Одним из главных кинособытий начала 2026 года в России лично я считаю выход в прокат дебютного полнометражного фильма режиссера Сергея Малкина «Здесь был Юра», взявшего ранее главный приз фестиваля актуального российского кино «Маяк». Основана картина на реальном случае из жизни самого постановщика: однажды ему и его друзьям пришлось провести десять дней бок о бок с необычным дядей одного из участников панк-коллектива, членами которого они являлись. Так что «Здесь был Юра» – это, без преувеличения, что-то вроде нашего «Человека дождя»!
Партию дяди в ленте Малкина блистательно исполнил художественный руководитель МХТ им. А.П. Чехова Константин Хабенский, а двух тусующихся с ним инфантилов не менее блестяще сыграли актёры того же театра Кузьма Котрелёв и Денис Парамонов. То есть на протяжении полутора часов они, получается, кормят, одевают и даже моют своего непосредственного работодателя. Поэтому, когда Константин Юрьевич прочитал сценарий «Здесь был Юра», он сказал: «Мда, театр, конечно, встанет!»
Начать разговор о «Здесь был Юра» стоит с… фиолетового (женщины, поправьте меня в комментариях) цвета, который активно использовался авторами и дистрибьюторами картины в его промокампании. Этот цвет – не просто главный символ истории, визуально характеризующий происходящее в голове центрального персонажа, а ключ к её правильному пониманию. Лично мне кажется, что активная апелляция к цвету как подсказке – намеренное решение авторов, оставшееся, между тем, если не всеми, то многими незамеченным. По крайней мере, я не встречал в многочисленных рецензиях на фильм даже намека на то, о чем речь пойдет ниже. Мне же заложенный Малкиным и его соавтором Юлианой Кошкиной в «Здесь был Юра» смысл кажется близким (возможно, из-за схожести со смыслом одного из любимейших фильмов на ту же тему «Планета Ка-Пэкс» Иэна Софтли).
В старой советской квартире снимают по комнате трое молодых людей: двое из них – Олег и Серёга – играют в панк-группе и вообще дружат с детства, третьего – Андрея – они оба ненавидят. В то время, как Олег и Серёга берут от жизни ровно столько, сколько им нужно, и ни о чём не парятся, Андрей работает, пытается устроить личную жизнь и быть взрослым. Соседи его явно раздражают (то шумом из-за стены, то незваными гостями в квартире, то пропажей из общего холодильника сырников, которые Андрей припас для себя), и потому парень предпочитает проводить время исключительно в своей вечно закрытой комнате. Более того он запрещает кому-либо в неё заходить. Точно так же, как сам Андрей ждёт, что однажды у Олега с Серёгой не хватит денег на оплату аренды и их выгонят, друзья надеются, что, устав от них, вечно нудящий сосед, наконец, съедет.
Тлевший уже давно конфликт разгорается с новой силой, когда отца Олега сажают на несколько дней за решетку и его умственно отсталый брат остаётся один, без присмотра. Ответственность за нейроособенного человека внезапно ложится на плечи музыканта-неудачника, а, поскольку они с другом готовятся к выступлению на панк-фестивале, жить Юре (так зовут дядю) предстоит в их с Серёгой квартире, по соседству с угрюмым Андреем. Ну, и, естественно, как вы понимаете, главное место, куда будет стремиться дядя Олега – это перманентно запертая комната Андрея. А всё дело в фиолетовом свечении, каждую ночь пробивающемся из-под её двери.
Пока массы (а надо сказать, совместными усилиями нескольких очень активных киноблогеров и неравнодушного прокатчика фильму «Здесь был Юра» удалось достичь весьма высокой для отечественного авторского кино планки в 50 млн рублей кассовых сборов) следят за развитием отношений Олега и Юры и, на их фоне, отношениями Олега и Серёги (он здесь, кстати, возможно главный зрительский ориентир, так как именно через его оценку ситуации сложить собственное мнение о происходящем на экране получается и у аудитории), режиссёр незаметно рассказывает нам историю отношений Олега и Андрея. Изюминка местной драматургии – попытка подключить зрителя либо к осознающему мир не так, как все, Юре, либо к не осознающим мир так, как все, маргиналам, а в это время единственный действительно адекватный и здравомыслящий персонаж – Андрей – назначается антагонистом. Однако у этого «злодея» в комнате стоит ночник, проецирующий на потолок и стены горящее красивым фиолетовым цветом звёздное небо, и именно с его помощью, как минимум, Юре, не умеющему даже пользоваться микроволновой печью, удаётся объяснить простую вещь: каждый человек – уникальный мир, и настоящую связь можно установить между людьми лишь в одном случае, если ты захочешь его разглядеть и понять, отказавшись от попыток подогнать его под собственное мироощущение.
С помощью волшебного сияния как символа (как тут не вспомнить «сияние» из одноимённого романа Стивена Кинга, обозначающее не столько сверхспособности людей, сколько их гиперчувствительность) Сергею Малкину удаётся протянуть мост от не такого, как все, и потому раздражающего всех вокруг Юры к раздражающему Олега и Серёгу такому, как все, Андрею; от человека максимально необычного к человеку самому обычному. И это, во-первых, безумно красиво и, во-вторых, очень тонко. В этом плане «Здесь был Юра» неожиданно напоминает ещё одно актуальное кино о ментальных проблемах «Умри, моя любовь» Линн Рэмси: все вокруг, обладая каждый своей проблемой, пытаются вылечить (читай, привести к состоянию общепринятой нормальности) героиню Дженнифер Лоуренс, в то время, как единственный человек, хорошо её понимающий и потому хорошо понимаемый ею, душевнобольной отец героя Роберта Паттинсона. Малкину и Кошкиной ни в коем случае нельзя было подключать аудиторию к этой истории через Андрея, так как каждый зритель по-своему болен (у всех нас есть воспринимаемые окружающими как недостатки особенности характера и мышления). Зато, заставив людей переживать двум молодым панкам, авторам легко удалось удивить зрителей якобы неожиданно произошедшими в абсолютно адекватном, на самом-то деле, Андрее изменениями: он просто взял и пошел навстречу считающим его тварью соседям. В этом и кроется смысл «Здесь был Юра»: мы просто не видим тот свет (или, вернее, какого цвета свет), что исходит от других людей, считая, что люди, испускающие лишь свет того же цвета, что наш, нормальны (показательно, что не Олег сделал первый шаг к Андрею, а наоборот).
«Здесь был Юра» продолжает тему инклюзивности, заданную нашим кинематографом в последнее время (например, такими фильмами, как «Чистый лист», или такими сериалами, как «Встать на ноги»), но поднимает её на совершенно новый уровень, делая высказывание не столько громким, сколько ярким. Таким же ярким, как дядя Юра. Потому после этого фильма к своему излюбленному выражению «учитесь смотреть кино правильно» я рискну добавить ещё и словосочетание «на людей»… друзья, учитесь смотреть кино и на людей правильно! Всем добра!
(автор текста - Александр Шебанов; все изображения взяты из открытых источников)