Маргарита навалилась плечом на входную дверь. Замок щелкнул, но створка открылась только на десять сантиметров и уперлась во что-то глухое и тяжелое.
Снизу потянуло запахом пыльного гофрированного картона. Маргарита протиснулась в щель, задев локтем дверную ручку. В прихожей было темно. Прямо на проходе стояла башня из трех гигантских коробок из-под телевизоров, замотанных коричневым скотчем.
Из кухни вышел Антон. На нем была серая футболка с мокрыми пятнами подмышками. Он тяжело дышал.
— Осторожно, не задень, там стекло, — сказал Антон вместо приветствия и вытер руки о джинсы.
Маргарита молча смотрела на коробки. Они занимали все пространство до шкафа-купе. На одной из них лежал свернутый рулоном старый ковер.
Из-за спины Антона появилась Галина Николаевна. Она была в домашних брюках и вязаных носках.
— Маргарита, мы тут немного не рассчитали с габаритами, — Галина Николаевна улыбнулась, поправляя волосы. — Грузчики попались бестолковые, поставили все прямо на проходе. Но мы сейчас разберем.
Маргарита прошла в комнату, боком протискиваясь между картонными стенами. В ее однокомнатной квартире стояло пятнадцать коробок. Они были везде: на диване, возле балконной двери, вокруг обеденного стола. В воздухе висела пыль. На спинке стула висело отпаренное свадебное платье в прозрачном чехле. Нижний край чехла зажало между двумя коробками с надписью «Посуда. Хрупкое».
— Что происходит? — спросила Маргарита. Голос прозвучал хрипло. Она весь день решала проблемы с банкетным меню. До росписи оставалось четырнадцать часов.
— Как что? Переезд, — Галина Николаевна подошла к окну и потрогала батарею. — Сразу после ЗАГСа я здесь хозяйка! Ну, полноправный член семьи, я имею в виду. Чего тянуть? Завтра суматоха, ресторан, гости. А у меня уже квартиранты ключи от моей забрали.
Маргарита перевела взгляд на Антона. Он отвел глаза и начал ковырять край скотча на ближайшей коробке.
— Антон. Мы договаривались, что твоя мама переедет через месяц. С двумя чемоданами. Пока мы не найдем вариант с ипотекой.
— Маргарита, какая разница? — Антон поднял голову. В его голосе появились нотки раздражения. — Ну сдали квартиру раньше. Ну привезли вещи. Мы же одна семья. Зачем эти формальности?
— Формальности? — Маргарита указала рукой на завалы. — У нас завтра свадьба. В этой квартире сейчас невозможно даже пройти в туалет, не споткнувшись о чей-то ковер. Где мы будем спать сегодня?
— Я на кухне лягу, на раскладушке, — быстро ответила Галина Николаевна. — А вы на диване. Завтра распишемся, гости разойдутся, и мы потихоньку начнем разбирать вещи. Я вон те коробки с книгами думаю на балкон выставить, а сервизы в твой шкаф уберем, я там видела свободную полку.
Маргарита смотрела на женщину, которая деловито планировала расстановку своих чашек в ее шкафу. Квартира, которую Маргарита купила сама, выплачивая кредит четыре года, вдруг перестала ей принадлежать.
Она посмотрела на жениха. Антон переминался с ноги на ногу. Он не выглядел смущенным. Он ждал, когда Маргарита успокоится и перестанет устраивать драму из-за пустяков.
— Выносите это, — сказала Маргарита.
— Куда? — не понял Антон.
— На улицу. На лестничную клетку. Куда угодно. Завтра моей свадьбы не будет, если эти коробки останутся здесь.
Галина Николаевна только охнула от неожиданности.
— Антон! Ты слышишь? Она меня на улицу выгоняет! С вещами! На ночь глядя!
Антон шагнул к Маргарите. Он так разозлился, что даже потемнел в лице.
— Ты в своем уме? Куда мы это потащим? Время десять вечера! Мама устала, ей совсем плохо стало. Ты из-за своего эгоизма готова родного человека на улицу вышвырнуть?
— Она мне не мать, — ровно сказала Маргарита. — Это моя квартира.
— Ах, твоя квартира! — сорвался на крик Антон. — Попрекаешь? Мы еще не расписались, а ты уже метры делишь? Если ты так относишься к моей семье, то пошла ты к черту со своей квартирой!
Маргарита ждала, что он сейчас развернется, возьмет мать и уйдет. Но Антон просто тяжело опустился на стул на кухне и отвернулся к окну. Галина Николаевна села на коробку в коридоре и начала громко, с надрывом плакать, приговаривая, что не заслужила такого отношения на старости лет.
Они не собирались уходить. Они взяли ее территорию измором.
Маргарита прошла к шкафу. Вытянула из-под картонного завала чехол со свадебным платьем. Ткань на подоле помялась. Она бросила платье на диван, достала с верхней полки спортивную сумку и начала скидывать туда личные вещи, косметичку, ноутбук и зарядку.
— Маргарита, ты куда собралась? — голос Антона дрогнул, когда он увидел сумку. — Прекрати истерику. Завтра гости приедут в ЗАГС.
Маргарита застегнула молнию.
— Гостям позвонишь сам.
Она обулась, перешагнула через рулон ковра и вышла на лестничную клетку. Дверь захлопнулась с тяжелым грохотом.
На улице было сыро. Маргарита вызвала такси до квартиры Валерии. В машине она достала телефон. Нужно было написать координатору, отменить фотографа, предупредить стилиста. Каждое сообщение давалось тяжело, пальцы не попадали по буквам.
Валерия открыла дверь в пижаме. Увидела Маргариту с сумкой и молча отошла в сторону, пропуская ее в коридор.
Ночью Маргарита не спала. Телефон вибрировал каждые десять минут. Звонил Антон. Звонила Галина Николаевна. Приходили сообщения от родственников Антона с вопросами и обвинениями. В три часа ночи пришло длинное сообщение от Антона: «Мы не уедем. Маме некуда идти. Квартира сдана. Завтра жду тебя у ЗАГСа в 11:00. Не ломай нам жизнь из-за своей гордыни».
Утром Маргарита не поехала в ЗАГС. Она поехала к участковому.
Процесс выселения занял три дня. Антон отказывался открывать дверь, ссылаясь на то, что Маргарита сама ушла. Пришлось вызывать специалиста и вскрывать замки в присутствии полиции.
Когда дверь поддалась, Маргарита вошла внутрь. За три дня квартира пропахла чужой едой и чем-то аптечным. Коробки были частично разобраны. На ее диване лежали чужие простыни и подушки.
Антон стоял посреди комнаты в мятой рубашке. Галина Николаевна сидела на кухне с медицинским прибором на столе.
— Собирайте вещи, — сказал участковый Антону. — Собственница требует освободить помещение.
Антон смотрел на Маргариту исподлобья.
— У тебя с головой не в порядке. Из-за каких-то коробок все разрушила.
— Да, — ответила Маргарита. — Собирайте вещи.
Грузчики выносили коробки еще медленнее, чем заносили. Маргарита стояла на площадке и следила, чтобы не задели стены. Галина Николаевна выходила последней. Она остановилась возле Маргариты, поправила сумку на плече.
— Останешься одна в своих стенах, — сказала она тихо.
— Обязательно, — кивнула Маргарита.
Она зашла в квартиру. Слесарь уже менял личинку замка. На полу валялись обрывки коричневого скотча. Маргарита открыла окно настежь, пуская в комнату сквозняк. Затем взяла веник и начала методично сметать сор в совок.
Гораздо проще вымести из квартиры картон и пыль, чем человека, который считает, что имеет право распоряжаться твоей жизнью.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!