Когда люди видят кота с инвалидностью, они сразу включают режим похоронного бюро. Скорбные лица, вздохи: «Ой, бедняжечка, как же он мучается». Хочется подойти и спросить: «А где именно он мучается? Покажите пальцем».
Потому что кот в это время занят делом. Он пытается стащить вашу сосиску или сосредоточенно вылизывает то место, где у него раньше была лапа. У него нет времени на экзистенциальные кризисы. Он не сидит у окна, размышляя: «Эх, был я раньше целым котом, а теперь — недоразумение». Это мы так думаем. А он просто живет.
Лапа — лишняя деталь
Для кота тело — это просто штука, на которой он перемещается от миски к батарее. Если одна лапа отвалилась (или её пришлось убрать, потому что она превратилась в кусок мяса), кот не идет в депрессию. Он просто переучивается ходить на трех.
И знаете что? Он носится так, что вы его не догоните. Прыгает на шкаф, используя вашу голову как трамплин, и чувствует себя королем мира. Ему не нужно сочувствие, ему нужно, чтобы вы вовремя открыли банку с кормом. Инвалидность — это когда ты просто чуть по-другому скачешь по квартире, а не когда ты сломанный.
Про «гуманное» убийство
Самое противное — это советы «добрых» людей: «Ну зачем вы его мучаете, усыпите, он же страдает!».
Посмотрите на Бурята. У него полчелюсти на проволоках, вид такой, будто он только что вернулся с разборки с газонокосилкой. Он страдает? Да он за этот паштет любого порвет. Он спит на самом мягком месте, он дерется за внимание, он живой до кончиков ушей.
Мучается не кот. Мучаются люди, которым неприятно смотреть на некрасивое. Им хочется, чтобы всё было как в рекламе — пушисто и симметрично. А тут какой-то кривой-косой котик рушит их идеальную картинку мира. Усыпить из жалости — это почти всегда про то, чтобы нам не было неприятно смотреть, а не про помощь животному.
Памперсы и романтика в четыре утра
Коты-спинальники — это вообще отдельная песня. Да, они ходят в памперсах. Да, их надо «выжимать» (помогать сходить в туалет).
И вот ты стоишь в четыре утра, весь в чем-то подозрительно мокром, кот пытается в это время вырваться и пойти по своим делам, и ты думаешь: «Боже, за что мне всё это?». А потом этот «инвалид» в памперсе в горошек с пробуксовкой уносится на кухню, потому что услышал шуршание пакета. И ты понимаешь: у него-то всё отлично. Это у тебя спина болит и глаз дергается, а он — в полном порядке. Он счастлив, потому что он сыт, в тепле и его чешут за ухом.
Грустная правда
Грустно не от того, что у Татарина таз сломан или Тува весит как перышко и трясется. Грустно от того, что такие коты почти никогда не находят дом. Люди боятся. Боятся сложностей, боятся запахов, боятся, что он скоро умрет.
А они не собираются умирать. Они собираются жить и радовать вас своей кошачьей наглостью, даже если у них не хватает пары запчастей. Коту-инвалиду не нужна ваша жалость. Ему нужна миска, лекарства и чтобы вы перестали смотреть на него как на покойника.
Помочь нашим поломанным, но очень живым котам можно здесь:
Для тех, кто предпочитает "дзынь" в два клика:
💳 СБЕРБАНК: 89114954185 (Евгения Викторовна)
Реквизиты организации:
🏦 АНО "СПАС КОШКУ — ПОЧИНИЛ ВСЕЛЕННУЮ", ИНН 3900032610, КПП 390001001, БИК 042748634, КАЛИНИНГРАДСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ #8626 ПАО СБЕРБАНК, КОРРЕСПОНДЕНТСКИЙ СЧЁТ 30101810100000000634, РАСЧЕТНЫЙ, СЧЁТ 40703810420000099387
Ваши деньги — это не «подачка на доживание», это оплата запчастей и сервиса для тех, кто решил не сдаваться.
Читайте также другие наши статьи: