— Если я картошку Сережке не пожарю, он уйдет к другой, которая это сделает. Ну вот и как похудеть с ним? Раз уж пожарила, то вместе и съедим. А когда его дома нет, я же одним яичком наедаюсь.
— Да-да. А вот, Гаврилыч, сосед по даче, убрал сахар из еды совсем, диабет ему поставили. Похудел на 30 кг. Сказал, что жить хочет.
— А я? Я так не могу. Гаврилыч один живет, ему легче. У меня Сережка, он любит вкусно поесть.
— Ага, Сережка виноват.
— Ну мам….
— Не мамкай, — подхватив полотенце, одна из женщин медленно выплыла из парной.
Оставшаяся дама с весьма аппетитными формами, посмотрела в упор на меня и повторила: «Ну и как не пожарить картошку, уйдет же к той, что будет готовить для него». Наверное, ожидая от меня согласия или, наоборот, возражений.
Но я просто кивнула. Мой жест она интерпретировала как согласие и продолжила.
— Да, и сама я люблю вкусно поесть, чего греха таить. Намного больше, чем носить красивые платья. Хотя иногда хочется надеть приталенное платишко, каблучки и пробежаться как в юности. Но…. здоровье уже не то, энергии не хватает, лучше полежать. Вот после баньки приду, а дочь приготовит лимонник, знаете, как раньше. Хотя откуда вам знать.
Я продолжала молчать.
А о чем говорить?
О том, что я знаю, что такое лимонник, но никогда его не любила. Там в начинке лимонные корочки и сахара столько, что сводит зубы.
О том, что не Сережка виноват в её пышных формах. И скорее всего, даже если бы он уехал на пару месяцев, то вряд ли она смогла к его приезду нарядится в ТО САМОЕ красивое платье, о котором грезила.
О том, что можно есть вкусно и при этом не то чтобы не набирать, но еще и возвращать себе здоровое тело. Что можно и картошку, и булки.
Ну нет, баня — не самое уместное пространство для этого. Согласны?
Или может надо было позвать на свой ленивый марафон? Хоть визиточку дать))
А что, там тетенька подходила, предлагала рюкзаки, которые шьет сама.