Любовь к true crime

«Я вчера до трёх ночи смотрел true crime… не мог оторваться». Человека притягивает чужая боль, чужая смерть, чужая трагедия. За этим интересом стоит не жестокость, а попытка справиться с чем-то внутри себя.

True crime — это не про любовь к насилию. Это про попытку приручить страх. Когда мы смотрим истории убийств, исчезновений, расследований, мы как будто садимся в безопасное кресло наблюдателя. У нас есть дистанция. Экран. Контроль. Мы можем поставить на паузу, перемотать, выключить. В реальной жизни страх хаотичен и неконтролируем, а здесь он структурирован: есть преступление, есть расследование, есть объяснение. Даже если финал трагический, в нем всё равно есть логика. А психика очень любит логику — она снижает тревогу. Особенно тянутся к true crime люди с высоким уровнем внутренней тревоги. Те, кто живёт с ощущением, что «что-то может случиться». Просматривая такие истории, они как будто учатся: как это происходит? кто виноват? как этого избежать? Это иллюзия контроля, но она работает. Мозг говорит: «Если я понимаю механизм опасности, значит, я в безопасности». И на какое-то время становится легче.

Есть ещё один слой — эмоциональный. В повседневной жизни многим трудно соприкасаться с сильными чувствами: страхом, ужасом, бессилием, злостью. Они вытесняются, приглушаются, замораживаются. А true crime даёт легальный способ их прожить. Ты сидишь дома, ешь, укрыт пледом, и при этом испытываешь интенсивные эмоции. Это как тренажёр для психики. Контакт с тем, что в обычной жизни ты себе не разрешаешь чувствовать. Иногда за этим стоит и более личная история. Люди, пережившие травму или выросшие в небезопасной среде, могут бессознательно возвращаться к этим сюжетам снова и снова. Не потому что им «нравится», а потому что психика пытается что-то доработать. Досмотреть. Понять. Найти тот момент, где можно было бы всё изменить. Это похоже на повторяющийся сон, который не отпускает, пока ты не приблизишься к его смыслу.

Но есть и другая сторона, о которой важно говорить честно. Если человек не может уснуть без true crime, если ему нужна эта доза тревоги, чтобы «успокоиться» — это уже сигнал. Здесь включается парадокс: через перегрузку нервной системы человек пытается её выключить. Как будто ты сначала раскручиваешь себя до предела, а потом падаешь в усталость. Это не расслабление, это истощение. И со временем такой способ начинает требовать всё больше стимуляции. Я не предлагаю отказываться от true crime. В этом интересе нет ничего «плохого» или «ненормального». Важно другое — замечать, что именно ты там ищешь. Контроль? Эмоции? Отвлечение? Или попытку не оставаться наедине с собой перед сном? Потому что иногда самый страшный сюжет — не тот, что на экране, а тот, который поднимается внутри. Главный вопрос, который я бы задал своему клиенту: «Что происходит, когда ты выключаешь видео?» Если там появляется тревога, пустота или тяжёлые мысли — тогда true crime становится не просто развлечением, а способом не встречаться с собой.

Автор: Дорофеев Александр Дмитриевич
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru