Был один из тех дней золотой осени, когда ветер несёт по серым тротуарам багряную листву. Именно в такой день Глеб сошёл с поезда.
Ноги сами привели к её дому. Он вдруг почувствовал смертельную усталость. Откуда только она взялась? Правда, Глеб так и не заснул ночью, долго стоял в тамбуре, а потом вернулся в купе, забрался на третью полку и пролежал без сна, пока проводница не постучала в дверь.
- Вот я и пришёл, - сказал себе Глеб. – Наконец-то!
Пятнадцать лет назад он уезжал отсюда навсегда.
- Вторая квартира… - он устало прислонился к лестничным перилам. Всего один пролёт, и я уже жму чёрную пуговку звонка…
Глеб посмотрел на часы. Половина девятого утра.
- Пожалуй, ещё рано.
Внезапно ему стало страшно. Захотелось уйти. Сбежать, пока не поздно. То, о чём не хотелось думать, вдруг завладело его сознанием.
Даша оставалась для него всё той же семнадцатилетней девушкой. Он не мог представить её сейчас другой, взрослой женщиной.
Какой-то глубинный внутренний голос нашёптывал:
- Не дрейфь, старик! Не об этом ли ты мечтал? И ведь, по большому счёту, ты ничего не ожидаешь от этой встречи, правда? Ты хотел лишь увидеть её. Взять за руку и посмотреть в глаза. (Эти чёртики в глазах и смешливый взгляд…)
Оказаться вновь после длительного отсутствия в родном городе и не воспользоваться случаем? Нет, Глеб никогда бы себе этого не простил.
… Обыкновенная стена. Давно не белённая. Кто-то начертил углем: «Мишка дурак»
Когда-то здесь была дверь. Теперь она замурована…
- Это просто какой-то сюр! Нереальность! Бессмыслица! Бред!
Непонятное и оттого немного неприятное ощущение поселилось внутри.
Перепрыгивая через две ступеньки, Глеб помчался на третий этаж. Раньше там жил его школьный товарищ.
Дверь открыла пожилая черноволосая женщина.
Спросила приветливо:
- Вам кого?
- Тамара Фёдоровна, не узнаёте? Я …
Он не успел договорить.
- Как же, как же, Глебушка… Какими судьбами?
- Да я, собственно, в городе проездом. Дай, думаю, загляну на минутку. Поздороваюсь.
Мама Егора всегда была приветливой и радушной хозяйкой. Вот и теперь она суетилась вокруг гостя, не зная, куда его усадить и чем угостить.
Вопросы сыпались, как из рога изобилия. С обеих сторон.
- Как живёшь, Глебушка? Где трудишься? Семьёй обзавёлся? Вы тогда уехали так неожиданно.
- Отца перевели на работу в соседнюю область. Там наша семья и обосновалась.
- А Егор? Где служит сейчас? Часто ли навещает вас? В суете и делах мы совсем потеряли друг друга из вида.
- Жизнь изменилась. Мир изменился. Изменились и мы, Глебушка, - задумчиво произнесла женщина и пристально посмотрела на него.
- Можно, я вас спрошу? Тамара Фёдоровна, почему вы больше не вышли замуж? Вы же остались совсем молодая, красивая.
- Красота здесь не при чём. Замуж выходят и некрасивые. А вот я не вышла. Не захотела. Да и сыну другого отца не хотела. Жалела ли? Случалось, и жалела потом.
- А вот я ещё не встретил ни одной женщины, на которой захотел бы жениться. Вот по молодости всё было иначе.
- А, может, и не в молодости дело? А просто семья – это куда сложнее, чем просто влюблённость…
- Возможно. Да, это была всего лишь влюблённость, симпатия к очень красивой девушке, - Глеб не заметил, что сказал это вслух.
Тамара Фёдоровна, а куда подевалась квартира на первом этаже? Как будто испарилась.
- Теперь там магазин, а вход с улицы. Да, дверь в квартиру заделали наглухо. За ненадобностью. Закрыли все входы и выходы к свету.
- А жильцы? Куда подевались жильцы? Такое чувство, что за это дверью замуровали воспоминания.
Бывшая квартира номер два. В памяти Глеба она была связана с его прошлым. Со всем тем, что было самого хорошего и светлого в этом прошлом.
… Заниматься не хотелось. Оставался последний экзамен – и прощай, школа! Эх, плюнуть бы на всё, покататься бы на роликах или в кино пойти с Дашей. На последний сеанс. А ещё лучше – положить голову на учебник, закрыть глаза.
Какая же она классная, красивая и удивительная! Высокий хвост огненных волос, огромные, чуть приподнятые вверх глаза ярко-синего цвета и маленький курносый нос. Она, как кусочек солнца – глаз не оторвать!
И эта фея вдруг приглашает меня на белый танец. Конечно, я пригласил её в ответ на другой танец. А потом проводил домой. И завертелось, закружилось.
Что делать с бабочками в животе, я пока не знал, но теперь жизнь казалась мне прекрасной и полной чудес.
Вчера сидели у неё дома. Даша – напротив, говорила что-то, смотрела мне в глаза и вдруг забыла, о чём говорила. Смятение – волнение… Это то, о чём я подумал?
Я стараюсь держать себя в руках, но всё равно веду себя, как идиот. В чересчур приподнятом настроении, глаза горят, говорю много и суетно.
Сижу и гадаю: влюблена или нет? То приветлива и улыбчива, а то вдруг робкая и немногословная.
А ведь совсем скоро нам предстоит расставание. Вопрос уже решённый – уезжаю за сотни километров. И что будет с нами? Закрутит жизнь в круговорот. И мы оба понимаем это. Но останется с нами то первое, сильное, светлое чувство. Хоть было оно робкое и неуверенное.
- Глебушка, ты интересовался, куда уехали прежние жильцы? – из задумчивости его вывел мягкий женский голос. – Записывай адрес.
- Спасибо, дорогая Тамара Фёдоровна, но, пожалуй, не стоит. Открыв окно в будущее, необходимо закрыть дверь в прошлое, чтобы сквозняком не выдуло настоящее.
Но всё это Глеб сказал лишь мысленно, а вслух тихо произнёс короткое:
- В прошлое закрыта дверь.
А если мои чувства вновь оживут? А Даша окажется замужем, и счастлива при этом? Что тогда? – Глеб решительно отбросил остатки сомнений и переживаний. – Нет, так, как было, уже не будет никогда. Поэтому не стоит пытаться вернуть былое. Лучше оставить приятные воспоминания и избежать возможного разочарования. Ведь мы уже не те, какими были прежде. Пусть лучше эти приятные воспоминания о первой влюблённости продолжают жить в моём сердце.
………………………
Обыкновенная стена. Давно не белённая. Кто-то начертил углем: «Мишка дурак!».
- Когда-то здесь была дверь в счастливое будущее.
До отправления поезда оставалось ещё четыре часа…