Саре Бертон давно не нужно ничего доказывать. Сначала в Alexander McQueen, где она годами работала рядом с Ли Маккуином, затем уже как самостоятельный автор. Ее уход оттуда переживали почти как личную потерю, а приход в Givenchy встретили с редким для индустрии единодушием.
Первые два сезона она работала аккуратно: смотрела, как устроено ателье, где проходит граница между кодом Givenchy и ее собственным языком.
Сейчас эта дистанция исчезла. Бертон не придумывает абстрактную женщину. Здесь нет одного образа Givenchy — есть несколько.
Она сама формулирует это просто: каждая женщина — отдельный человек, каждый силуэт — отдельный характер.
Отсюда и структура показа. Костюмы идут рядом с бельевыми платьями, строгая полоска соседствует с леопардом, на подиуме — не только модели, но и люди вне индустрии, писатели, художницы.
Год назад все держалось на силуэте «песочные часы». Здесь он смягчается и расходится в разные стороны. Появляется больше тейлоринга: почти мужские костюмы в тонкую полоску, силуэты с выраженной линией бедра, точные смокинги, вечерние пальто.
И параллельно — другая линия: драпировки, бархат, шелк, кружево. Красный бархатный топ с открытой спиной и широкие брюки. Черное платье без рукавов, расшитое маками, с длинной шелковой бахромой, уходящей почти в пол. Пальто из шерсти с леопардовым рисунком, доведенным до почти живописной поверхности.
Все это существует рядом: внутри коллекции нет одного заданного образа — скорее несколько состояний, в которых можно себя представить.
Красное трикотажное платье с высоким горлом выглядит почти монолитно, рядом — прозрачное кружево, превращенное в легкий объем. Дальше силуэт меняется: короткое черное платье с плотным скульптурным подолом, тяжелая драпировка, уводящая линию в сторону, и в финале — топ, собранный из камней.
Повязки на голове выглядят как тюрбаны, но на самом деле это шелковые футболки, закрученные и зафиксированные вручную — работа Стивена Джонса, который много лет делает головные уборы для парижских домов. Ткань не укладывают, а скручивают, оставляя мягкие складки и легкую асимметрию, поэтому каждая форма чуть отличается.
Есть вещи, которые считываются не сразу. Ткань короткого платья с открытыми плечами отсылает к архивам Givenchy времен Ли Маккуина — плотный жаккард с архивным, почти гобеленовым рисунком. Маленькая деталь внутри большого показа, но с точной памятью.
Как вам Givenchy в этот раз — откликается или оставляет дистанцию?
Пишите, буду читать.
И если было интересно — сердечко и подписка не потеряются.
photo credit: Vogue.com
мода, стиль, сумки, украшения, тренды