Ренат Рашитович недолюбливал Надежду Егоровну, поэтому предпочитал не здороваться. И вообще любил, когда с ним здороваются первые, на что в ответ лишь снисходительно кивал головой. А она в глубине души даже немного презирала его, и было за что. "Острая обоюдная непереносимость" — так характеризовала свои отношения с соседом Надежда Егоровна.
В столице люди могут годами жить на одной лестничной площадке и не знать друг друга; здесь же, во дворе небольшого городка, местные жители знали всё и обо всех. Ну, или почти всё.
Ренат Рашитович жил этажом ниже, прямо под Надеждой Егоровной. Квартиру эту ему приобрела мать в начале нового века - Ренату на тот момент было около тридцати пяти лет. Сам он никогда нигде толком не работал, но ездил на шикарной машине (тоже подарок матери) и часто отлучался "по делам". С виду Ренат - интеллигентный, но чересчур высокомерный. Есть те, кто считает себя представителем "голубых кровей" и смотрит на остальных свысока. Ренат был одним из них.
Ещё он любил всех поучать и называл себя то "учителем", то "философом", то "избранным". Когда Ренату не было ещё и сорока, он уверовал в то, что познал многие "тайны бытия и вселенной". Но Надежда Егоровна, на тот момент просто Надежда (они были почти ровесниками), нутром чуяла козла в овечьей шкуре. И поражалась тем, кто собирался во дворе вокруг Рената и слушал его проповеди, затаив дыхание.
Публика собиралась интернациональная: кто в Бога верил, кто — в Аллаха, а кто и вовсе атеистом был. Ренат с важным видом читал им Омара Хайяма, пересказывал отрывки из Корана (на свой лад), затем излагал свои мысли. Одновременно говорил, что старается пять раз в день читать намаз и тут же высмеивал человечество, оскорблял некоторых известных людей (кто жив и тех, кто уже давно на том свете). Смотрел так, словно он владыка какой. Словно знает то, что другим неведомо, и его миссия на земле — просвещать.
Надежде же он напоминал её первого мужа, который грешил напропалую, а потом молился. Пост держал. Каялся. Очистится — и заново грешит. И вот так по кругу.
Поэтому ей казалось, что она насквозь видит Рената. Наверно, и ему так казалось, раз он метал в её сторону гневные молнии. Она судила о людях по их поступкам. Все поступки Рената говорили ей о чём угодно, но только не о том, что он достойный уважения человек...
Всё-таки его мать избаловала, считала Надежда. Однажды им довелось побеседовать по душам, и мама Рената поделилась подробностями из жизни:
— Ой, намучилась я с ним. Вроде вырастила, выкормила, образование дала. За границей учился. Бешеные деньги ушли! Он у меня и умный, и красивый, но всё никак себя в жизни не найдёт: два раза женат был, да развёлся — четверо детей... А сколько раз он бизнесом пытался заняться! Я ему и начальный капитал, и офис в аренду, и документы оформляла — всё профукал. У меня большие связи, деньги, я его на такие посты могу выдвинуть! Ууу! Но не хочет, и всё тут. Не его это, видите ли... Не подходит ему работа никакая. Столько вложила в него, а отдачи нет. Не иначе, как сглазил кто.
Надежда не согласилась:
— Ну, кто хочет работать — тот идёт и ищет работу, кто нет — тот ищет оправдания. А вы не пробовали просто лишить его денег?