Всё начинается не с истины, а с лёгкого подозрения, что истина — это ловушка с красивым интерфейсом. Мир аккуратно выложен перед человеком, как карта, на которой указаны дороги, города и страны, даже предполагаемые смыслы, но внизу мелким шрифтом написано: «Координаты не гарантируют прибытия». И человек, вооружённый верой в навигацию, отправляется в путь, не замечая, что сам навигатор работает на неизвестной частоте — возможно, на частоте божественной иронии.
Бог, если он существует в том виде, в котором его удобно обсуждать, явно не лишён чувства юмора. Причём юмора тяжёлого, вязкого, как нефть, из которой потом делают пластиковые иллюзии. Он даёт человеку компас — и одновременно намагничивает весь мир. Он даёт желание найти смысл — и прячет его не где-то далеко, а прямо в самом желании, превращая поиск в бесконечно замкнутый цикл самопоедания и самолюбования.
Координаты в бесконечности — это, по сути, самая точная система обмана. Потому что, если, пространство не имеет границ, то любая точка в нём одновременно является и правильной, и бесполезной. Ты можешь двигаться сколько угодно, менять направления, практиковать духовные маршруты, обновлять внутренние карты, но в какой-то момент приходит тихое понимание: ты не приближаешься — ты просто усложняешь описание того, где уже находишься. Понимание места занимает понимание вместо.
И здесь возникает подвох, почти изящный в своей жестокости: человеку кажется, что он ищет Бога, а на самом деле он ищет подтверждение того, что поиск имеет смысл. Но поиск — это не путь, это состояние. Его нельзя завершить, потому что тогда исчезнет сам ищущий. А исчезновение ищущего — это единственное, чего он по-настоящему не хочет, даже если называет это просветлением. Всегда хочется что-то найти и что-то находится, только вот то ли это или не то?
В этом и кроется главный божественный трюк: тебе дают задачу, у которой нет решения, но есть бесконечное количество интерпретаций. Ты можешь стать философом, мистиком, циником или поэтом — роли меняются, но сцена остаётся той же. И чем глубже ты погружаешься, тем сильнее ощущение, что тебя не обманули, а аккуратно направили в сторону, где обман становится единственно возможной формой истины.
Ирония достигает апогея в тот момент, когда человек вдруг начинает понимать, что, возможно, никакого подвоха нет. Что это не ловушка, а просто естественное свойство реальности — быть непостижимой настолько, чтобы любое понимание выглядело как временная ошибка. Но даже это понимание оказывается ещё одним уровнем игры, ещё одной координатой в бесконечности, которая не ведёт никуда, кроме самой себя.
В итоге остаётся странное ощущение: будто бы Бог не спрятал истину, а растворил её до такой степени, что она стала неотличима от всего остального. И тогда поиск превращается в наблюдение, наблюдение — в привычку, а привычка — в жизнь, которая тихо продолжается, не требуя ответов, но постоянно намекая на их невозможность. Поиск небытия возвращается в то, что уже было найдено.
И, возможно, самый тонкий подвох заключается в том, что это даже не проблема. Это просто способ существования — с координатами, которые ведут в бесконечность, и бесконечностью, которая всегда указывает на тебя, как на единственную точку, где вообще возможно что-либо искать. Всё кончается там, где всё начинается. Я есмь альфа и омега…
Андрей Притиск (Нагваль Модест) ©