Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Когда Пандора открыла свой ящик и выпустила в мир все беды, на дне осталась только надежда

Люди до сих пор спорят, был ли это дар богов или последняя ловушка. Филофоб - единственный, кто знает ответ. Для него надежда самая страшная из бед. Потому что надежда заставляет его снова тянуться к людям. Надежда шепчет: «В этот раз не обожжёшься». Надежда поднимает воду к губам Тантала, наклоняет ветвь с плодами. И каждый раз, когда надежда обманывает, боль возвращается с новой силой. Танталовы муки - мучения, вызываемые созерцанием желанной цели и осознанием невозможности её достичь. Но не по причине воздействия извне, филофоб обрывает всё сам. Поэтому он учится убивать надежду. Он заковывает себя, становится палачом собственного будущего, лишь бы не дать надежде снова провести его через муку «почти случившегося счастья». Филофоб хочет разбить оковы и тянется к другому человеку, как утопающий тянется к берегу. Но в тот миг, когда чувство готово родиться и согреть его, в груди вспыхивает не тепло, а ледянящий ужас. Каждая попытка полюбить оборачивается болью - будто пытаешься сжать

Когда Пандора открыла свой ящик и выпустила в мир все беды, на дне осталась только надежда. Люди до сих пор спорят, был ли это дар богов или последняя ловушка.

Филофоб - единственный, кто знает ответ. Для него надежда самая страшная из бед. Потому что надежда заставляет его снова тянуться к людям. Надежда шепчет: «В этот раз не обожжёшься». Надежда поднимает воду к губам Тантала, наклоняет ветвь с плодами. И каждый раз, когда надежда обманывает, боль возвращается с новой силой. Танталовы муки - мучения, вызываемые созерцанием желанной цели и осознанием невозможности её достичь. Но не по причине воздействия извне, филофоб обрывает всё сам.

Поэтому он учится убивать надежду. Он заковывает себя, становится палачом собственного будущего, лишь бы не дать надежде снова провести его через муку «почти случившегося счастья».

Филофоб хочет разбить оковы и тянется к другому человеку, как утопающий тянется к берегу. Но в тот миг, когда чувство готово родиться и согреть его, в груди вспыхивает не тепло, а ледянящий ужас. Каждая попытка полюбить оборачивается болью - будто пытаешься сжать в ладони раскалённый металл или острые осколки. Это не рана, нанесённая врагом, это рана, которую филофоб наносит самому себе, захлопываясь в иррациональном испуге.

Нет более горькой участи, чем запирать дверь перед чудом своими же дрожащими руками. И нет большего бесстрашия, чем однажды эту дверь открыть.

Тот, кто не любит, - мёртв и спокоен.

Тот, кто боится любить, - жив и в аду.

Я искренне желаю всем никогда не испытать этот недуг. Любите и будьте любимыми!

P.S. Филофобия - это алогичный и навязчивый страх влюбиться или вступить в романтические отношения. Человек с этом недуге испытывает сильную тревогу при мысли о близости, эмоциональной привязанности или возможности полюбить кого-то. Не путать с социопатией или мизантропией.

ФИЛОФОБЫ

Ты говоришь слова заветные?

Обогащаешь их теплом?

Возможно станешь без ответа, но

По жизни так заведено…

Тебя послушают. Услышат ли?

А ты потратив часть себя,

Подумаешь, что промурыжили

На сердце борозды штробя.

Жестокость в страсти безответности

Для них по сути не реснОта.

Стремленье их в приоритетности,

Сведенье боли к асимптоте.

Им стопроцентно тоже больно.

И тут смотри не погуби!

Реакции их подневольны,

А ты коль любишь - так люби!

И вроде хочешь прекратить эту поэму,

Дверью хлопнуть, чувств отсечь пролапс

Но ток любви свербит, трепещет вены,

И в голове дестрой, в груди коллапс!

А мне бы выдохнуть тебя, да не могу!

Мы филофобы - страхом гнёт в дугу!

Одёргиваем руки чтоб не обгореть!

Нам остаётся любоваться и терпеть!

ВИРШИ ДУШИ НАВЫВОРОТ в MAX