— Купите эти чудо-бады за сто десять тысяч, иначе через полгода останетесь полным инвалидом и сядете в инвалидную коляску!
Я сидела на жестком стуле в кабинете частного медицинского центра и методично застегивала пуговицы на своем шерстяном кардигане.
Эдуард нависал надо мной через свой массивный стол из темного дерева. От его белоснежного халата густо несло дешевым растворимым кофе и въевшимся запахом табака.
В правой руке он безостановочно крутил толстую металлическую ручку.
Щелк. Щелк. Он методично нажимал на кнопку, невыносимо раздражая слух этим монотонным звуком.
— В смысле... останусь инвалидом? — я посмотрела на три пластиковые баночки с яркими кричащими этикетками, которые он бесцеремонно пододвинул ко мне.
— В прямом, Нина! — Эдуард вальяжно откинулся в кожаном кресле. — Ваши суставы полностью разрушаются. Официальная медицина вам уже не поможет. Только моя уникальная авторская разработка спасет ваши хрящи от неминуемой деградации.
Щелк. Щелк. Ручка продолжала отбивать нервный, давящий ритм.
— Мы же с вами взрослые люди. Вы должны думать о близких. Кому вы нужны будете лежачая обуза? Вы обязаны ради семьи приобрести этот курс. Родные не простят вам такой безответственности.
Я опустила правую руку в глубокий карман кардигана. Нащупала кнопку на боковой панели смартфона и незаметно активировала запись диктофона.
— Подожди, ты хочешь сказать, что вот эти три баночки с порошком стоят сто десять тысяч рублей?
— Это эксклюзивный импортный биоматериал! — Эдуард недовольно поморщился, услышав мое обращение на «ты». — Я уважаемый профессор, я жизнь положил на эти исследования. У меня дипломы на стене висят!
Он пододвинул ко мне толстую стопку распечатанных бумаг с логотипом малоизвестного микрофинансового банка.
— У нас есть договор с банком-партнером. Оформите кредит прямо сейчас, не выходя из кабинета. Ежемесячный платеж всего тридцать пять тысяч рублей. Срок — три года.
— Оформить кредит на пищевые добавки прямо на медицинском приеме? Под бешеные проценты?
— Да! Здоровье стоит любых денег! — он перестал щелкать ручкой и агрессивно подался вперед, нависая над столом. — Подписывайте договор, Нина. Иначе я снимаю с себя всякую ответственность за ваше будущее. Вы просто сгниете заживо в своей кровати.
Я взяла в руки одну из пластиковых баночек. Покрутила ее, внимательно изучая мелкий шрифт на обратной стороне дешевой глянцевой этикетки.
— Эдуард, а вы помните, с какими именно жалобами я к вам сегодня пришла на первичный осмотр?
— У вас прогрессирующий артроз третьей степени! Я своими глазами видел ваши снимки! — он раздраженно постучал ручкой по столу, требуя немедленного внимания и подчинения.
— Я пришла с жалобой на легкое растяжение связок после занятий йогой. Мои снимки МРТ, которые я вам принесла, абсолютно чистые. На них идеальные суставы абсолютно здорового человека.
Я поставила баночку обратно на стол. Мой мозг переключился в режим холодной, безжалостной проверки фактов.
— И еще один очень интересный момент. В составе вашего эксклюзивного биоматериала указаны экстракт полевой ромашки, обычный картофельный крахмал и аскорбиновая кислота.
Я посмотрела прямо в его бегающие, суетливые глазки.
— Точно такой же состав у дешевого чая и витаминок, которые лежат на кассе в любой «Пятерочке» по сорок пять рублей за пачку.
— Вы совершенно не понимаете синергию компонентов! — лицо Эдуарда начало покрываться некрасивыми красными пятнами гнева. — Я врач высшей категории! Я спасаю жизни! Я требую уважения к моему статусу! Если вы сейчас выйдете за дверь, ваши ноги откажут через месяц!
— Вы пытаетесь продать мне крахмал за миллион двести тысяч рублей с учетом банковских процентов за три года?
— Вы обыкновенный мошенник, Эдуард.
Я достала из своей объемной сумки служебное удостоверение в красной кожаной обложке. Раскрыла его и положила прямо поверх кабального кредитного договора.
— Нина Викторовна Савельева. Старший следователь управления экономической безопасности и противодействия коррупции.
Толстая металлическая ручка выскользнула из потных пальцев псевдо-профессора и с громким стуком покатилась по столешнице, упав на пол.
— Это... это контрольная закупка? — его голос моментально потерял всю надменность, сорвавшись на жалкий, заискивающий писк.
— Это финал вашей блестящей криминальной карьеры.
Я достала телефон из кармана и демонстративно остановила запись на диктофоне.
— Наш отдел вел вашу клинику последние два месяца. Вы находили одиноких доверчивых женщин, запугивали их инвалидностью и вешали на них кредиты на пустышки.
— Нина Викторовна... умоляю! — Эдуард судорожно сглотнул, обильно покрываясь липкой, холодной испариной. — Я всё верну! Я просто наемный работник! У меня жесткий план продаж стоял от руководства!
— План продаж, основанный на человеческом страхе и поддельных диагнозах?
Я медленно встала со стула, возвышаясь над съежившимся в кресле аферистом.
— Ваши дипломы на стене распечатаны на цветном принтере. А медицинская лицензия вашей клиники аннулирована Минздравом еще полгода назад.
— Мы можем договориться! — он в дикой панике схватил пластиковые банки и попытался спрятать их в нижний ящик стола. — Я заплачу! Сколько вам нужно? У меня есть наличные в сейфе!
— Вы мне сейчас нужны только в наручниках. За дачу взятки должностному лицу при исполнении мы оформим вам отдельную, очень тяжелую уголовную статью.
Дверь кабинета распахнулась без стука. В помещение уверенно вошли двое крепких оперативников в гражданской одежде.
— Оформляйте, мальчики, — я кивнула на бледного, трясущегося Эдуарда, который вжался в спинку кожаного кресла. — Аудиозапись прямого вымогательства и принуждения к оформлению кабального кредита у меня на телефоне.
— Понял, Нина Викторовна, — ответил один из оперативников, доставая бланки официальных протоколов. — Понятые уже ждут в коридоре.
Эдуард сидел за столом, обхватив голову руками. От его былой самоуверенности и лощеного профессорского вида не осталось и следа. Он был просто жалким трусом, пойманным с поличным на горячем.
Я поправила воротник кардигана, забрала свое удостоверение и вышла из кабинета.
В просторном холле клиники сидели еще несколько растерянных пенсионерок, ожидающих своей очереди на чудодейственное исцеление за огромные деньги.
— Прием окончен, дамы, — громко и четко сказала я на весь коридор. — Клиника закрыта навсегда. Сохраните свои деньги и сходите в нормальную государственную поликлинику к настоящим врачам.
Я спустилась на первый этаж, вышла на улицу и села за руль своего белого Ниссана.
Дышать морозным осенним воздухом было невероятно приятно. Впереди меня ждала долгая бумажная работа по оформлению этого масштабного дела, но чувство выполненного долга перекрывало любую накопившуюся усталость.
Еще один беспринципный паразит, наживающийся на чужой боли и доверчивости, отправился туда, где ему самое место. И платить по кредитам там ему точно не придется, государство обеспечит его бесплатным питанием на ближайшие несколько лет.