Чужая свадьба
— Это из-за тебя! Из-за тебя, слышишь?! — голос Алины разрывал тишину банкетного зала, перекрывая музыку.
Она стояла посреди зала, вся в слезах. Кружевное платье цвета шампань, которое она так тщательно выбирала для сестринского торжества, смотрелось сейчас жалкой тряпкой. Гости замерли. Кто-то сделал глоток и поперхнулся, кто-то уставился в тарелку, боясь поднять глаза.
Ангелина смотрела на сестру с ледяным спокойствием. Внутри всё кипело, но она не позволяла себе развалиться на части. Не здесь. Не сегодня.
— Алина, прекрати, — голос Ангелины прозвучал тихо, но в нём чувствовалась сталь.
— Нет, ты прекрати! — всхлипнула Алина. — Ты всё испортила! Ты специально!
Мать девушек, Светлана Николаевна, уже поднималась из-за стола, хватая дочь за локоть.
— Пойдём, пойдём, успокойся…
— Не трогай меня! — Алина вырвалась. — Она должна была отдать мне букет! Я же просила! По-хорошему! А что она сделала?
— Я сделала то, что хотела, — спокойно ответила Ангелина, поправляя фату. — Это моя свадьба, Алина. Не твой ритуальный зал.
— Ты… — Алина задохнулась от злости.
Светлана Николаевна наконец схватила её за руку и потащила к выходу, шипя на ухо что-то успокаивающее. Гости проводили их взглядами. Тишина длилась несколько секунд.
Тамада, опытный ведущий с микрофоном и вечной улыбкой, громко кашлянул:
— А мы продолжаем! Музыка, пожалуйста! Свадьба-то у нас одна на всех, так что нечего раскисать! Молодожёны — в центр!
Заиграла мелодия. Ангелина выдохнула, взяла за руку своего жениха Дмитрия и вышла в центр зала. Он наклонился к её уху:
— Ты как?
— Нормально, — ответила она, заставляя себя улыбнуться. — Пусть идёт куда хочет.
— Она всегда такая? — тихо спросил Дмитрий, кружа невесту в танце.
— Ты ещё не понял? — Ангелина горько усмехнулась. — Алина не выносит, когда всё идёт не по её сценарию.
---
На самом деле Алина была старшей. На три года. Ей уже двадцать шесть, а вела она себя так, будто ей пятнадцать и все вокруг обязаны подчиняться её капризам. Ангелине на тот момент только-только исполнилось двадцать три.
Алина меняла причёски каждую неделю, работу — раз в два месяца, а мужчин — с катастрофической скоростью. Каждый новый ухажёр поначалу казался «тем самым», но через пару недель она начинала его проверять: устраивала сцены ревности, подстраивала «случайные» встречи с бывшими, требовала доказывать любовь эффектными поступками. Мужчины сбегали.
— Ну почему у меня не складывается? — рыдала она матери после очередного расставания. — Что я делаю не так?
— Дочь, — Светлана Николаевна гладила её по голове, — может, хватит читать эти дурацкие журналы и гадать на кофейной гуще? Может, попробуешь просто быть собой?
— Я и так собой! — Алина тут же переставала плакать и вскидывалась. — Это они все слабаки!
Светлана Николаевна вздыхала и шла варить успокоительный чай. Её муж, Валерий Петрович, сидел в кресле с газетой и только усмехался в ответ на жалобы жены.
— Пусть нагуляется, — говорил он. — Ничего, остепенится.
Ангелина же росла тихой, спокойной, вдумчивой. Училась, работала, строила отношения без лишней драмы. Когда она познакомилась с Дмитрием, всё шло ровно, без надрыва. Через два года он сделал предложение.
Алина, узнав об этом, сначала застыла с открытым ртом, а потом разразилась тирадой:
— Как? Как ты умудрилась? Она младше! Я должна была выйти замуж первой!
— Это не соревнование, — спокойно ответила Ангелина.
— Это соревнование! — Алина чуть не плакала от злости. — Все тётки будут тыкать пальцем: старшая, а всё одна, а младшая уже замуж выскочила.
— И кого это волнует?
— Меня волнует!
С этого момента Алина включилась в подготовку к свадьбе сестры с таким энтузиазмом, что это начало напоминать одержимость. До торжества, назначенного на конец мая, оставался месяц, и каждый день находился новый повод для «ценных указаний».
— Ты не можешь выходить замуж в этот день, — заявила она однажды, ворвавшись к Ангелине в комнату с ноутбуком. — Ретроградный Меркурий в квадрате с Венерой! Брак распадётся через три месяца!
— Алина, иди отсюда, — устало сказала Ангелина.
— Ты не понимаешь! — Алина трясла перед её лицом распечатанным гороскопом. — Я тебе добра желаю!
— Если ты сейчас же не выйдешь, я найму охрану, и на свадьбу тебя не пустят.
— Какую охрану? — Алина опешила. — Ты что, совсем?
— А что ты думала? Будешь мне мозг выносить — будешь сидеть дома.
Скандал разгорался. Светлана Николаевна встала между дочерьми:
— Ангелина, ты что, с ума сошла? Как можно не пригласить родную сестру?
— Мам, она мне всю жизнь вынесет! — воскликнула Ангелина.
— А если не пригласишь — вынесут мне! — отрезала мать. — Будет на свадьбе. И точка.
Ангелина сдалась. Но предупредила:
— Если она устроит истерику, я её выгоню сама.
— Не устроит, — неуверенно сказала Светлана Николаевна.
---
Устроила.
И даже не из-за ретроградного Меркурия. Из-за букета.
Алина пришла к ней за три дня до свадьбы и заявила:
— Ты отдашь мне букет. Из рук в руки. Я в книге читала — если невеста сама отдаст букет незамужней родственнице, та в течение года выйдет замуж. Это самый верный способ.
— Алина, — Ангелина посмотрела на неё как на сумасшедшую, — букет бросают подружкам невесты. Я его брошу, и кто поймает — того и счастье.
— Нет! — Алина топнула ногой. — Это не работает! Должна именно отдать! По-хорошему! Добровольно!
— С чего ты взяла?
— В книге написано!
— В какой книге?
— В умной!
Разговор закончился ничем. Ангелина захлопнула дверь перед носом сестры.
Но Алина не отступила. В день свадьбы, который выдался по-летнему тёплым и солнечным, торжество началось в три часа дня в ресторане за городом. Алина трижды подходила к сестре с одним и тем же:
— Ты не забыла? Отдашь мне букет. Из рук в руки.
— Отстань, — сквозь зубы цедила Ангелина, позируя фотографу.
— Алина, оставь сестру в покое, — пыталась вмешаться Светлана Николаевна.
— Мам, я знаю, что делаю! — отмахивалась старшая дочь.
Ангелина делала вид, что не слышит.
Кульминация наступила, когда тамада объявил:
— А теперь, дорогие гости, традиционный бросок букета! Незамужние дамы, прошу к невесте!
Алина вскочила первой. Она рванула к сестре, надеясь в последний момент встать прямо перед ней — чтобы букет волей-неволей прилетел к ней, а там, глядишь, сестра и передумает бросать, отдаст из рук.
Но Ангелина даже не посмотрела в её сторону. Она развернулась спиной к толпе девушек и бросила букет через плечо.
Букет, шикарный, тяжёлый, составленный из пионов и ирисов, описал дугу и шлёпнулся прямо в руки свидетельнице невесты — рыжеволосой Насте.
Алина замерла.
Потом издала такой звук, будто у неё отняли ребёнка.
— А-а-а!
Она бросилась к сестре, но подружки перехватили её.
— Ты специально! — кричала Алина. — Ты могла мне отдать! Я просила!
— Алина, возьми букет, — Настя, смущённая и растерянная, протягивала ей цветы.
— Не надо! — Алина отшатнулась, как от прокажённой. — Так не работает! Она должна была сама! Добровольно! А ты что лезешь?!
— Я не лезу…
— Всё испортили!
Гости переглядывались. Кто-то прятал улыбку в салфетку. Кто-то смотрел с сочувствием.
Ангелина стояла с каменным лицом. Только побелевшие пальцы, сжимающие подол платья, выдавали её состояние.
— Уведи её, — сказала она матери.
Светлана Николаевна схватила Алину за локоть и выволокла из зала.
— Ты меня позоришь! — шипела она на ходу. — Успокойся сейчас же!
— Я не хочу успокаиваться! — ревела Алина. — Она всё испортила!
— Пойдём в кофейню, выпьешь кофе, придёшь в себя…
Они вышли на улицу. Рядом с банкетным залом работала маленькая кофейня. Светлана Николаевна почти силком завела туда рыдающую дочь.
— Девушке кофе, — устало сказала она парню за стойкой. — Покрепче.
Парень — высокий, с бородкой, в очках, с умными спокойными глазами — молча кивнул. Пока он возился с кофемашиной, Алина продолжала всхлипывать и повторять:
— Она специально… Специально…
Парень поставил перед ней чашку:
— Ваш кофе.
Алина подняла на него заплаканные глаза. Он не смотрел на неё с осуждением или жалостью. Просто ждал.
— Ты чего такой спокойный? — вдруг спросила она. — У меня сестра весь праздник испортила, а ты молчишь.
— А что мне сказать? — он пожал плечами. — Я в приметы не верю.
— Как это не веришь? — Алина даже плакать перестала. — Вот у меня сестра свадьбу на ретроградном Меркурии закатила, хотя я её предупреждала. И чем кончилось? Истерикой!
— А я астрономию изучаю, — парень улыбнулся. — Знаешь, что такое ретроградный Меркурий с научной точки зрения?
— Это когда планета идёт назад? — неуверенно спросила Алина.
— Именно, — он кивнул. — Видимое обратное движение. Просто разница в орбитальных скоростях Земли и Меркурия. Никакого мистического влияния на судьбы нет.
Алина смотрела на него, и слёзы высыхали сами собой. В голове прояснялось.
— Меня Олег зовут, — сказал парень. — А вас?
— Алина, — тихо ответила она.
Светлана Николаевна, стоявшая в углу, достала кошелёк, но Олег мягко остановил её:
— Не надо. Кофе за счёт заведения.
Мать благодарно кивнула и тихонько выскользнула на улицу. Набрала мужу:
— Валера, кажется, наша дурочка кого-то себе нашла.
— Какого человека? — не понял Валерий Петрович.
— Нормального. Без гороскопов.
Светлана Николаевна вернулась в банкетный зал, а Алина и Олег проговорили до закрытия кофейни. Кофейня работала допоздна, а когда закрылась, они ещё долго гуляли по ночной набережной, наслаждаясь летней ночью. А на следующий день встретились снова. И через неделю — тоже.
---
Ровно через полгода, в тёплый сентябрьский день, Алина выходила замуж за Олега.
Свадьба была хорошая — весёлая, душевная.
— Рада, что ты пришла, — сказала она сестре, когда они остались на пару минут вдвоём.
— А я говорила, что приду, — улыбнулась Ангелина.
— Олег меня переубедил, — Алина кивнула в сторону мужа. — Знаешь, он вообще в приметы не верит. И меня отучил.
— Я не верю, — покачала головой Ангелина.
— Правда. Теперь я в метафизику ударилась. Это глубже, чем гороскопы.
— Что, прости?
— Неважно, — махнула рукой Алина. — Ты главное рядом.
За столом, когда гости уже разогрелись, Алина встала и подняла бокал:
— Хочу выпить за сестру. За Ангелину. Знаете, я тогда на её свадьбе устроила истерику. Думала, она мне всё испортила. А оказалось — наоборот. Если бы не её свадьба, я бы не зашла в ту кофейню. Не встретила бы Олега.
— И не узнала бы, что никакой он не ретроградный, а просто разница в скоростях, — добавил Олег.
Все засмеялись.
Ангелина смотрела на сестру и чувствовала, как внутри наконец отпускает та давняя обида.
— Ну что, — прошептал Дмитрий ей на ухо, — твоя сестра всё-таки не такая безнадёжная?
— Оказалось, нет, — ответила Ангелина.
Она посмотрела на Алину, которая сейчас смеялась над чем-то с мужем, и подумала: иногда, чтобы всё пошло правильно, нужно сначала сделать всё неправильно.
А потом просто зайти в нужную кофейню.