В 80-е годы московские дворы жили по строгому расписанию: школа, продленка, хоккейная коробка или казаки-разбойники до темноты. В типовых многоэтажках на окраинах жизнь текла предсказуемо, и мало кто ожидал встретить соседа, который в два года не просто рассматривает картинки, а осознанно читает газетные заголовки. Савелий Косенко рос в семье учителей, где книги всегда были частью интерьера. Его мама, работавшая с первыми ЭВМ и знавшая математику изнутри, быстро заметила, что сын видит в цифрах не скучные знаки, а живую логику. В три года мальчик уже щелкал в уме примеры с тысячами, пока его сверстники только учились завязывать шнурки.
Когда в 1987 году Савелий впервые сел за компьютер, это не было похоже на детское любопытство. В семь лет он воспринимал программирование как естественный язык общения с миром. Никаких репетиторов или платных курсов у него не было. Он просто открывал руководство, смотрел на экран и начинал писать код, будто всегда знал, как это делается. Родители понимали, что обычная начальная школа с прописями и палочками станет для него клеткой. Поэтому вместо первого класса Савелия привели сразу на экзамены за начальную школу. В итоге семилетний ребенок оказался за одной партой с тринадцатилетними подростками в шестом классе.
Эксперимент с ранним взрослением обернулся кошмаром. В школьных коридорах разница в возрасте превратилась в пропасть. Для шестиклассников он был странным малым, который мешал им чувствовать себя хозяевами положения. Его задирали, толкали на переменах, проверяли на прочность. Учителя тоже не горели желанием дружить с вундеркиндом. Многих раздражало, что ребенок может поправить педагога или решить задачу быстрее, чем тот успеет дописать условие на доске. Чтобы скрыть собственную неуверенность, взрослые порой сами провоцировали травлю, делая мальчика мишенью для насмешек. Родители вовремя почувствовали, что сын ломается, и просто забрали его из школы. Несколько лет он учился дома, один на один с книгами.
К десяти годам Савелий поглощал классику целыми шкафами. Пушкин, Гоголь, зарубежные романы пролетали за считаные дни. Но в какой-то момент наступило перенасыщение. Тяжелые тома Достоевского и Толстого с их бесконечным самокопанием начали вызывать глухое раздражение. После тринадцати лет он практически перестал читать художественную литературу ради удовольствия. Мир цифр и алгоритмов казался ему гораздо чище. В программировании не было фальши и лишних эмоций, только четкие причинно-следственные связи.
В 1991 году имя Косенко прогремело на всю страну. Одиннадцатилетний подросток стал студентом МГТУ имени Баумана. Пресса в те годы обожала сенсации и не особо заботилась о фактах. Журналисты выдумывали истории о написанных им учебниках по физике и рекордах Гиннесса, хотя сам Савелий просто хотел заниматься наукой там, где его перестанут бить за высокий IQ. В Бауманке он наконец нашел своих. Студенты постарше относились к нему без злобы, видели в нем равного по разуму. Это была нормальная среда, где ценили мозги, а не умение махать кулаками. В шестнадцать лет он вышел из стен вуза с дипломом инженера.
90-е в России были временем смутным. Савелий понимал, что молодому инженеру с такой биографией будет сложно вписаться в новую реальность. Перспектива пойти в армию или пытаться выжить на гроши в полупустых НИИ его не вдохновляла. В 1996 году семья решила перебраться в Канаду. Монреаль встретил их спокойствием и анонимностью. Там Савелий стал просто одним из многих иммигрантов, а не "чудо-ребенком" из телевизора. Это дало ему возможность выдохнуть и начать строить жизнь с чистого листа, без оглядки на прошлые заслуги.
В Канаде он быстро нашел применение своим талантам в бизнесе. Интернет-маркетинг тогда только зарождался, и умение Савелия анализировать большие потоки данных оказалось очень кстати. Он создал несколько успешных компаний, научился управлять людьми и выстраивать стратегии. Сейчас ему сорок пять, и он выглядит как обычный успешный предприниматель. У него трое детей, но дома вы не увидите учебников по сопромату для дошкольников. Савелий сознательно оградил своих сыновей и дочь от гонки за результатами.
Его дети ходят в обычную школу, играют в футбол, занимаются музыкой и радуются простым вещам. Савелий уверен, что нельзя воровать у человека детство ради красивых заголовков. Он на своем опыте узнал, что мозг может обогнать время, но психика все равно требует положенных этапов созревания. Сейчас он почти не общается с прессой и не ездит в Москву. Школьные годы оставили слишком глубокие шрамы, чтобы ворошить их ради любопытства публики.
Глядя на истории других вундеркиндов, которые часто заканчивались печально, Савелий радуется своей тихой жизни. Он смог перерасти титул гения и стать просто счастливым человеком. В его агентствах кипит работа, он постоянно на связи с клиентами, но вечером телефон отправляется в сторону. Для него важнее обсудить с детьми, как прошел их день, чем доказывать кому-то свою исключительность. Он прошел свой путь и сделал главный вывод: умение радоваться жизни стоит гораздо дороже, чем любой диплом, полученный раньше срока.