Часть тринадцатая. Новая кровь
Парня звали Макс. Ему было девятнадцать, он приехал из Днепра, начитавшись сталкерских форумов и насмотревшись роликов в соцсетях. В рюкзаке у него лежали три банки тушёнки, походная аптечка и новенький навигатор, который в Зоне не работает.
— Дядь, а, правда, здесь водятся кровососы? — спросил он, с ужасом и восторгом глядя на Лёху, который как раз развешивал на стене шкуру только что подстреленного кабана-мутанта.
— Правда, — усмехнулся Лёха. — Я тебя с одним познакомлю, если хочешь. У них рукопожатие крепкое.
Макс побледнел, но виду не подал.
— А артефакты? Говорят, тут можно найти «слезу» и продать за тысячу баксов?
— Можно, — кивнул я. — Только половина сталкеров, которые их ищут, находят не артефакты, а могилу. Ты хоть карту изучил?
— Изучил! — он вытащил из кармана смартфон, ткнул в экран. — Вот смотрите, я тут маршрут проложил...
— Смартфон спрячь, — перебил Вест, входя в бар. — Здесь от него толку как от козла молока. Аномалии глушат сигнал, батарейка садится за час. Карту надо бумажную иметь и компас.
Макс уставился на него. Вест была хорош — короткие волосы, сталкерский комбинезон, автомат за спиной. В глазах холод и опыт. Для зелёного парня — идеал.
— А вы... вы тоже сталкер? — спросил он, заикаясь.
— Я — Зона, — усмехнулся Вест и прошёл к стойке. — Налей, я устал.
Я налил. Он выпил залпом, поморщился.
— В парке всё спокойно?
— Ленка просила гостинцев передать. Двойняшки выросли из всей одежды, надо новую. И книжек. И конфет.
— Запишу, — кивнул я. — Завтра схожу к Сычу, он достанет.
Макс слушал этот разговор, раскрыв рот. Парк? Двойняшки? Он явно не понимал, о чём речь.
— Дядь, а что за парк? — спросил он.
— Сказки, — отрезал я. — Тебе пока рано. Вот выживешь в паре рейдов — расскажу.
Он обиженно надул губы, но спорить не посмел.
За окном стемнело. В баре зажгли керосинки — электричество в последнее время давали редко, пришлось возвращаться к старым методам. Тени плясали на стенах, бутылки за стойкой сверкали огоньками. Красиво.
— Ладно, — сказал я Максу. — Завтра пойдёшь со мной. Проведу тебя по безопасному маршруту, покажу, где можно ходить, где нельзя. Если не наделаешь глупостей — может, и выживешь.
— Спасибо, дядь! — он аж подпрыгнул.
— Не за что. Спать иди. Вон та комната свободна.
Макс убежал. Вест посмотрел на меня.
— Опять? — спросил он. — Сколько можно? Каждый месяц новые приходят.
— А что делать? — я развёл руками. — Выгонять? Пусть учатся. Может, кто-то и выживет.
— Оптимист, — он усмехнулся. — Ладно, я в парк. Завтра приду, посмотрю на твоего нового подопечного.
Он ушёл. Я остался один. Налил виски в треснутый стакан, посмотрел на эхо. Оно показывало Макса — он лежал на топчане и не спал, смотрел в потолок и улыбался. Мечтал.
— Эх, Макс, — вздохнул я. — Быть бы тебе хорошим сталкером, а то ведь сожрут.
Стакан сверкнул согласно.
* * *
Утро началось с крика.
Я выскочил из комнаты с автоматом наперевес и увидел Макса, который стоял посреди бара с вытаращенными глазами. Напротив него сидела Ленка.
Да, та самая Ленка, которой когда-то было десять лет, а теперь — за тридцать. Она пришла из парка за гостинцами и застала новичка врасплох.
— Ты кто? — спросил Макс дрожащим голосом.
— Я — Лена, — спокойно ответила она. — А ты, видимо, очередной зелёный, которого дед решил спасти.
— А дед это кто?
— Ну я, — я вышел из-за угла. — Не обращай внимания, Макс. Это Ленка, моя... — я запнулся, подбирая слово. — Внучка. Приёмная. Но, это долгая история.
— Внучка? — Макс переводил взгляд с меня на неё. — Но вы же... она...
— Лет через десять поймёшь, — отрезал я. — Давай собирайся. Выходим через час.
Ленка засмеялась и пошла к Сычу за гостинцами. Макс ещё долго тряс головой, пытаясь осмыслить увиденное.
Мы вышли, когда солнце поднялось достаточно высоко, чтобы разогнать утренний туман. Я вёл Макса по тропам, которые знал как свои пять пальцев, показывал, где прячутся аномалии, как обходить мутантов, где можно набрать воды.
— Смотри, — я остановился у едва заметной воронки. — Это «трамплин». Шагнёшь — подкинет метров на десять. Если повезёт — упадёшь и сломаешь ногу. Если не повезёт — налетишь на ветку или арматуру. Понял?
— Понял, — кивнул Макс, хмуря лоб.
Мы прошли ещё километра два. Я показывал ему съедобные грибы (которые не убивают сразу), безопасные места для ночлега, следы недавно прошедших зверей. Он впитывал, как губка. Может, и правда толк выйдет.
К вечеру мы вышли к старой ферме. Я хотел уже поворачивать назад, как вдруг Макс замер.
— Дядь, смотри, — прошептал он.
Я посмотрел. На пригорке, у разбитого трактора, стояла фигура. Человеческая, но какая-то странная — слишком худая, слишком длинная. В сером балахоне, с капюшоном, надвинутым на лицо.
— Кто это? — спросил Макс.
— Не знаю, — честно ответил я. — Таких я ещё не видел.
Фигура повернулась к нам. Из-под капюшона блеснули глаза. Жёлтые, как у волка.
— Уходим, — скомандовал я. — Медленно, не бегом.
Мы попятились. Фигура не двигалась, только смотрела. Потом подняла руку и поманила пальцем.
— Не нравится мне это, — сказал я. — Бежим!
Мы рванули в кусты. Фигура за нами не погналась, но я чувствовал её взгляд до самого бара.
* * *
В баре уже собрались все. Я рассказал про жёлтоглазого, и народ притих.
— Надо сходить, посмотреть, — сказал Костик.
— Не надо, — возразила Лена. — Я знаю, кто это. Я видела таких в петле. Это смотрители. Те, кто был в Зоне до людей. Древние. Они не опасны, если не трогать.
— А если тронуть?
— Тогда лучше сразу застрелиться. Они бессмертны.
— И чего они хотят?
— Наблюдают. Смотрят, как мы живём. Может, учатся. Может, ждут чего-то.
Я налил себе виски. Руки дрожали. Впервые за долгое время мне стало по-настоящему страшно.
— Что ждут? — спросил я.
— Не знаю, — Лена покачала головой. — Может, конца. Может, начала. В Зоне никогда не знаешь.
Макс сидел в углу и хлопал глазами. Для него это был перебор. Сначала аномалии, потом бессмертные смотрители. Он явно думал, что попал в какой-то сюр.
— Дядь, — сказал он тихо. — А может, мне домой?
— Может, — усмехнулся я. — Но поздно. Зона уже взяла тебя. Теперь ты с нами.
Он вздохнул и поплёлся спать.
А я сидел за стойкой до утра. Смотрел в стакан. Ждал. Эхо молчало.