Он шёл к священному дереву и падал. Снова шёл — и снова падал. Не от слабости. От веса.
За шесть месяцев в хижине этот мужчина превратился во что-то, что с трудом помещается в дверной проём. Его специально кормили, специально не давали двигаться, специально откармливали — и теперь он главная звезда своего племени.
В долине реки Омо на юго-западе Эфиопии живёт народ, который сам себя называет Миэн. Внешний мир знает их как боди. Около десяти тысяч человек, разбитых на пятнадцать кланов, живут здесь так, как жили их предки двенадцать поколений назад: пасут скот, верят в духов всего живого, и раз в год проводят праздник Ка'эль.
Праздник, где побеждает самый толстый.
Если вы думаете, что знаете, как выглядит настоящая красота — племя боди разрушит ваши представления за одну минуту. Здесь эталон мужской привлекательности — не мышцы, не рост и не острые скулы. Здесь всё решает живот.
Большой, округлый, тяжёлый. Живот как доказательство того, что у тебя есть коровы. Что ты умеешь содержать семью. Что рядом с тобой не умрёшь с голоду.
Подготовка к Ка'эль начинается за полгода до самого праздника. Неженатый мужчина принимает решение участвовать — и с этого момента его жизнь резко меняется. Он перестаёт заниматься чем-либо, кроме одного занятия. Он ест.
Каждое утро женщины племени приносят ему смесь из коровьего молока и свежей крови. Крови тёплой, только что собранной: делается небольшой надрез на шее животного, рана сразу замазывается глиной — корова остаётся жива, она священна. До двух литров этой смеси в день, иногда больше.
Больше ничего. Только молоко и кровь.
Участник почти не выходит из хижины. Секс строго запрещён — считается, что он мешает накоплению жирового запаса и навлекает проклятие на скот. Никаких физических нагрузок. Только темнота хижины, ожидание и регулярные приёмы пищи.
За полгода такой жизни тело меняется радикально. Масса тела удваивается. Иногда утраивается.
Это не метафора.
Когда наступает день Ка'эль, мужчины выходят к людям. Некоторые впервые за долгий срок. Они покрывают тело смесью белой глины и золы — чтобы блестеть на солнце. Надевают повязки из страусиных перьев, вешают на грудь ожерелья из ракушек, опоясываются самодельными ремнями. На уши — серьги, вырезанные из цветных пластиковых канистр: яркие, неожиданно современные на фоне всего остального.
Им дают алкоголь для бодрости.
И вот они идут. Медленно, с достоинством, вокруг священного дерева. Старейшины смотрят. Женщины смотрят. Дети смотрят. Некоторые участники падают прямо по дороге — их поднимают, вытирают пот, и они идут дальше.
Ритуальное хождение длится несколько часов.
К вечеру старейшины уводят конкурсантов в уединённое место и начинают замерять: шею, бёдра, живот, руки. Тот, у кого сумма наибольшая, — победитель.
Победитель Ка'эль становится героем племени. Навсегда. До конца жизни его будут помнить и уважать как человека, сумевшего стать самым полным в свой год. Он получает право первым выбрать невесту среди всех незамужних женщин племени. Для них это тоже привилегия — быть выбранной таким мужчиной.
А потом — всё заканчивается так же быстро, как началось.
Через несколько недель после праздника лишний вес уходит почти полностью. Потому что в обычной жизни тучное тело считается помехой — нужно работать, пасти скот, двигаться. Герой возвращается в форму, женится, живёт как все.
Вот тут и начинается самое интересное.
Большинство из нас, глядя на эту традицию, видят что-то чудное, экзотическое, непонятное. Мы думаем: зачем? Зачем полгода мучиться, пить кровь, разрушать здоровье ради одного дня?
Но боди смотрят на это иначе.
Для них Ка'эль — это не конкурс красоты. Это система. Умная, проверенная веками система сигналов.
Толстый мужчина в племени означает одно: у него много коров. Много коров — это молоко, мясо, шкуры. Это жертвенные животные для церемоний. Это выкуп за невесту. Это кормление всей семьи. Тело как доказательство благосостояния — живее и нагляднее любого банковского счёта.
А теперь подумайте вот о чём.
Мы живём в мире, где полный мужчина воспринимается как тот, кто не следит за собой. Где идеал — это кубики пресса и отсутствие жира. Но откуда взялся этот идеал? Из промышленных обществ, где еды много и она дешёвая. Там лишний вес действительно перестал быть маркером богатства — им стала, напротив, способность отказаться от избытка.
Боди живут в другой системе координат. И их логика — безупречна.
Племя боди сегодня оказалось на краю перемен. Эфиопское правительство уже несколько лет проводит политику переселения народов долины Омо: строятся плотины, земли отходят крупным компаниям, и тех, кто не уходит сам, вынуждают уйти силой.
Боди, которые пасли скот в этих местах двенадцать поколений, теперь либо скрываются, либо уходят с обжитых земель.
Традиция Ка'эль ещё жива. Туристы приезжают в июне, фотографируют участников, публикуют снимки в интернете. Но вместе с землёй уходит и смысл: нет пастбищ — нет коров, нет коров — нет молока и крови, нет молока и крови — некому готовиться к празднику.
Красота по-боди требует ресурсов.
И вот что я думаю, когда смотрю на фотографии этих мужчин, идущих к священному дереву и падающих, и снова идущих.
Каждая культура придумывает свои способы отличить достойного от недостойного. Свои сигналы, свои ритуалы, свои конкурсы. Мы покупаем дорогие машины и часы. Они набирают вес.
Разница лишь в том, что их система честная. За шесть месяцев без движения и без удовольствий — нельзя притвориться. Либо у тебя есть коровы, либо нет.
Дополнительный балл за реальность.