Моя подруга Ира всегда хотела большую кошку. Не просто кошку, а чтобы с ней можно было разговаривать, как с человеком. Чтобы она сидела рядом на диване и смотрела телевизор. Чтобы её можно было обнимать и чувствовать, что обнимаешь не воздух.
Она долго выбирала. Смотрела фотографии, читала форумы, ходила на выставки. И влюбилась в мейн-куна.
— Это же идеал, — говорила она, показывая мне фото огромного рыжего кота с кисточками на ушах. — Посмотри на него! Он как маленький рысь, только добрый.
Я слушала и кивала. У меня двенадцать кошек, но ни одной мейн-куна. Я не знала, что её ждёт. И она не знала.
Сейчас её коту по кличке Шторм три года. Ира любит его безумно. Но когда я спросила: «Завела бы снова?», она посмотрела на меня, вздохнула и сказала: «Да. Но я бы хотела знать правду до того, как он появился в моей жизни».
Вот эта правда. Пять недостатков мейн-куна, о которых молчат заводчики. И о которых Ира жалела в первый год. А теперь просто смеётся.
Недостаток первый. Он везде
Когда Ира выбирала мейн-куна, она думала о красоте. О роскошной шерсти. О благородном профиле. Она не думала о том, что кот весом под десять килограммов будет спать на её подушке. В прямом смысле на подушке. Не рядом, а на ней.
Шторм пришёл в дом маленьким пушистым комочком. Ира радовалась: какой лапочка, как мило он спит у неё на груди. Через год он весил восемь килограммов и всё ещё спал у неё на груди. Ира просыпалась с ощущением, что на неё положили мешок картошки. И не убирали.
— Я думала, это пройдёт, — говорит она. — Думала, когда вырастет, перестанет лезть. Не перестал. Он просто стал больше.
Теперь у них есть правило. Шторм спит на своей лежанке. Лежанка стоит на кровати, рядом с Ириной подушкой. Он согласился на этот компромисс после двух недель переговоров. Ира говорит, что переговоры выглядели так: она убирает его с подушки, он возвращается через пять минут. Она убирает, он возвращается. В конце концов он понял, что хозяйка упрямее, и согласился спать на лежанке. Но каждое утро просовывает лапу под одеяло и трогает Иру. Проверяет, на месте ли.
— Он как муж, который обиделся, но всё равно хочет убедиться, что ты рядом, — смеётся Ира.
Недостаток второй. Он всё роняет
Мейн-куны крупные кошки. Это значит, что они тяжёлые. И когда тяжёлая кошка прыгает на полку, полка не всегда выдерживает.
У Иры был красивый сервант. Стеклянные дверцы, внутри фарфоровые фигурки, которые ей подарила бабушка. Шторм решил, что это отличное место для обзора. Он запрыгнул на сервант. Сервант не рассчитан на десять килограммов живого веса, который ещё и прыгает. Конструкция сложилась.
— Я услышала грохот и подумала, что рухнула стена, — вспоминает Ира. — Выбегаю на кухню, а там Шторм сидит на обломках серванта, смотрит на меня и ждёт, когда я его сниму. У него было лицо: «Что это было? Я просто хотел посмотреть».
Фарфоровые фигурки не выжили. Ира плакала. Потом успокоилась. Теперь у неё нет серванта. И нет фарфоровых фигурок. Есть высокий шкаф, который закреплён к стене, и на нём лежит Шторм. Он доволен. Ира тоже. Почти.
— Теперь я знаю: если кошка что‑то уронила, это не она виновата. Это я не предусмотрела, — говорит она философски.
Недостаток третий. Он много ест
Мейн-куны крупные кошки. Крупные кошки много едят. Казалось бы, логично. Но когда ты видишь, как твой кот за один присест съедает банку влажного корма, которую другой кот растягивал бы на два дня, начинаешь задумываться о бюджете.
Ира подсчитала. На корм для Шторма уходит в три раза больше, чем она тратила на свою предыдущую кошку обычной породы. И это только на еду. А есть ещё наполнитель. Мейн-куны крупные, и лоток им нужен большой. И наполнителя в этот большой лоток уходит в два раза больше.
— Я думала, что готовила себя к расходам, — говорит Ира. — Я читала форумы, мне говорили: «Он будет много есть». Но когда ты первый раз идёшь в магазин и покупаешь два больших пакета корма вместо одного, это немного шокирует.
Но Ира нашла выход. Она перевела Шторма на корм суперпремиум класса. Он дороже, но его нужно меньше, потому что он питательнее. И качество лучше. Ира говорит, что экономия на корме обходится дороже. Ветеринары дороже.
— Я лучше куплю хороший корм сейчас, чем буду лечить почки потом. Уж поверьте, я насмотрелась на ветеринарные счета своих знакомых.
Недостаток четвёртый. Он требует внимания
Ира думала, что мейн-куны флегматичные. На фотографиях они выглядят такими солидными, важными, медлительными. На самом деле Шторм оказался энерджайзером на батарейках, которые никогда не садятся.
Он требует внимания постоянно. Не когда ему захочется, а когда он решит, что пора. А он решает, что пора, каждые полчаса.
— Я работаю из дома, — говорит Ира. — И каждые тридцать минут Шторм приходит, садится на клавиатуру и смотрит на меня. Если я не обращаю внимания, он начинает лапой тыкать мне в лицо. Если я продолжаю игнорировать, он ложится на мою руку. Работать с котом на руке невозможно.
Она купила ему интерактивные игрушки. Пазлы, в которые нужно лапой доставать лакомства. Шторм разгадывал их за пять минут, потом приходил и смотрел на Иру с выражением: «Это всё? Я хочу больше».
— Мне кажется, он думает, что я его личная развлекательная установка, — смеётся Ира. — Сидит и ждёт, пока я придумаю новую игру. Я уже изобрела десять способов, как занять кота, чтобы он дал мне поработать. Самый эффективный: пустая коробка. Он может сидеть в коробке часами. Главное, чтобы коробка была большая. Под него коробки нужны из-под холодильников.
Недостаток пятый. Он умеет открывать двери
Этот недостаток Ира называет главным.
Шторм научился открывать двери. Не шкафчики, не ящики. Межкомнатные двери. С ручкой-кнопкой.
— Я не знаю, как он это понял, — говорит Ира. — Однажды я вышла из ванной, а он сидит в коридоре. Я точно закрывала дверь. Я проверила. Он просто научился прыгать на ручку. Потом он научился открывать дверь на кухню. Потом в спальню. Теперь у меня нет комнат, куда он не может войти.
Самое страшное случилось, когда Шторм открыл входную дверь. Ира живёт на первом этаже. Кот вышел в подъезд, потом на улицу. Ира нашла его через два часа. Он сидел на лавочке у подъезда и смотрел на прохожих.
— Я выбегаю, хватаю его, а он смотрит на меня: «Ты чего? Я просто гулял». Теперь у нас на входной двери стоит дополнительная защёлка. Которую он пока не научился открывать. Пока.
За что Ира всё равно любит Шторма
Я спросила Иру: «Ну и за что ты его любишь? После всего этого?»
Она засмеялась. Посмотрела на Шторма, который сидел на подоконнике и смотрел на птиц.
— Он самый умный кот, который у меня был. Он понимает, когда мне грустно. Приходит, ложится рядом, кладёт голову мне на колени. Он встречает меня с работы. Он знает, когда я собираюсь уезжать, и сидит у двери с таким лицом, что я готова отменить все свои дела. Он огромный, тёплый, мягкий. И когда я обнимаю его, я чувствую, что обнимаю не воздух. Я обнимаю кого‑то, кто меня любит. По-своему, но любит.
Шторм весит одиннадцать килограммов. Он занимает полдивана. Он ест, как маленький тигр. Он открывает все двери в доме. Он уничтожил бабушкин сервант. Ира за него переживает, тратит на него кучу денег и каждое утро просыпается от того, что тяжёлая кошачья лапа лезет к ней под одеяло.
— Завела бы снова? — переспрашивает она мой вопрос. — Да. Но я бы подготовилась. Укрепила бы шкафы. Поменяла ручки на дверях. Купила бы коробку из-под холодильника. И спала бы на своей подушке, пока он ещё маленький. Потом будет поздно.
Она гладит Шторма по огромной рыжей голове. Тот жмурится, мурлычет и лениво перебирает лапами. Он выглядит как плюшевая игрушка, которую забыли уменьшить.
— Знаешь, что самое смешное? — говорит Ира. — Я ведь хотела большую кошку. Теперь у меня есть. И я ни о чём не жалею. Честно. Даже о серванте.
Если вы всё‑таки решились
Ира говорит, что не отговаривает от мейн-кунов. Но просит запомнить пять вещей, которые она хотела бы знать до того, как Шторм появился в её доме.
Первое. Купите большую лежанку. И поставьте её на кровать. Иначе ваша подушка станет его подушкой.
Второе. Закрепите все шкафы к стенам. Все. Даже те, которые кажутся устойчивыми. Мейн-кун найдёт способ их опрокинуть.
Третье. Готовьте бюджет. Не просто «побольше на корм», а конкретно в два-три раза больше, чем вы тратили на обычную кошку.
Четвёртое. Купите интерактивные игрушки, коробки, туннели. Всё, что может занять кота. И смиритесь, что он всё равно будет приходить к вам каждые полчаса.
Пятое. Смените ручки на дверях, если они нажимные. Или смиритесь, что у вас больше не будет закрытых комнат.
Ира говорит, что если после всего этого вы всё ещё хотите мейн-куна, то вы готовы. Если нет, то она только что сэкономила вам несколько лет и один сервант.
Я сижу у Иры на кухне, пью чай. Шторм лежит на столе. На столе! Ира даже не пытается его согнать. Говорит: бесполезно. Он всё равно вернётся.
— Раньше у меня был порядок, — вздыхает она. — Теперь у меня есть Шторм. И знаешь, я выбрала Шторма.
Он смотрит на неё своими огромными глазами. Кисточки на ушах подрагивают. Он похож на маленького рысь, только домашнего и наглого.
— Иди сюда, бандит, — говорит Ира и тянет к нему руки.
Шторм встаёт, потягивается, перешагивает через чашки и идёт к ней на колени. Он занимает всё её тело. Она обнимает его, уткнувшись лицом в рыжую шерсть.
— Всё, — говорит она. — Теперь я твоя на ближайшие полчаса. Надеюсь, чай не остынет.
Есть у вас опыт с крупными породами кошек? Делитесь в комментариях. Мне правда интересно, кто как выкручивается с такими гигантами.