- … Надо тряпку уже поменять, - бормотала Зоя себе под нос, усердно оттирая пятно под ванной.
Из коридора послышался голос Ильи:
- Зоя! Ты там что, с аквалангом ныряешь? Почему так долго?
- Иду, Илюш! Через минуту!
Она стянула с влажных рук перчатки, швырнула их в тазик и, хрустнув коленями, встала. Пол под ванной мог подождать. А Илья в последнее время что-то очень нервный.
Она вышла из ванной, вытирая мокрые ладони о штаны.
- Вот! - Илья тыкал ей какой-то бумажкой, - Это что такое?
Зоя нахмурилась, принимая помятый чек.
- Что? Это чек, Илья. Ты чего так орешь?
- Чего я ору?? Три тысячи! Чек на три тысячи!
Зоя взглянула на чек. “Паста с морепродуктами, капучино, салат…”
- Это мы с девочками посидели. Что тут удивительного?
- Посидели? И ты считаешь нормальным тратить три тысячи рублей на “посидели”?
- Стоп, - Зоя кое-что осознала, - Ты рылся в моей сумке?
Но Илью таким не сломить.
- Не переводи тему! Не имеет значения, как я его нашел. Объясни, почему я не в курсе, сколько ты на кафешки тратишь? - обвинительно спрашивал он.
А Зоя не могла понять - с чего ей оправдываться?
- Илья, ты перегрелся? Я не обязана отчитываться тебе за каждую копейку, которую трачу на себя. Это моя зарплата, мне двадцать пять лет. Я сама деньги и получаю, и трачу.
- Твои деньги? Когда мы живем вместе, Зоя? Так-то общие деньги касаются нас двоих. И решениям принимаются сообща.
- Оно касается нас двоих, когда мы покупаем новый диван или планируем отпуск. А когда я пью кофе с девчонками, это касается только меня, - она демонстративно смяла чек и бросила на тумбочку, - Или ты меня подозреваешь в том, что я не с подругами туда ходила?
Илья зачем-то взял чек и разгладил его.
- Да не волнует меня, с кем ты туда ходила, - процедил он, - Меня волнует, почему это обошлось нам в три тысячи? Поесть можно и дома, а в кафе просто чай заказать, если уж неймется куда-то зайти.
- Я что, сейчас оправдываться опять должна? - наступала она, - Так можно и дома особо не готовить, можно купить мешок картошки и варить ее месяц. Но что-то тебе и салатов, и мяса, и колбасы хочется. Я захотела капучино в кафе - я заказала.
Илья отбросил чек.
- Вот это мышление! Вот это абсолютно безответственное, потребительское мышление! Нельзя бездумно тратить деньги, Зоя! Нельзя принимать такие решения, не обсудив со мной!
Зоя резко прервала его монолог. Будто Илье плохо живется! Она его не упрекала, но работу он нашел только в прошлом месяце, до этого она полгода его содержала и ни разу не пикнула по этому поводу. Квартиру ей купил папа. Ездит Илья на ее машине. Еще и лимиты ей какие-то выставляет.
- Я поняла, Илья. Прости, что нарушила твой тщательно спланированный бюджет на мой досуг.
- Зоя! Куда ты? Мы не закончили! Траты надо обсуждать.
Пол домывать!
- То есть, - она натягивала перчатки, - Если я захочу макароны купить в магазине, мне это с тобой надо предварительно обсудить и согласовать? Какую марку? Сколько грамм? А потом мы вместе проведем тендер среди поставщиков?
Он так закатил глаза, что они чуть не сделали полный оборот. Вот начинает Зоя сразу утрировать.
- Это перебор. Я же говорю о крупных тратах.
- И с какой же суммы начинаются эти крупные траты? - спросила она.
- Смотря на что, - тут же задумался Илья, - Если идешь в кафе, то, наверное, сумма значения не имеет, тут надо думать, есть ли смысл вообще тратить деньги на кафе… А в магазине. Опять же, смотря на что. Если это нам не так-то и нужно, то…
- В общем, - подытожила за него Зоя, - Ты хочешь, чтобы я согласовывала покупку макарон!
- Ну, в целом… да. Не прям каждую пачку, но чтобы я понимал, куда уходят наши деньги.
Зоя молча взяла тряпку и с удвоенной яростью принялась за угол, куда не дотянулась в первый раз. Кстати, это и от злости помогало.
Такие странности в поведении у Ильи начались, наверное, месяца три назад. Еще когда он даже работу не нашел. Сначала это были тихие замечания о том, что она слишком часто заряжает ноут. Потом - о том, что она оставляет свет в комнате включенным. Потом - о том, что она льет слишком много воды в душе.
Или Зоя раньше просто не замечала, насколько он прижимистый? Или, как она сразу подумала, это отсутствие работы сделало из него параноика? Страшно же, когда нет личных денег, на всем хочется сэкономить. Но на работу Илья вышел, а экономия из их жизни не ушла.
Наступила суббота. Зоя решила устроить себе банный день. Купила пену для ванны, соль, притащила туда подставку для ноутбука, скачала фильм, даже ароматические палочки в шкафу нашла.
Спустя минут двадцать “отмокания” в ванной, кто-то начал крутиться под дверью.
Тук-тук-тук!
- Зоя! Ты там скоро?
Зоя поставила остановила фильм.
- Илюша, да только вода набралась нормально!
Тук-тук-тук! Куда агрессивнее.
- Набралась? А почему я слышу, что вода все еще течет?
- Потому что я хочу добавить горячей!
- Так сколько можно ее лить-то?
Она решила дать себе еще хотя бы десять минут, но через пять минут Илья уже в истерику впал.
- Зоя! Хватит! Ты понимаешь, сколько воды уходит? Это не бесплатно! Открывай!
Расслабилась, называется.
Она быстро сполоснулась, завернулась в большое полотенце и, распахнув дверь, вышла в коридор, где Илья уже стоял с калькулятором.
- Илья, - ругаться через дверь было неудобно, поэтому она решила выйти, - Давай я сама буду решать, сколько я могу потратить воды на себя.
Но он уже все решил.
- Малыш, ты не понимаешь. Деньги-то мы не печатаем! Тут свет не выключила, тут воду льешь, там рис купила подороже - а потом удивляемся, почему ни на что не удается накопить?
- А на что ты копишь? - спросила она, - Ты мне скажи честно… Тебе денег не хватает?
- Может, я себе тоже машину хочу? - выдал он.
- Ну копи.
- Так, если копить, то вместе, а то я коплю, а ты свои тратить будешь? Это как тогда?
Зоя не скрывала, что финансовых проблем у нее в семье никогда не было. Если она родилась уж не с золотой ложкой во рту, то с серебряной так точно. Но она и для Ильи денег не жалела. А он на нее пожалел?
- Я никогда ничего лишнего у тебя не просила, - сказала она, - Когда ты потерял работу, я задавала какие-то вопросы? Я торопила тебя? Я не просила тебя покупать мне что-то. Наоборот. Мы живем в квартире, которую мне подарил папа. Мы ездим на моей машине. И уж можно я потрачу на себя столько воды, сколько хочу??
Илья опустил глаза. Тут он проигрывал. Он знал, что его финансовая зависимость от нее - это его самое уязвимое место.
- Можно, конечно… Я же тебя не ограничиваю… Хотелось бы, конечно, накопить на что-то наше. Что-то, что будет и моим тоже. И если мы сейчас будем тратить… Но я тебя не ограничиваю!
- Хорошо, Илья. Хорошо. Я тебя поняла. Постараемся копить.
Но очень буквально уж он воспринял ее согласие. В расходах они ужались. Сильно. Купить хлеб? Илья должен знать, какой именно хлеб. Пойти в кино? Это излишество, по ноутбуку фильмы точно такие же. Ее друзья перестали звать ее в кафе, потому что ей каждые пять минут названивает Илья и контролирует, не заказала ли она лишнего. Уж про подарки Зоя вообще молчала…
Как-то раз она купила себе новый, красивый блокнот для заметок. Спрятала, но Илья нашел его, когда искал запасные батарейки.
- Что это?
- Блокнот, - ответила она.
- Я вижу, что это блокнот! - не оценил он шутку, - Зачем такой дорогой? Купила бы обычную тетрадку - листы такие же, а стоит в 10 раз дешевле.
Они снова поругались. Финал был всегда один: Зоя уходила в свою комнату, а Илья, пару часов походив с недовольным лицом, приходил с извинениями, обещая быть более понимающим. И Зоя прощала, потому что не знала, как жить без него, несмотря на то, что жить с ним становилось невыносимо.
В воскресенье к ним заехал отец Зои, Антон Павлович. Он не любил Илью. Не то чтобы открыто, но его прохладная отстраненность говорила больше, чем открытый конфликт.
Антон Павлович зашел на полчаса, просто проверить, как они живут.
- Что-то мне не по себе, - пробормотал он, когда дело близилось к вечеру, - Жарко как-то стало…
Зоя, мгновенно перейдя в режим “заботливая дочь”, подскочила.
- Пап, ты в порядке?
Температура.
- В порядке, - ответил он.
- Надо тебя домой отвезти, - сказала Зоя, помогая ему подняться.
- Но моя машина…
- Забудь про машину, - отрезала Зоя, - Я отвезу. Ты не должен сейчас садиться за руль.
Обернулась Зоя за час. Отвезла отца, там ехать было всего-ничего, пятнадцать минут, поставила чайник, дала ему лекарства, потом на обратном пути еще купила булочек со сгущенкой, зная, что Илья будет ворчать, мол, даже поесть спокойно не вышло.
Илья ворчал, но не по этому поводу.
- Зой, надеюсь, твой папа оплатит бензин.
У нее челюсть отвисла.
- Бензин? Ты хочешь, чтобы я взяла с отца, который мне эту машину и купил, деньги за бензин?
- Что тут такого? Это наша машина, а не такси. Время потрачено, бензин потрачен. Денег у него навалом. Что, трудно заплатить?
Тут-то она и осознала в полной мере, с каким крохобором живет.