.
— Нет, ну ты слышала? — спросил он.
— Слышала, — ответила я. — И ты правильно сделал, что не сказал ему, откуда у нас деньги.
— Правильно-то оно правильно. А что я ему здесь скажу? И другим тоже! Когда они все приедут на новоселье.
— Правду!
— Правду? Ты серьёзно?
— А что?
— Ты представляешь, что начнётся, когда они узнают правду?
— Тогда можно и не говорить им правду, — предложила я. — Можно что-нибудь соврать.
— А что соврать?
— Сказать, что выиграли. Или наследство получили.
— И что? Думаешь, если мы выиграли или наследство получили — это лучше правды? Как будто это что-то меняет!
— Ты прав, — согласилась Маша. — Ничего не меняет и ничем не лучше. Такой же будет результат. Твоим родственникам точно не понравится, как мы распорядились деньгами. Ведь они все нуждаются, у них у всех есть дети и внуки, а мы... Эгоисты! Вот мы кто.
— О чём и речь. По-моему, Маша, ты была права, когда говорила, что не надо их приглашать. Ах, зачем только я позвонил Николаю? Что я наделал? Лучше бы они просто злобу затаили, и на этом всё бы и закончилось.
— Давай звони сейчас брату и всё отменяй.
— А что я ему скажу? Чем объясню, что новоселье отменяется?
— А скажешь, что пошутил.
— Пошутил, говоришь?
— Ну да. Пошутил. Откуда у нас могли взяться такие деньги?
— Точно!
И Виктор позвонил Николаю. Но дозвониться до него он смог только через полчаса.
— Чего тебе ещё? — грубо поинтересовался Николай. — Хочешь рассказать, где деньги взял на новую квартиру?
— Да ты что, брат. Какие деньги? Я вовсе не с тем звоню.
— А с чем?
— Я хотел сказать насчёт новоселья.
— Насчёт новоселья и так всё понятно. Скажи лучше, где деньги на квартиру взял?
— Нет. Я о другом хочу тебе сообщить.
— Ну, а другое мне неинтересно. Кстати, я уже обзвонил всех наших родственников и пригласил их тоже.
— Как обзвонил?
— А вот так. Надеюсь, ты не против. Между прочим, все, как и я, интересуются, откуда у тебя, брат, такие деньги, чтобы квартиры в центре Москвы покупать. Кстати, а сколько комнат в квартире, которую вы купили?
— Сколько комнат? — растерянно произнёс Виктор. — Так это... Не знаю даже, как и сказать.
— Ладно, ладно. Можешь сейчас ничего не говорить. Сюрприз будет. Но учти, мы с тебя с живого не слезем, пока не узнаем, где ты деньги взял на квартиру. Просто зла не хватает. И не вздумай нам врать. Мы проверим.
Николай выключил телефон. Виктор посмотрел на меня.
— Ещё не поздно всё отменить, — сказала я.
— Поздно, — ответил Виктор. — Они в любом случае приедут, даже если мы отменим новоселье. И приедут не в следующее воскресенье, а сразу, как только я им сообщу, что новоселье отменяется.
И вот тут-то мне и пришла в голову та самая спасительная идея, благодаря которой мы теперь живём счастливо. Вот уж точно, не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.
— Слушай, Витя, — сказала я, — а что, если мы, знаешь, как поступим...
— Как?
И я рассказала мужу, как нам следует поступить. И он согласился со мной.
И вот наступил тот самый день.
Гости приехали в точно назначенное им время. И сразу пошли осматривать квартиру. И вот уже час прошёл, как они приехали, а так и не сели за стол, потому что всё ещё осматривали квартиру и никак не могли успокоиться.
И даже когда мы, как гостеприимные хозяева, несколько раз приглашали их сесть за стол, гости категорически отказывались. Говорили, что не сейчас, что им не до еды, что кусок в горло не лезет и так далее.
Они ходили по квартире, заглядывали во все комнаты, во все помещения.
И только по прошествии двух часов они наконец-то утомились, успокоились и сели за стол.
И первое, что они спросили, чем поинтересовались, это на какие же средства простой рабочий сумел вторую квартиру купить, при том, что его жена нигде не работает.
И вот тогда мой муж взял слово. Он сказал всё именно так, как я предложила.
— Буду с вами честен, — сказал Виктор. — Но очень вас прошу, об этом никому. Потому что если кто узнает, то нам с Машей плохо будет. Вы правильно заметили, что на свою зарплату рабочего я купить вторую квартиру ну никак не мог. Тем более что первую квартиру однокомнатную на окраине Москвы я ведь всего два года назад в ипотеку купил. А тут вдруг шестикомнатная... Да ещё и в центре! Но смогли мы только потому, что Маша год назад устроилась на работу.
— Кем? — в один голос воскликнули сидящие за столом родственники.
— Бухгалтером одной фирмы, — ответил Виктор. — Сразу скажу, что название фирмы вам лучше и не знать. Для вашей же безопасности. Понимаю, о чём вы все сейчас подумали. Сомнительные дела и всё такое. И вы правильно подумали. Так оно и есть. И не просто сомнительные, а сомнительные в крупных размерах.
— В крупных? — тихо произнёс старший брат Виктора Николай.
— Да, — спокойно ответил Виктор. — И в течение всего этого года, — Виктор показал на меня пальцем, — эта женщина чуть ли не каждый день подписывала какие-то ведомости, отчёты и прочие документы.
Все посмотрели на меня. Я сделала наивные и большие глаза, пожала плечами и повертела головой, дескать, оно само как-то так получилось.
— А за это, — продолжал Виктор, всё ещё указывая на меня пальцем, — она и получила те самые деньги, на которые мы мало того, что купили эту самую квартиру, но к тому же и полностью выплатили ипотеку за свою однушку на окраине. И я не нашёл в себе силы отказаться. Потому что искушение было слишком велико. И у меня поэтому теперь уже тоже обратной дороги нет.
Сидящие за столом начали испуганно переглядываться.
— Вы, наверное, сейчас подумали, а почему мы с вами не поделились? — продолжал Виктор. — Так я вам вот что отвечу. Маша хотела поделиться с вами. Ну, чтобы помочь вам в вашей трудной ситуации. Хотела. Но я её отговорил.
Прежде чем продолжить, Виктор выдержал небольшую паузу.
— Я ей сказал, — с чувством произнёс он, — что в таком случае мои родственники тоже становятся соучастниками того, что она совершала каждый день при моём молчаливом согласии. А значит, и ответственность, положенную в таких случаях, тоже нести будут. Понимаете, к чему я?
Сидящие за столом молча смотрели на Виктора, не зная, что и ответить.
— Нас ведь всех тогда закроют, — спокойно продолжал Виктор. — И не только закроют, но и всё конфискуют. Ладно мы с Машей. У нас детей нет, и случись что, мы на этот счёт спокойны. Поэтому, может, и пошли на это, потому что нам переживать не из-за кого. Но у вас ведь у всех есть дети. Правильно?
— Правильно, — ответили родственники.
Виктор понимающе кивнул и тяжело вздохнул.
— В общем, — сказал он, — теперь, когда вы всё знаете, я надеюсь, вы больше не будете задавать нам с Машей вопросы насчёт того, где мы деньги взяли. Для вашей же безопасности. Мол, не знали ничего, не ведали. И давайте сейчас просто веселиться. Пока мы с Машей на свободе. Потому что неизвестно, сколько нам осталось. Да, Маша? Ведь неизвестно сколько?
— Неизвестно, — ответила я. — За мной могут прийти в любой момент. Вот, может, уже сейчас за мной идут. А поэтому кушайте, прошу, гости дорогие, кушайте на здоровье.
Честно говоря, когда мне в голову пришла идея напугать родственников мужа тем, что я занимаюсь какими-то сомнительными делами, я особо не задумывалась о последствиях. Просто была уверена, что так поступить будет правильно. А что именно будет в результате конкретно, ни я, ни тем более муж мой не предполагали.
Нет, мы, конечно, ожидали, что нас станут упрекать, говорить, что это неправильно, что так жить нельзя. И к этому мы были готовы. Но в действительности произошло то, чего ни я, ни Виктор никак не могли предположить.
Никто из родственников мужа ни в чём нас не упрекнул. Нет. Более того, никто из его родственников даже ничего не сказал. Родственники просто поднялись дружно из-за стола и ушли. Молча.
И через пять минут после того, как Виктор закончил свою речь, никого, кроме меня и его, в квартире не было.
— Ура, — тихо сказал Виктор, когда все ушли.
— Ура, — тихо согласилась с ним я.
— Зовём наших друзей? — предложил он.
— Зовём, — согласилась я.
И через полчаса в нашей квартире началось настоящее веселье. Но и нашим друзьям мы тоже не сказали правду насчёт того, где взяли деньги на покупку новой квартиры. Зачем? Ведь и так хорошо. Впрочем, наши друзья этим и не интересовались.
Прошёл год.
И за всё это время никто из родственников мужа к нам ни разу не приезжал.
— Знаешь, что меня во всей этой истории радует? — сказала я.
— Что?
— Что ты воспитывался в честной семье. В такой семье, где моя деятельность, придуманная нами, считается недопустимой.
— Это точно, — согласился Виктор. ©Михаил Лекс (До встречи в комментариях)