Осенью 1918 года советская власть в Амурской области пала. Белые казаки атамана Иванова-Ринского взяли Благовещенск, свергли Советы и провозгласили Временное правительство. Их успех во многом обеспечило вмешательство Японии: в Приамурье японцы поддерживали белоказачество открыто и явно — живой силой и вооружением, а не скрытыми поставками, как это происходило в Приморье.
Но советская власть пала только номинально. В самой области осталось много «краснопартизанских» населенных пунктов, чьи жители поддерживали большевиков. Одним из таких было большое село Ивановка в 40 километрах от Благовещенска с населением около 3000 человек.
В феврале 1919 года партизаны из Ивановки стали участниками крупного похода объединенных красных сил Приамурья на Благовещенск. Однако с большим трудом, но белогвардейцы с японцами это наступление отразили. А после японский генерал Ямада решил нанести ответный удар по «гнезду большевизма» — по Ивановке.
22 марта 1919 года его отряд, усиленный белыми казаками, попытался войти в Ивановку, но неожиданно (Ямада полагал, что способных воевать в селе не осталось) встретил яростное сопротивление. Тогда генерал приказал окружить село и начал методично обстреливать его с трех сторон, что вызвало пожары домов и амбаров. Имея превосходство в силе, японцы подавили сопротивление и вошли к вечеру в Ивановку.
Партизанов среди жителей уже не было — кто-то успел уйти, кто-то просто попрятал оружие. Ямада начал зачистку по домам, собрал на окраине 186 мужчин, поставил в две шеренги и расстрелял очередями с добиванием выживших. Но это не всё. 36 человек — женщин, стариков и китайцев, которых генерал посчитал сочувствующими, заперли в хлебный амбар и подожгли.
После этого японцы ушли из села, а на следующий день Ямада издал приказ, в котором писал, что участь Ивановки постигнет всех «укрывателей большевиков».
В современной истории эти события носят название «Ивановский инцидент», но в истории советской иначе чем «Амурская Хатынь» они не назывались. При этом события подавались так, что японцы вошли в безоружное село и без причины, просто в силу своей звериной жестокости, вырезали 300 человек и сожгли 80% всех домов, оставив после себя дымящиеся руины.
Жестокость действительно была, но она вписывалась в контекст карательной операции против партизанского оплота, где местные ополченцы оказали сопротивление врагу.
В 1922 году на месте расстрела партизан поставили деревянный обелиск, в 1958-м его заменили на гранитный и установили плиту на братской могиле с именами всех погибших. А в 1995 году по инициативе японцев в Ивановке установили памятник «Покаяние» — мраморную стелу с чеканкой скорбящей женщины, крестом и текстом «С чувством глубокого покаяния и глубокой скорби жителям Ивановки от народа Японии».