Знаете, когда смотришь на Алексея Ягудина сегодня — примерного семьянина, отца двух дочерей, ведущего «Ледникового периода» и просто улыбчивого мужчину, — трудно поверить, что за этой картинкой стоит целая эпопея падений и взлетов. В 46 лет он кажется тем, кто наконец нашёл свой берег. Но путь к этому берегу был устлан сломанными суставами, нервными срывами, бутылками и женщинами, которых он то завоевывал, то терял.
И две женщины с одинаковым именем — Татьяна — сыграли в этой истории ключевые роли. Одна, великий тренер, вытащила его из алкогольного дна и привела к олимпийскому золоту. Другая, фигуристка, которую он сначала бросил, испугавшись ответственности, в конце концов сделала его мужчиной, способным на настоящую семью.
Как Тарасова боролась с его загулами, почему Ягудин чуть не сломал психику перед Олимпиадой, зачем он ушёл от Тотьмяниной к солистке «Фабрики» и как потом вернулся, — давайте разбираться по порядку. Там есть, о чём рассказать.
Первая Татьяна: «Умоляю, не пей, а то козленочком станешь»
Алексей Ягудин попал к Татьяне Тарасовой уже не юниором. До этого он тренировался у Алексея Мишина, с которым выиграл чемпионат мира 1998 года. Но внутреннее чутьё подсказывало, что для рывка на Олимпиаду нужно что-то менять. И он сделал выбор, который многие тогда считали авантюрным — уехал в США к Тарасовой.
Татьяна Анатольевна встретила его как родного. Она вообще ко всем своим ученикам относилась как к детям, но к Ягудину — особенно. Возможно, потому что чувствовала в нём не только талант, но и ту самую внутреннюю искру, которая может как зажечь, так и спалить.
Интенсивные тренировки в Америке дали результат. Ягудин штамповал победы: чемпионаты мира, Европы, Гран-при. Казалось, он на коне.
Но была у Алексея одна слабость, которую Тарасова заметила почти сразу. Когда сборы заканчивались и наступало время отдыха, молодой фигурист мог позволить себе покутить. Иногда — слишком сильно.
В передаче «Звёзды сошлись» на НТВ Ягудин потом вспоминал тот момент, который стал для него уроком:
— Татьяна Анатольевна тогда сказала мне: «Умоляю, не пей, а то козленочком станешь, и я тебя выгоню». Сбор закончился, я не удержался, выпил. Просыпаюсь утром, открываю глаза — а передо мной Тарасова. Смотрит и так спокойно: «Просила же тебя».
Это был первый звоночек. Но настоящий конфликт случился позже, когда после очередного турнира Ягудин отметил победу так, что едва держался на ногах. Тарасова, узнав, что происходит, пришла к нему в номер, помогла добраться до кровати и просидела рядом всю ночь. Наутро она не стала устраивать скандал. Просто молча запаковала его чемодан и сделала всё, чтобы он быстрее пришёл в себя.
— Когда Леша занят работой, он совершенно другой, — объясняла потом сама Тарасова в программе «Секрет на миллион». — Надо было, чтобы он во что-то влюбился, делал что-то. Это не значит, что он не может выпить пять рюмок. В итоге он не перешел тот предел… Алкогольные наклонности в нем умерли.
Тренер считала, что случай Ягудина не был критичным — многие молодые спортсмены проходят через подобное, когда хочется попробовать всё, даже вредное. Но она знала главное: если парень занят делом, если он влюблён в работу и в жизнь, то и тяга к бутылке уходит. И она делала всё, чтобы этот огонь не гас.
Нервный срыв, каша на воде и победа в Солт-Лейк-Сити
За полгода до Олимпиады 2002 года Ягудин был на грани. Травмы, депрессия, мысли о том, чтобы вообще закончить с фигурным катанием. Он то истязал себя голодными диетами, то набрасывался на еду. Тренировки превратились в пытку — то он делал всё идеально, то не мог выполнить простейшие элементы.
— У меня съехала крыша, — признавался он на YouTube-канале «вМесте». — Я понял, что нужно что-то менять. Попросил Татьяну Анатольевну переехать ко мне домой. Сказал: «Следите за мной. Когда один, рано или поздно делаешь то, что нельзя».
Ягудин посадил себя на жёсткий режим: каша на воде, пара яблок и чашка кофе в день. После второй тренировки он отдавал ключи от машины Тарасовой, она ехала домой, а он бежал следом. Изнурял себя нагрузками, как герой фильма «Рокки».
Но организм не выдерживал. В какой-то момент Алексей сломался. Он уехал в лес на рыбалку, взял с собой резиновую лодку, удочку, гриль. И там, в лесу, в полном одиночестве, всё это сломал в сердцах — лодку, удочку, гриль. Потому что не мог больше терпеть этот страх: времени до Олимпиады почти не осталось, а он чувствовал, что проваливается.
Тарасова не стала его ругать. Она просто сказала: хватит. Сними себя с этой голодной диеты, дай себе передышку. Две недели отдыха — и он снова на лёд.
Результат известен: Олимпиада в Солт-Лейк-Сити, золотая медаль. Произвольная программа «Гладиатор», которую он потом называл лучшей в своей жизни. Тарасова плакала на бортике. Ягудин плакал на пьедестале.
Победа стала вершиной, после которой можно было спокойно завершать карьеру. Тем более что ещё на той Олимпиаде он катался на обезболивающих — врачи обнаружили врождённый дефект сустава, хрящ крошился от нагрузок. Потом была операция, а через несколько лет — замена тазобедренного сустава.
Но главное — он выиграл. И выиграл во многом благодаря той самой Татьяне, которая просиживала ночи у его кровати и заставляла верить, что всё получится.
Ловелас по жизни: Лена, японка и кольцо, которое не пригодилось
В молодости за Ягудиным закрепилась репутация сердцееда. Он и сам этого не отрицал. В эфире «ДНК-шоу» на канале «Пятница!» он как-то откровенно признался:
— Мне нравится задница, верх и так далее, потом уже голова. Если в женщине мне нравилось всё, что ниже головы, я добивался её расположения.
В 19 лет он был готов сделать предложение Елене Бережной. Купил кольцо, поставил в известность тренера. Но, как он потом говорил, «у нас не сложилось». Кольцо он подарил другой фигуристке — японке Киоко Ино.
Эти юношеские романы были яркими, но короткими. Ягудин ещё не знал, что главная любовь ждёт его впереди. И что на пути к ней ему придётся через многое пройти.
Вторая Татьяна: «Я испугался и ушёл»
Татьяна Тотьмянина была знакома с Ягудиным ещё с подросткового возраста. Тогда он казался ей недостижимой звездой. Но в нулевых, когда оба уже были титулованными спортсменами, судьба свела их снова.
Илья Авербух пригласил их в своё ледовое шоу. Гастроли по городам России, общие репетиции, ужины в ресторанах, прогулки по выставкам — всё закрутилось быстро. Как вспоминала потом Тотьмянина, это было как в кино: смотришь на человека и понимаешь — твой.
Они съехались. И тут случилось то, что потом Ягудин будет называть своей главной ошибкой.
Татьяна обмолвилась, что готова создать семью. Не сделала официального предложения, не настаивала, просто поделилась мыслью. А Алексей… испугался.
— Я понял, что не готов, — говорил он позже. — Мне казалось, что я потеряю свободу, что это слишком серьёзно.
Он собрал вещи и ушёл.
Татьяна осталась одна, пытаясь переварить, почему мужчина, который ещё вчера клялся в любви, сегодня стоит на пороге с чемоданом. Она не скандалила, не умоляла остаться. Просто закрыла дверь.
Саша Савельева: «Ну, это понятно»
На съёмках «Ледникового периода» Ягудин встретил солистку «Фабрики» Александру Савельеву. Красивая, талантливая, с огоньком в глазах. Она стала тем самым «лекарством», которое помогло забыть о Тотьмяниной.
Они быстро съехались. Саша вспоминала потом, что всё произошло слишком стремительно: познакомились в конце лета, а уже в ноябре Леша перевёз к ней свои вещи.
— Я сама была не против, — рассказывала Савельева. — Но мы ничего не обговаривали, не строили планов на будущее. Просто жили вместе.
Какое-то время всё шло хорошо. Ягудин даже однажды обмолвился, что собирается купить квартиру в Москве, где они будут жить вместе. Саша радовалась, но понимала, что слова не переходят в дело. Они вместе занимались ремонтом, выбирали дизайн, но тема будущего так и оставалась подвешенной.
Когда Саша поделилась, что хочет построить дом в Подмосковье, Алексей раскритиковал выбранный ею участок. Это был тревожный звоночек. Плюс — он никогда не интересовался её творчеством, не ходил на её концерты, не спрашивал о проектах, которые были для неё важны.
— Леша одиночник не только в фигурном катании, но и в жизни, — заключила Савельева после разрыва.
3 мая 2008 года она сказала ему, что они слишком разные и пора расстаться. Наутро Ягудин улетел на гастроли, вещи забрал только через три недели. Саша потом рассказывала, что он иногда звонил, приглашал на кофе, говорил, что соскучился. Но она не соглашалась:
— Дважды в одну реку не войдёшь.
Возвращение: ревность, подарки и второй шанс
Пока Ягудин крутил роман с Савельевой, Татьяна Тотьмянина жила своей жизнью. Они пересекались на льду, общались как коллеги, без лишних эмоций. Казалось, история закрыта.
Но в какой-то момент у Тотьмяниной появился ухажёр. И у Ягудина вдруг «взыграла гордость», как он сам это называл.
— Я решил вернуть её любыми способами, — признавался фигурист. — Начал дарить подарки, передавать письма, приносил шарики и цветы.
Татьяна поначалу отмахивалась: прошлое не вернуть, да и зачем ей снова тот, кто однажды уже ушёл? Но Ягудин был настойчив. Он не просто просил прощения — он доказывал, что изменился.
Вскоре они снова начали общаться. Потом — жить вместе.
Но и на этот раз всё было не гладко. Татьяна не верила, что партнёр действительно перерос свои страхи и готов к семье. Вокруг постоянно ходили сплетни о новых интрижках Алексея. Тотьмянина сомневалась, Ягудин доказывал. Они то сходились, то расходились. Как позже признавался сам фигурист:
— Не только она меня принимала, но и я её принимал. И по поводу этих разговоров «Леша ловелас» — ничего этого не было. Ну, Савельева — это понятно. Но и Таня уходила. Так что не только я уходил и возвращался.
Свадьба, которой не хотели
В 2009 году Ягудин сделал Татьяне предложение. Она согласилась. Но свадьбу пришлось отложить: в тот год погибла мать Тотьмяниной — она попала в ДТП. Алексей поддержал возлюбленную, был рядом, помогал пережить утрату.
Потом родилась дочь Лиза. Потом — Мишель (в 2015 году роды были тяжёлыми, девочка появилась на свет раньше срока, неделю провела в специальном боксе). А свадьбы всё не было.
Поклонники терялись в догадках. Ягудин и Тотьмянина отвечали одно: заняты работой, да и штамп в паспорте не главное, главное — отношения.
Но в 2016 году на гастролях в Красноярске они всё-таки расписались. Правда, без особого воодушевления. Как рассказывала потом Татьяна, предполагалось, что в загсе будут только они и друг Алексея Игорь. Но свидетель пригласил 40 человек.
— Спрашиваю у мужа: «Кто эти люди?» — «Я их всех знаю». Говорю: «Ну, тебе повезло хотя бы с этим. Может, пойдём отсюда, отменим всё это на фиг?» — вспоминала Тотьмянина. — Не отменили. В течение всей церемонии я говорила Леше: «Скорее бы это всё закончилось». Они ведь ещё и музыкантов пригласили, которые конечно же стали играть марш Мендельсона. Я спрашиваю, а что, нам ещё и танцевать перед всеми надо? Мы же не знали, как там всё на свадьбах устроено. Ни Леша, ни я никогда не были на свадьбах, тем более собственных. Я надеюсь, в моей жизни такого больше не случится.
Но главное — они стали семьёй. И с тех пор — вместе.
Слухи, которые лают, и болезни, которые отступают
Сплетни об Алексее не утихали и после свадьбы. Особенно много шума наделала история с Мирославой Карпович. Якобы актриса, с которой Ягудин играл в одном спектакле, строила ему глазки, присылала фотографии в ночи, а беременная Тотьмянина чуть не подралась с «разлучницей».
— Действительно, мы играли в одном спектакле, но ничего того, что было написано, я не ощущал, — отрезал Ягудин в интервью на YouTube-канале Надежды Стрелец. — Кто её там хотел побить? Чего там? Собака лает, а караван идёт. Всегда писали, пишут и будут писать всевозможные новости. Ну, пишут и пишут.
Гораздо серьёзнее сплетен были реальные беды. Татьяна Тотьмянина не раз оказывалась в больнице. В 2017 году сломала ногу, из-за осложнений перенесла несколько операций. Потом в желчном пузыре нашли новообразования. Поклонники заметили её в онкоцентре — и началась паника.
— Вернувшись в Москву, Таня поехала в определённые медицинские учреждения, потому что доктора ей сказали: есть опасения, нужно удалить желчный пузырь, есть предпосылки того, что у вас рак, — объяснял Ягудин.
Операция прошла успешно. Тотьмянина вернулась на лёд. Но периодически проблемы со здоровьем давали о себе знать — травмы, почки, другие осложнения. И каждый раз Алексей был рядом. Водил по врачам, сидел в очередях, держал за руку.
— Стоило потерпеть и пройти все ссоры, все расставания в течение 14 лет для того, чтобы наше настоящее было таким, какое есть, — говорил он уже после свадьбы. — Я никогда бы раньше не подумал, что буду вот так… кайфовать от моей Тани. За всё это время она очень сильно поменялась. Я как был дураком, так и остался, а она стала совершенно гениальной женщиной с нереальным количеством знаний и глубоким пониманием жизни.
Вместо эпилога
Сегодня Алексею Ягудину 46. Он счастлив в браке, воспитывает двух дочерей, комментирует соревнования на Первом канале, ведёт «Ледниковый период», курирует детские центры фигурного катания. Кажется, что тот молодой ловелас, который боялся ответственности и убегал от серьёзных отношений, остался в прошлом.
Две Татьяны — Тарасова и Тотьмянина — сыграли в его жизни роли, которые сложно переоценить. Одна спасла его от него самого, от алкоголя и отчаяния, привела к олимпийскому золоту. Другая — научила быть мужчиной, терпела, ждала, прощала и в конце концов дождалась того, ради чего стоило ждать.
— Я как был дураком, так и остался, — смеётся он.
Но, глядя на его семью, понимаешь: никакой он не дурак. Просто ему понадобилось время, чтобы стать тем, кем он стал. И две женщины с одинаковым именем помогли ему в этом.
А что может быть лучше, когда у тебя есть такой тыл?