«Известно ли нам, что он справедлив, благостен, добр, кроток, милосерден, сострадателен? Нет. У нас нет никаких доказательств того, что он обладает хотя бы одним из этих качеств».
Марк Твен
Однажды в детстве я прочитал в одном рассказе как ребёнок задаёт попу странный вопрос:
«Батюшка, а почему боженька такой, как вы говорите?»
Я не помню название рассказа, но контекст там был такой, что мы никогда не узнаем о том, какой на самом деле Бог, пока лично не увидим и не встретимся с ним. Любая попытка познать бога — это всего лишь интерпретация, положенная на наши личные чувства и переживания. Плюс культурный код и исторические события, которые ложатся в основу многих мифологий. Один народ обиделся на другой, но ничего сделать не может. Поэтому он создаёт в своих легендах бога, который придёт и спасёт всех. С годами эти сказания перерастают в легенды, а спустя века становятся священными текстами.
Но ответа "Каков Бог на самом деле нет ни в одной книге"
Когда мы слышим имя Марка Твена, в голове сразу всплывают Том Сойер, Гекльберри Финн и вечный белый костюм с неизменной сигарой. Мы привыкли считать его добрым дедушкой-юмористом.
Но мало кто знает, что на закате жизни Твен превратился в самого едкого и опасного критика религии. Его книга «Письма с Земли» была настолько вызывающей, что дочь писателя запрещала её издавать десятилетиями, боясь скандала.
Твен любил повторять: «Выбирайте Ад — там компания интереснее». И это не была просто эпатажная шутка. У великого писателя были серьезные претензии к тому «Раю», который нам обещают проповедники.
Рай — это место, где запрещено всё, что мы любим
Твен задал один очень простой, но убийственный вопрос: почему люди представляют Рай как место, где нет ничего из того, что приносит нам радость на Земле?
В своих заметках он иронизировал: человек всю жизнь мечтает о любви, о вкусной еде, о захватывающих книгах, о путешествиях и интеллектуальных спорах. Но как только речь заходит о «небесном блаженстве», всё это исчезает.
Взамен нам предлагают бесконечное пение псалмов и игру на арфе.
«Подумайте сами, — писал Твен, — человек, который в жизни не может высидеть в церкви и часа, почему-то уверен, что будет в полном восторге, если заставит его петь хором миллион лет подряд. Причем без перерыва на обед и сон!»
Твен высмеивал саму концепцию «статичного счастья». По его мнению, Рай в представлении богословов — это золотая клетка для тех, кто разучился думать.
Проблема «хорошей компании»
Это, пожалуй, самый известный аргумент Твена. Он задавался вопросом: а кто, собственно, будет населять эти райские кущи?
Если верить догмам, то в Рай попадают «смиренные и послушные». Те, кто не задавал лишних вопросов, не спорил с догмами и послушно соблюдал ритуалы.
А кто тогда в Аду?
Твен рассуждал логически: все великие ученые, которые двигали прогресс вопреки церковным запретам; все вольнодумцы, поэты, бунтари, художники и философы — все они, по логике инквизиции, должны гореть в геенне.
«В Раю, конечно, климат лучше, — резюмировал писатель, — но в Аду я встречу Сократа, Вольтера, Дарвина и всех своих друзей, с которыми мне было о чем поговорить при жизни. А в Раю мне придется вечность слушать тех, кто при жизни был скучен до зубовного скрежета».
Для Твена интеллект и юмор были важнее «святости». Он не понимал, зачем нужно спасение, если в комплекте к нему идет лоботомия и запрет на критическое мышление.
Бог как «автор плохого романа»
В своих поздних работах Твен перешел от шуток к жесткой философии. Его возмущало, что люди приписывают Богу человеческие пороки: тщеславие (требование постоянного прославления) и мстительность (вечные муки за ошибки короткой земной жизни).
Вот действительно, почему именно «вечные муки» за ошибки, совершенные человеком за короткий отрезок времени, то есть жизнь?
Он написал потрясающую фразу:
«Если Бог действительно таков, каким его описывают в Библии — мстительный, ревнивый и мелочный, — то я предпочитаю не иметь с ним ничего общего. Я лучше пойду в Ад из чувства собственного достоинства».
Это был настоящий бунт гуманиста. Твен считал, что если у человека есть совесть, он не может быть счастлив в Раю, зная, что в этот же момент миллиарды других людей где-то внизу подвергаются вечным пыткам. Для Твена такой «Рай» был бы верхом эгоизма.
И всё же...
Марк Твен не был атеистом в современном смысле слова. Он скорее был «антиклерикалом» — человеком, который ненавидел, когда от имени Бога говорят люди в рясах. Эдакий американский Толстой.
Его выбор в пользу «Ада» — это высшая форма иронии над человеческим лицемерием. Твен призывал нас не ждать посмертных наград, а стараться быть интересными, умными и добрыми здесь и сейчас. Чтобы, если загробный мир всё-таки существует, нам не было стыдно перед Сократом за свою глупость.
Спасибо за внимание!
Если вы пропустили многие мои популярные статьи, то постепенно они будут появляться в Моём телеграмм канале, посвящённому мракобесию, лженаукам и пр. - Дмитрий Джулиус
