Волан-де-Морт — отличный читатель мыслей. Он даже говорит об этом в начале «Кубка огня» Фрэнку, сторожу-маглу. А говорит он следующее: «Не лги Лорду Волан-де-Морту, магл. Ибо он знает. Он всегда знает». Он «всегда» знает, говорит о себе Тёмный Лорд. Не «обычно», не «большую часть времени», а «всегда».
Волан-де-Морт — один из самых искусных легилиментов, когда-либо живших. Он умеет читать мысли, распознавать обман, видеть ложь и абсолютно уверен в своих способностях. Он всегда знает, когда ему лгут, кроме… кроме тех случаев, когда не знает (привет, Северус). И начиная с «Кубка огня» проходит эта сюжетная линия о том, что Снегг, возможно, лжёт Волан-де-Морту, и мы получаем намёки на это, когда Гарри учится у него окклюменции в «Ордене Феникса».
Снегг делает заявление, которое как бы корректирует сказанное ранее Волан-де-Мортом. Он говорит: «Тёмный Лорд, например, почти всегда знает, когда ему лгут. Только те, кто искусен в окклюменции, способны блокировать те чувства и воспоминания, которые противоречат лжи, и, следовательно, могут произносить ложь в его присутствии, оставаясь нераскрытыми». Там, где Волан-де-Морт сказал, что «всегда» знает, когда ему лгут, Снегг говорит, что Волан-де-Морт «почти всегда» знает. «Почти» — это уже не «всегда». Во всяком случае, это не то знаменитое «всегда», ради которого многие готовы простить Снеггу вообще всё.
Итак, Снегг, который с тех пор, как Дамблдор отдал приказы после возвращения Волан-де-Морта, лжёт ему, работая в его ближнем круге, а по факту являясь агентом Дамблдора, и, соответственно, знает на личном опыте, что Волан-де-Морта можно обмануть. И первые читатели, когда выходили эти книги, а «Дары Смерти» ещё не были опубликованы, не знали, лжёт ли Снегг на самом деле Дамблдору или всё же Волан-де-Морту. И такие маленькие намёки были очень круты. Крошечные подсказки, что Снегг всё-таки лжёт Волан-де-Морту.
Но ведь Северус Снегг не единственный, кто преуспел в этом, так? Есть ещё один человек, которому удаётся успешно солгать Волан-де-Морту так, что тот его не разоблачает, — это Нарцисса Малфой. После того как Гарри поражает смертельное заклятие Волан-де-Морта в Запретном лесу, в самом конце «Даров Смерти», Нарцисса, которую Тёмный Лорд послал для освидетельствования, лжёт, что Гарри мёртв.
Но как ей удаётся обмануть Волан-де-Морта? Мы знаем, что Снегг — мастер окклюменции, но Нарцисса… Молчаливо страдающая жена опального Люциуса, вся роль которой сводится к моральной поддержке униженного мужа и переживаниям за сына. Как она вообще может обмануть одного из величайших легилиментов в истории магии?
Что ж, Снегг даёт нам подсказку во время того же урока с Гарри. Он говорит: «В магии важны время и пространство, Поттер. Зрительный контакт часто необходим для легилименции». И когда мы доходим до той сцены в Запретном лесу, важно обратить внимание на описание положения тела Нарциссы.
Когда Нарцисса осматривает тело Гарри, чтобы проверить, жив ли он, говорится, что она наклонилась так низко, что её длинные волосы скрыли его лицо от наблюдателей. И насколько они скрывают лицо Гарри, настолько же они, скорее всего, скрывают и её собственное. Во время этой лжи нет зрительного контакта — и именно поэтому ей это сходит с рук. Ну, возможно, ещё и потому, что известие о смерти Поттера — это то, что Волан-де-Морт мечтал услышать уже давно.
А ещё Нарцисса до этого могла практиковать окклюменцию, мы знаем из «Принца-полукровки», что Беллатриса учила окклюменции Драко, своего племянника. Так что, возможно, Нарцисса сама кое-что усвоила, а может, даже посещала эти уроки вместе с сыном.
Впрочем здесь возможно и другое, более метафизическое (назовём это так) объяснение. В тех же «Дарах Смерти» защищать свои мысли от Волан-де-Морта наконец научился и «посредственный волшебник, неспособный к окклюменции» (характеристика Снегга, и весьма, замечу, предвзятая, учитывая, что сам Снегг никогда не был крестражем Волан-де-Морта) — Гарри Поттер. При каких обстоятельствах это происходит?
Гарри с друзьями попадают в плен и находятся в поместье Малфоев, куда Аберфорт Дамблдор посылает Добби, и домовик спасает Гарри с компанией, а также других узников подвала. В результате Добби геройски погибает, и убитый горем Гарри вручную, лопатой, без помощи магии копает могилу для домового эльфа у дома Билла и Флёр «Ракушка», куда они все трансгрессировали. При этом шрам по-прежнему болит, одна часть сознания Гарри отчётливо видит яростного Волан-де-Морта, который наказывает Беллатрису и Малфоев. Однако в этой его психической связи с Тёмным Лордом что-то окончательно изменилось.
«Шрам горел, но теперь боль подчинялась Гарри. Он чувствовал её как бы со стороны. Он наконец научился контролировать эту связь, научился закрывать свой разум от Волан-де-Морта, чего так добивался Дамблдор, заставляя его ходить на занятия к Снеггу. Точно так же как Волан-де-Морт не смог вселиться в Гарри, когда он был переполнен горем после смерти Сириуса, так и теперь его мысли не могли проникнуть в сознание Гарри, пока он горевал о Добби. Похоже, горе способно отогнать Волан-де-Морта… Хотя Дамблдор, наверное, сказал бы — любовь…»
Итак, сильное эмоциональное потрясение, светлые чувства (скорбь, любовь, забота о близких) — вот то, что мешает Тёмному Лорду шарить, как у себя в кармане, в сознании своих, гораздо более слабых магически, противников. И в этом ведь есть смысл, правда? Так, вряд ли Лили старалась избежать с ним зрительного контакта в свою последнюю минуту жизни, после того как защитила своими чарами сына. Но Волан-де-Морт этой защиты не понял и не разглядел ловушку. Хотя вроде как имел для этого все средства.
А Нарцисса? Гарри объяснил себе её предательство Волан-де-Морта тем, что ей нужно любой ценой попасть в замок и найти Драко и что ей уже всё равно, победит Тёмный Лорд или проиграет. Мне же кажется, что Нарцисса на тот момент уже должна была сполна наиграться в пожирательство и понимать, что для того, чтобы её единственный и любимый сын Драко выжил, попросту выжил и остался в безопасности, — должен уйти в окончательное небытие их хозяин — Тёмный Лорд. Понимала и то, что единственный человек, который как-то может это устроить, — Гарри Поттер.
Так, в самом начале пути «избранного» мы видим великую силу материнской любви, и эта же точно сила (пусть и другой матери, и по отношению к другому ребёнку) помогает Гарри в конце, приводит к тому, что он не выдаёт себя раньше времени и успешно завершает свою миссию. Круг замкнулся, змея укусила себя за хвост.
А вас в своё время удивило то, что ложь Нарциссы прошла и Волан-де-Морт в неё поверил? Кто ещё в саге, как по-вашему, мог бы успешно поводить Тома Реддла за нос?