Я открыла дверь своим ключом, стараясь не шуметь. Хотела сделать сюрприз — Никита думал, что я буду у мамы в области до вечера, а я освободилась раньше. В прихожей сразу бросились в глаза чужие туфли. Красные лодочки Инны. Странно, мы не договаривались о встрече, и ключей у нее не было.
Из спальни выскочила Инна. Она была в моем махровом халате, наспех запахнутом, волосы растрепаны. Увидев меня, она замерла, вцепившись пальцами в воротник. Лицо у нее пошло красными пятнами.
– Катя? А ты... ты как здесь? – голос у нее дрогнул, она начала пятиться назад, загораживая собой проем двери. – Мы... я просто зашла цветы полить, как ты просила. И вот, душ решила принять, жарко так...
Она несла этот бред, а сама глазами косила вглубь комнаты. Я молча поставила пакет с апельсинами на тумбочку. Внутри всё похолодело. Цветочные горшки стояли в большой комнате, а Инна вылетела из нашей спальни. В моем халате.
– Инна, уйди с дороги, – тихо сказала я.
Она не двигалась, просто вросла в пол, не зная, что врать дальше. И тут из спальни, не подозревая, что я вернулась, крикнул Никита:
– Инка, ну ты долго там? Иди ко мне, брось ты этот телефон!
Я отодвинула Инну плечом и зашла в комнату. Никита лежал на нашей кровати, закинув руки за голову. Увидев меня, он не вскочил, не начал оправдываться. Просто медленно сел и потянулся за футболкой, которая валялась на полу.
– Ну вот и встретились, – глухо сказал он. – Кать, давай без истерик. Мы с Инной любим друг друга. Полгода уже. Я хотел сказать, но момента не было подходящего.
Я смотрела на них и не узнавала. Инна – моя лучшая подруга со школы. Мы вместе через всё прошли: экзамены, первые свидания, безденежье. Я ей доверяла больше, чем себе. Никита – мой муж, с которым мы пять лет по крупицам собирали на эту квартиру, отказывая себе во всем.
– Полгода? – я перевела взгляд на Инну. – Пока я пахала на двух работах, чтобы мы ипотеку быстрее закрыли, ты тут в моем халате «цветы поливала»?
– Кать, ну ты сама виновата, – Инна вдруг перешла в наступление, почувствовав поддержку Никиты. – Ты же вся в проектах, в чертежах своих. Никите нужно тепло, уют, нормальная еда. А ты придешь, уткнешься в монитор и молчишь. Я просто дала ему то, чего не давала ты.
Я слушала её и понимала: спорить бесполезно. В их мире я была лишь удобным дополнением к квартире, которое вовремя платит взносы и не мешает им «любить».
– Знаешь, Инна, – я подошла к тумбочке и достала из сумки вторую связку ключей. – Забирай. И его забирай, и квартиру и ипотеку, сам пусть оплачивает, на него она оформлена, раз вы такие счастливые. Мне здесь больше делать нечего.
– В смысле? – Никита хмурился. – Куда ты пойдешь?
– К маме. А завтра заберу вещи, пока вас не будет. Ключи оставлю в почтовом ящике.
Я вышла из квартиры, не оборачиваясь. В ушах всё еще стоял голос Никиты, который что-то кричал мне вслед про раздел имущества. Но мне было плевать. В тот момент я чувствовала только одно: мне нечем дышать в этом городе.
Она не знала, что уйти будет так просто
Первую неделю я жила у сестры. Она порывалась поехать и высказать Инке всё, что думает, но я не давала. Смысл? Грязь к грязи липнет. Я сидела на кухне, тупо глядя в одну точку. В тридцать лет остаться без мужа, без лучшей подруги и без собственного жилья – то еще удовольствие.
– Слушай, Кать, – сестра подсела рядом и пододвинула мне тарелку с супом. – У меня знакомая в Калининграде живет, у них там в бюро дизайнер нужен. Ты же профи, у тебя такие проекты в портфолио. Может, уедешь? Здесь тебя каждый угол будет колоть.
Я посмотрела на телефон. Там было сорок пропущенных от Никиты. Наверное, банк прислал уведомление о платеже, и он понял, что его зарплаты на всё не хватит.
– А давай, – сказала я. – Прямо завтра и полечу.
Вещи я свои собрала быстро. Никиты и Инны не было. Везде валялись фантики, на столе стояла грязная посуда. Инна никогда не любила убирать, это я знала.
Я забрала только свой ноутбук, папку с чертежами и чемодан с одеждой. В аэропорту, когда объявили мой рейс, я почувствовала странную легкость. Будто тяжелый мешок, который я тащила на спине пять лет, наконец развязался и упал.
Новый город встретил меня запахом моря и ветра
Калининград был совсем другим. Узкие улицы, старые дома, везде этот соленый воздух. Я сняла крошечную студию в старом доме. Скрипучие полы, высокие потолки и огромное окно, в которое по утрам заглядывала ветка старой липы.
На работу меня взяли сразу. Шеф, суровый мужчина с седыми волосами, посмотрел мои чертежи и просто сказал: «Выходи в понедельник. Нам нужны такие дизайнеры».
Я ушла в работу. Сидела в офисе допоздна, чтобы не возвращаться в пустую квартиру. Мне нужно было забить голову чем угодно, только бы не вспоминать, как Инна смеялась в моей прихожей.
Через пару недель в моей квартире потек кран. Старый дом – старые трубы. Вода хлестала так, что я не знала, за что хвататься. Перекрыла вентиль. Я выскочила в подъезд и начала стучать к соседу снизу.
Дверь открыл мужчина в домашней футболке, с книгой в руке.
– Что случилось? – спросил он, спокойно глядя на мои мокрые босые ноги.
– Извините, я... там кран сорвало, я не знаю, что делать, – я почти сорвалась на крик. – Я все оплачу, только помогите остановить воду!
– Без паники, – он отложил книгу. – Я Денис. Показывайте, где ваше бедствие.
Денис оказался человеком дела. За полчаса он починил этот кран, помог мне собрать воду и даже не ворчал по поводу мокрого потолка у себя.
– Бывает, – улыбнулся он. – Зато познакомились. Вы ведь недавно переехали? Я вас раньше в нашем подъезде не видел.
– Две недели назад, – ответила я, вытирая лицо полотенцем. – Сбежала из другого города.
– От проблем не убежишь, – заметил он, – но здесь они как-то быстрее забываются. Чай будете? У меня есть облепиховый, сам заваривал.
Мы просидели на его кухне до полуночи. Денис работал реставратором, восстанавливал старую мебель. Он рассказывал о дереве так, будто это были живые существа. С ним было просто. Никакой фальши, никакого желания казаться лучше.
Спустя год я почти не вспоминала ту прошлую жизнь
Моя жизнь в Калининграде наладилась. Я стала ведущим дизайнером, купила небольшую машину, начала ходить под парусом с Денисом по выходным. Мы стали не просто соседями. С ним я чувствовала себя... спокойно. Это когда не надо проверять телефон и гадать, где он и с кем. Ты просто знаешь, что он рядом.
И вот, в одну из суббот, когда мы с Денисом собирались в кино, зазвонил телефон. Номер был незнакомый, но код города – мой, старый.
– Алло? – ответила я.
– Катя... это я, – в трубке послышались всхлипы. Инна.
Я замерла. Денис вопросительно посмотрел на меня, я махнула рукой – всё нормально.
– Что случилось, Инна? – спросила я спокойным голосом.
– Кать, он... он такой к.зел! – Инна буквально завыла. – Никита потерял работу три месяца назад. С дивана не встает, танки эти свои гоняет целыми днями. Квартиру пришлось выставить на продажу, потому что платить нечем. А вчера... вчера я нашла у него переписку с какой-то бабой из его игры. Он ей пишет то же самое, что мне тогда! Что я его не понимаю, что я вечно пилю... Кать, мне так плохо, мне даже на аренду комнаты теперь не хватает...
Я слушала её и не чувствовала ни радости, ни злости. Было только легкое удивление – неужели я когда-то считала ее близкой? И неужели я из-за этого Никиты не хотела жить?
– Инна, послушай меня, – перебила я ее. – Помнишь, я тебе сказала? Это жизнь. Теперь это твои проблемы. Ты хотела этого мужчину – ты его получила. Вместе с его враньем. Живи теперь с этим.
– Кать, ну мы же столько лет дружили... Ты всегда помогала...
– Мы были подругами, пока ты не решила, что мой муж – это общая собственность. Больше не звони мне.
Я нажала отбой и заблокировала номер.
– Кто это был? – спросил Денис, закрывая окно.
– Призрак из прошлой жизни, – улыбнулась я. – Напомнил, почему я здесь.
Мы вышли из дома. Вечерний город сиял огнями, пахло морем и липой. Денис взял меня за руку, и я почувствовала, что по-настоящему счастлива. Если бы тогда, год назад, не вернулась раньше домой, я бы до сих пор жила в том сером городе, тянула на себе ипотеку и человека, который меня никогда не любил.
Предательство Инны оказалось самым ценным подарком. Она просто вынесла мусор из моей жизни, чтобы освободить место для чего-то настоящего.
– О чем задумалась? – спросил Денис.
– О том, что иногда нужно всё потерять, чтобы что-то изменить в жизни, – ответила я. – Поехали, а то на фильм опоздаем.