Ваня сидел в своей комнате, уставившись в одну точку. Слова отца всё ещё звучали в голове, словно приговор. Он понимал, что сам виноват в случившемся, но мысль о том, что они со Златой больше никогда не встретятся, разрывала его сердце на части. В ту ночь Иван так и не смог нормально поспать, а наступивший день тянулся долго и невыносимо, как холодная макаронина.
Ближе к вечеру Элеонора Никаноровна позвонила Галине Александровне и договорилась о визите ради мирного урегулирования конфликта на территории пострадавшей стороны. Русалке-матери пришлось употребить изрядную долю своего красноречия, чтобы убедить собеседницу в необходимости подобного маневра и от этого Ваня чувствовал себя ещё паршивее. Он знал, как мать ненавидит влиять на мнение людей, с целью изменения ранее принятого ими решения и понимал каких моральных терзаний стоит подобное попрание собственных идеалов. Галина Александровна встретила их настороженно, но после недолгой беседы с родителями Ивана заметно расслабилась. Элеонора Никаноровна умело использовала свои способности, разговорив собеседницу, а её супруг парой доброжелательных фраз поддержал общую атмосферу доверия.
- Извините меня, ради бога, я столько наговорила вам вчера. - Расчувствовалась Галина Александровна: - Мне было так обидно за дочку, а она после того как всё рассказала - совсем замкнулась в себе. А тут... Звонит ваш Ваня и говорит так будто ничего и не произошло. И как будто этого мало, устраивает "представление" под окнами. Такой позор.
Элеонора Никаноровна дотронулась до плеча собеседницы, сочувствующе наклонив голову: - Конечно, мы всё понимаем. Вы были расстроены и раздосадованы. Мы выяснили у него всю подноготную произошедшего и поняли - произошло жестокое недопонимание. Он не хотел обидеть вашу Злату и искренне раскаивается, если словом или делом задел её за живое: - Произнося последнюю фразу она выразительно посмотрела на бледного от стыда и стресса Ваню, сидевшего вместе со взрослыми на кухне.
- Да, скорее всего так и было. Она у меня всегда была впечатлительной, но раньше с ней никогда не случалось ничего подобного: - Подавленно пробормотала Галина Александровна.
- Если позволите, Ваня готов принести Злате свои искренние извинения лично. Он тоже очень расстроен сложившейся ситуацией, не так ли, сын? - Произнёс Алукард Матвеевич, с повелительными нотками в голосе при обращении к Ване. Юный тритон бесцветно и еле слышно прошелестел в ответ: - Да, пожалуйста, разрешите нам поговорить. Мы всё обсудим и ей станет.. Легче..
Зайдя в комнату девушки Ваня ему хватило всего одного взгляда на Злату чтобы в груди всё сжалось. Рыжеволосая девушка сидела на кровати, обхватив колени руками. Её бледное лицо почти лишилось веснушек от недостатка солнечного света, вокруг глаз были мешки от недосыпа и постоянных слёз, а длинные кудри пребывали в полном беспорядке.
— Злата… — позвал Иван, глухим голосом. Увидев парня, девушка словно стряхнула с себя оцепенение и влюблённо заулыбалась.
— Ванечка! Мой любимый! Ты пришёл ко мне!
Она заглядывала ему в глаза с такой надеждой, что юный тритон почувствовал как теряет контроль над ситуацией и с большим трудом сдержался от равноценного ответа.
- Конечно, я пришёл, разве могло быть иначе? Давай присядем и поговорим. Нам очень многое нужно обсудить.
Девушка послушно села обратно, не переставая смотреть на любимого с щенячьим восторгом.
Ваня на плохо гнущихся ногах подошёл к кровати и сел рядом. Он с трепетной осторожностью погладил девушку по волосам и начал аккуратно распутывать замысловатые завитки: - Злат, умоляю, прости. Я такой дурак и причинил тебе боль.
- Да-а-а, ты оставил меня совсем одну-у! - Зашмыгала носом девушка: - Почему ты меня бросил? Это очень жестоко.
Ваня зажмурился, чтобы не поддаться клокочущим чувствам. Парню хотелось утешить всхлипывающую Злату всеми известными ему тёплыми словами и поклясться больше никогда с ней не расставаться. Но долг порядочного тритона и послушного сына требовал от него совсем иных действий и слов.
- Прости меня, Злата, я очень старался всё исправить, но у меня не получилось. Пожалуйста, не плачь: - Ваня с нежностью гладил Злату по голове, пропуская её кудряшки между пальцев.
- Ванечка, я знаю. Ты приходил ко мне. Я слышала, как ты звал меня ночью. Но повидаться с тобой мне не дали. Было так грустно, но сейчас ты со мной: - Девушка мечтательно закрыла глаза, позволяя парню неумело заплетать ей волосы.
- Знаю, солнышко, и я очень рад нашей встрече. Ты такая красавица и умница, у тебя обязательно всё будет хорошо. Только нужно немного отдохнуть. Приляг, а я посижу с тобой, пока ты отдыхаешь.
Собравшись с силами Ваня тихо запел вкладывая в каждое слово частицу своей водоплавающей души.
"Забудь меня,
И счастливо живи
Забудь меня -
Достойней цель найди,
Я накажу себя отказом от любви
Ведь ты из-за меня чуть не достигла дна.
Забудь меня,
Утихнет боль, поверь
Забудь меня,
И станет мир светлей,
А я запомню всё о нас, любимая моя,
Клянусь, что петь не буду больше ни одного дня."
Парню захотелось превратиться в морскую пену раньше срока, только бы не чувствовать всепоглощающей тоски. Злата мирно посапывала у него на коленях с умиротворённым выражением лица. Вокализация сработала идеально. Ваня чувствовал это и сидел в комнате со спящей любимой не в силах покинуть её. Через некоторое время к ним заглянул Алукард Матвеевич и увел его прочь.
На пути домой мама хвалила Ваню за правильный поступок и превосходно исполненную "головомойку". По её словам, ей даже ничего не пришлось доделывать за сыном. Сам же юный тритон слышал родителей словно через стекло. И лишь дома он позволил себе выплеснуть эмоции.
Эпилог (4 года спустя)
Для Ивана подошёл к концу первый учебный год в педагогический институте. Его жизнь спокойно катилась по выбранной колее стремления познать мир людей со всех возможных сторон. Одна из основных причин благодаря которой он выбрал свою первую специальность.
Иван стоял в шумном холле института, рассеянно листая папку с документами. Очередь на распределение практики тянулась мучительно долго, мысли блуждали где‑то далеко. И вдруг — будто электрический разряд пронзил всё тело.
Среди толпы первокурсников, словно солнечный луч в пасмурный день, мелькнули длинные рыжие кудри. Сердце пропустило удар, потом забилось так часто, что застучало в висках. Он невольно сделал шаг вперёд, не веря своим глазам.
«Не может быть…»
Она стояла в окружении ребят, смеялась своим мелодичным смехом, энергично жестикулировала, что‑то объясняя друзьям. Всё та же — лучистая, живая, настоящая. Сердце пропустило удар, не желая верить в такой подарок судьбы.
— Эй, Мартынов, чего застыл? — толкнул его в плечо одногруппник Саша.
— Да я… просто… Кто это? Я её не замечал раньше. — Иван попытался собраться с мыслями.
— Ооо, да это ж Златка Соколова, она не соседнем потоке учится. Классная девчонка. Пойдём познакомлю! — рассмеялся Саша и, не дожидаясь ответа, потащил друга к рыжей девушке.
Внутри у Ивана всё сжалось. - “Познакомить… Как будто мы и правда никогда не встречались. Как будто я не стирал себя из её памяти. И сам не пытался её забыть”
После дежурных приветствий одногруппник указал на Ваню:
— Злат, прошу любить и жаловать – самый весёлый распиздяй всея нашего отсека - Ваня.
— Поручик Мартынов к вашим услугам, сударыня. — с шутливым поклоном представился парень, явственно ощутив потребность поздороваться с кафелем затылком. - Вы сегодня сияете особенно ярко.
Злата улыбнулась, в её глазах промелькнули озорные огоньки:
— Очень рада знакомству, поручик. Надеюсь, ваша бледность продиктована исключительно вчерашними увеселениями? — её голос звучал легко и непринуждённо, а вопрос задан с еле уловимой интонацией обеспокоенности.
— Весь гусарский гарнизон гулял до утра. Вы очень наблюдательны, сударыня.
— Ох, ясно. Вы тоже ждёте назначения впервые или уже бывали на заданиях?
— Ранее не доводилось, но жду с нетерпением. — отшутился Иван, чувствуя, как колотится сердце.
Во время обсуждения распределения выяснилось, что их назначили вожатыми в соседние отряды.
— Какое удивительное совпадение! Кажется, нас отправляют на боевое задание вместе. - Злата притворно вздохнула, - Похоже, вам придётся работать с неопытным товарищем. Вы готовы, поручик?
— С вами я готов, хоть на край света, мой дорогой корнет. - Добродушно улыбнулся Ваня.
Саша, наблюдавший за ними, подмигнул приятелю:
— Вы оба так искромётны, что можно прикуривать. Ладно, я пошёл, не буду мешать.
Ваня со Златой синхронно покраснели, но отрицать сказанное было бессмысленно.
Время летело незаметно. Практика превратилась в череду ярких событий. Ваня и Злата проводили вместе львиную долю свободного время. Много шутили смеялись и обсуждали всё на свете. Ваня расцветал на глазах — стоило ему завидеть рыжую подругу, как мир становился ярче. Но каждый раз, когда он ловил на себе её тёплый взгляд, в груди сжималась болезненная тоска: «Я уже однажды потерял её из‑за своей трусости. Больше этого не повторится. На этот раз — только правда. Никаких чар, никаких манипуляций. Только я — настоящий».
Благодаря их возобновлённому общения после стольких лет он решил облекать свои эмоции в забавные певческие четверостишья. Злате эта его особенность казалась уморительной и милой, поэтому иногда она тоже отвечала ему подобным образом. После каждого такого случая Ваня мог не спать ночами напролёт, размышляя над каждой строкой, которую пропела для него подруга.
Лишь спустя ещё 4 года, на студенческой вечеринке, пребывая "навеселе" он решился на неожиданное откровение.
— Знаешь, Злат, — усмехнулся Ваня, — если так пойдёт и дальше, я ж в тебя влюблюсь. И что тогда? Придётся жить с разбитым сердцем?
Девушка покраснела и, неожиданно для самой себя, привстала на носочки и поцеловала его в щёку.
— Надеюсь, это его склеит, — прошептала она.
Иван замер на мгновение, но быстро стряхнул ненужное волнение и, поддавшись порыву, поцеловал её в ответ.
— Вань, у меня странное чувство… — прошептала она, отрываясь от его губ. — Всё равно что дежавю. Будто мы дружили задолго до института. Похоже, я немного перебрала. . . Извини. Веду себя как дурочка.
Он долго смотрел ей в глаза, прежде чем ответить:
— Вовсе нет. Мы когда-то учились в одной школе. Недолго. Какое-то время. Я не ждал, что ты вспомнишь.
— Вот, чёрт, ты узнал меня с самого начала и ничегошеньки не сказал? Но, почему? — её глаза расширились от удивления.
— Не думал, что встретимся снова. А потом не смог найти правильных слов. Ты уж прости своего верного распиздяя, - Ваня виновато улыбнулся и обнял девушку.
— Вы полны неожиданностей, поручик Мартынов — Злата прижалась к нему, и на этот раз их поцелуй был долгим и настоящим.