Введение
В истории русской литературы есть книги, которые ценны не столько своей художественной зрелостью, сколько той искренней верой, которая в них заключена. «Страна багровых туч» братьев Стругацких — именно такое произведение. Сегодня, во времена постмодернистской иронии и цинизма, эта повесть может показаться читателю наивной, излишне пафосной и «гладкой», как отмечают некоторые современные рецензенты . Но в этой наивности кроется не слабость, а удивительная сила — слепок целой эпохи, когда вера в технический прогресс и светлое будущее была не пропагандой, а искренним мировоззрением миллионов.
История создания: на заре пути
Повесть, ставшая дебютом для Аркадия и Бориса Стругацких, имеет долгую историю. Замысел возник у Аркадия еще в 1952–1954 годах во время службы на Камчатке, а основной текст создавался в 1956–1957 годах . Это важно, так как 1957 год — это не просто дата на календаре, это год запуска первого спутника, время небывалого научного оптимизма. В 1959 году книга вышла в издательстве «Детгиз» и сразу получила признание: третью премию на конкурсе лучшей книги о науке и технике для школьников (первую тогда получил Иван Ефремов с «Туманностью Андромеды») .
Интересно, что сами авторы невысоко оценивали достоинства своего первого «взрослого» детища. Возможно, именно эта самокритичность позволила им вырасти до «Трудно быть богом» или «Пикника на обочине». Однако «Страна багровых туч» стала фундаментом, на котором строился весь «Мир Полудня». Именно здесь впервые появились герои, ставшие сквозными для многих последующих произведений: Алексей Быков, Владимир Юрковский, Григорий Дауге, Михаил Крутиков .
Сюжет как отражение веры в прогресс
Сюжет повести прост, но монументален. Действие происходит в конце XX века (в черновиках фигурировал 1985 год). Советские космонавты на фотонном планетолете «Хиус-2» отправляются к Венере. Их цель — достичь «Урановой Голконды», уникального месторождения радиоактивных руд, где даже в почве идут самопроизвольные цепные реакции .
Это классический «производственный» роман в декорациях космоса. Герои — не супермены, а инженеры, геологи, пилоты. Как точно подмечено в одной из рецензий, «людьми двигала не жажда наживы, но желание внести свой вклад в общее дело» . В мире повести нет внутренних врагов, нет предателей. Главный антагонист — сама природа: ядовитая атмосфера Венеры, агрессивная микрофлора, тектоническая активность. Эта замена человека на стихию в качестве противника — характернейшая черта оптимистичной фантастики того времени.
Наивность техническая и идеологическая
Современный читатель неизбежно улыбнется, читая описания «клавишных пультов управления» или пленочных кинокамер на Венере . Сегодняшняя техническая оснащенность превосходит фантазии середины XX века. Но эта техническая наивность — лишь внешний слой.
Гораздо глубже — наивность идеологическая. Организатор экспедиции Краюхин просит командира Ермакова быть осторожным не столько ради жизней экипажа, сколько ради сохранения программы фотонных ракет: если экспедиция погибнет, программу свернут . Это шокирует современного человека, привыкшего к постулату «человеческая жизнь превыше всего». Но для того времени подобная мотивация была нормой: личное отступало перед общечеловеческим, перед будущим.
Литературный критик Константин Мильчин назвал эту книгу «катехизисом камикадзе, но нашего, правильного советского камикадзе, который готовит себя к тому, чтобы умереть за общее благо» . В этом определении есть доля правды, хотя оно и излишне жестко. Герои Стругацких действительно постоянно балансируют на грани жизни и смерти, но их подвиг лишен религиозного фанатизма — это осознанный долг.
«Наивность» как литературный прием
Почему же эта наивность не отталкивает, а, напротив, притягивает читателя даже спустя десятилетия? Ответ дает одна из читательниц: «По завершению чтения в душе появляется… некое свечение, желание верить в будущее» .
В «Стране багровых туч» нет мрачных лабиринтов подсознания, которые так мастерски изобразят Стругацкие позже, нет сложных моральных дилемм «Града обреченного». Здесь все предельно ясно: есть цель, есть препятствия, есть мужество. Этот мир, возможно, утопичен, но он дает ощущение опоры. В нем четко сформулирована мысль, ставшая лейтмотивом творчества авторов: «Вообще назначение человека — превращать любое место, куда ступит его нога, в цветущий сад» .
Эта вера в созидательную силу человека и делает повесть живой. Даже сквозь призму цензурных правок (известно, что текст подвергался редактуре, а его «каноническая» версия восстанавливалась энтузиастами только в 90-х) пробивается главное — романтика познания.
Заключение: первая ступень
«Страна багровых туч» — это не просто первая книга знаменитых фантастов. Это своего рода «нулевой километр» их творческого пути. Да, в ней можно найти недостатки: некоторую схематичность персонажей (кроме, пожалуй, Алексея Быкова), излишние, как отмечал критик Е. Каплан, «цитаты из астрономических справочников» . Да, она проигрывает в психологической глубине более поздним вещам.
Но именно здесь, среди багровых туч Венеры, братья Стругацкие обрели свой голос — голос гуманистов, верящих в Человека. Наивность этой повести — это не отсутствие таланта, это отражение времени, когда человечество только начинало выходить за пределы земной колыбели. Для поклонников научной фантастики эта книга остается классикой, а для вдумчивого читателя — возможностью вспомнить, какими были мечты до того, как они превратились в чертежи и будни космических полетов.
«Быков улетел, но обещал вернуться» — эта фраза из той же эпохи как нельзя лучше характеризует финал и настроение книги. Герои возвращаются, чтобы продолжить путь. Так и братья Стругацкие после этой повести отправились в большое плавание, унося с собой наивную и светлую веру в будущее, которая никогда не была лишней.