Говорят, если бы не она, давно бы спился. Или повторил судьбу Кельми, которого в девяностые носили по кухням. Или, как Осин, закончил бы жизнь где-нибудь в провинциальной забегаловке, доживая остатки славы. В общем, вариантов было много, и все — печальные.
Он тогда находился на распутье. За спиной — два брака, двое детей, работа в чужих коллективах, невнятные перспективы. И вдруг появляется она. Выпускница медицинского института, с холодным взглядом и железной хваткой. И всё, что было раньше, начинает стремительно меняться. Даже фамилию он сменил — с простого Выгузова на звучный псевдоним Малинин. Как рукой сняло.
Старые друзья до сих пор морщатся, когда слышат эту фамилию. «Подкаблучник, — шепчутся за спиной. — Как женился, так и пропал человек. Был свой в доску, а стал... сами знаете». Но если посмотреть со стороны, может, это и к лучшему? Потому что с тех пор прошло больше тридцати лет, а Александр Малинин до сих пор на сцене, до сих пор собирает залы. И живёт, скажем так, совсем не бедно.
Кто же эта женщина, которая, по выражению поклонников, стала для певца не просто женой, а той самой «шеей», которая крутит головой? И что скрывается за фасадом идеальной семьи, которую она так старательно выстраивала?
Встреча, которая изменила всё
Был 1988 год. Александр Выгузов — тогда ещё не Малинин — давал концерт в Москве. Он уже что-то значил в музыкальных кругах, но до настоящей славы было ещё далеко. В зале сидела девушка. Не актриса, не певица, не светская львица. Обычная, на первый взгляд, студентка-медик. Но что-то в ней было такое, отчего взгляд сам собой задерживался дольше положенного.
Эмма Залукаева приехала в столицу из Волгограда. Как и он, покорять город, который не любит ждать. Она уже успела побывать замужем — за сыном профессора, её однокурсником по медицинскому. У неё рос сын Антон. Она уже знала, что такое очереди за разливным молоком в шесть утра, и как тащить на экзамен трёхлитровый бидончик с детским питанием. И как, стоя у доски, видеть, как в аудиторию врывается твой собственный ребёнок с криком «Мама!», и ловить на себе осуждающие взгляды преподавателей, которые считают студенток с детьми «полными дурами».
Короче, жизненный опыт у Эммы имелся. И амбиции — тоже.
Малинин в те годы был человеком ранимым, творческим и, как часто бывает с творческими людьми, немного потерянным. Два развода, дети, которые росли без него, вечные поиски себя. По словам друзей, он мог запросто уйти в загул, пропасть на несколько дней, а потом выходить на сцену и петь так, что зал рыдал.
Эмма, говорят, сразу взяла быка за рога. Не капризами, не уговорами, а какой-то холодной, почти медицинской рациональностью. Она посмотрела на него и, кажется, поставила диагноз: «талантливый, но бестолковый. Нужна система».
Первый муж Эммы: история, которую она не любит вспоминать
Эмма Малинина — человек, который тщательно следит за своей биографией. В интервью она рассказывает о дворянских корнях (жена деда по материнской линии была потомственной дворянкой), о том, как её учили выбирать мужа «из своего круга». Про волгоградское детство — скупо. А про первый брак и вовсе молчит.
Но у прошлого есть свойство напоминать о себе. Первый муж Эммы — сын профессора Исаева, однокурсник по медицинскому институту — всё-таки дал несколько интервью. И его версия сильно отличается от той, что привыкла транслировать сама Эмма.
Вот как он описывал тот период. Он тогда был молод, влюблён. Они поженились, родился сын Антон. Но что-то пошло не так. Эмма, по его словам, была женщиной властной, привыкшей командовать. Она быстро поняла, что её первый избранник — не тот человек, который может дать ей желаемый уровень жизни. И начала строить планы на будущее уже без него.
Самое острое место в этой истории — вопрос с отцовством. Бывший муж Эммы рассказывал, что однажды ему позвонили и в ультимативной форме сообщили, что нужно подписать какие-то бумаги. Пришёл конверт, в котором лежал отказ от родительских прав на Антона. Он, естественно, ничего подписывать не стал.
— Я не отказывался от сына! — говорил он в одном из редких интервью. — Эмма провернула это дело сама, без моего ведома. Каким-то образом лишила меня отцовства. А потом Антон вырос, я пытался с ним связаться, написал ему в соцсетях, просил не верить тому, что ему наговорили. Но он не захотел со мной общаться.
То ли это правда, то ли обида бывшего мужа, который не смог смириться с тем, что женщина ушла к более успешному мужчине. Но факт остаётся фактом: в новой биографии Эммы Малининой от первого брака остался только сын Антон. А первый муж, сын профессора Исаева, словно вычеркнут из жизни.
«Снежная королева» из Куйбышева
Есть ещё один источник, который рисует портрет Эммы далеко не в розовом свете. Бывшая однокурсница по Куйбышевскому медицинскому институту (да-да, Эмма училась не в московском вузе, как может показаться по её интервью, а в провинциальном Куйбышеве) рассказала журналистам:
— Я имела сомнительное счастье учиться с Эммой Залукаевой. Сама она почему-то скрывает, что училась в провинции, и говорит, что окончила московский вуз. Да и о первом муже — сыне профессора Исаева — совсем не упоминает. Прошли годы, но Эмма по-прежнему остаётся «снежной королевой» — такой же холодной, надменной и расчётливой, какой мы все её знали. В детстве бабушка её учила: «Выходи замуж только за человека нашего круга!» Её отец был крупной номенклатурной шишкой в Ульяновске.
Слова бывшей однокурсницы, конечно, можно списать на зависть. Женщина, которая осталась в провинции, глядя на ту, что вырвалась в столицу и вышла замуж за знаменитость, может говорить что угодно. Но слишком много совпадений. И бывший муж, и бывшая сокурсница, и даже няня двойняшек, о которой речь впереди, — все они рисуют образ женщины жёсткой, требовательной и привыкшей держать всё под контролем.
Сама Эмма, кстати, вспоминает свои студенческие годы иначе. Она рассказывала историю о том, как сдавала экзамены с маленьким сыном на руках. Как оставляла его с подружкой в коридоре, а сама шла отвечать билет. И как в самый ответственный момент дверь распахнулась и в аудиторию вбежал рыдающий Антон: «Мама! Мама!».
— Преподаватель тогда поморщился, — вспоминала она в интервью «Каравану». — Почему-то у нас в институте считалось, что студентки, которые рожают во время учёбы, — полные дуры. Он взял мою зачётку и вместо пятёрки — а билет я знала отлично — поставил четвёрку. Обидно было до слёз. Но, с другой стороны, все к лучшему: испытания закаляют.
Закалили — это точно.
Как из Выгузова сделать Малинина
После того как они сошлись, жизнь Александра начала меняться стремительно. Во-первых, исчезла фамилия Выгузов, которая, как считала Эмма, звучала слишком просто, по-рабоче-крестьянски. Появился звучный псевдоним Малинин. Говорят, Эмма сама придумала и предложила.
Во-вторых, изменился образ. В начале девяностых Александр Малинин предстал перед публикой в белом офицерском мундире. Романсы, благородные жесты, аристократическая стать. Это был удар в самое сердце публики, которая только начинала привыкать к новой жизни. Альбом «Александр Малининъ» (1990) и последовавший за ним «Бал» (1991) сделали его суперзвездой.
Некоторые коллеги морщились: мол, чистый маркетинг, игра на патриотических чувствах. Но это был маркетинг, который сработал. И за ним, по слухам, стояла именно Эмма. Она, как никто другой, понимала, что талант сам по себе — это полдела. Нужна упаковка, нужна стратегия, нужно выгодное позиционирование.
Малинин стал завсегдатаем «Огоньков» и «Граммофонов». Его приглашали на самые престижные площадки. Деньги потекли рекой. И тогда, наконец, пришло время решать жилищный вопрос.
Коммуналка на Кутузовском
Они жили в малогабаритной квартирке, где постоянно толклись друзья-музыканты, коллеги, случайные знакомые. Эмма, женщина аккуратная до педантичности, терпела, но, видимо, закипала потихоньку. И вот, когда финансы позволили, она взялась за главное: поиск достойного жилья.
— У нас в доме всегда бывали гости, — вспоминала потом Малинина. — Но когда мы наконец смогли перебраться из малогабаритной квартирки в просторную на Кутузовском проспекте, друзья приходили просто гурьбой. Это была коммуналка, и я потратила два года, чтобы её расселить. Какое же было счастье, когда мы туда въехали! Теперь у каждого члена семьи появилась своя комната, в гостиной отвели большой угол под рояль, и впервые мы смогли вздохнуть свободно.
Именно тогда, по её словам, наступило то самое состояние, когда можно было подумать об общем ребёнке. Бытовые проблемы решены, карьера мужа идёт в гору, личная жизнь налажена. Всё шло к тому, что в семье появится пополнение.
Но, как это часто бывает, беременность не наступала долго. Годы шли, а желанного малыша всё не было. Эмма, женщина терпеливая, не паниковала, но, видимо, переживала. И когда врачи, наконец, подтвердили, что она беременна, случилось чудо. Да не одно, а сразу два.
Фрол и Устинья: имена для «голубой крови»
В 2000 году, спустя десять лет после знакомства, у Эммы и Александра родились двойняшки — сын и дочь. Их назвали Фролом и Устиньей. Имена выбрали не случайно. Александр всегда был в восторге от старинных русских имён. Фрол — в честь прадеда певца, а Устинью сначала хотели назвать Глорией, но в последний момент передумали.
С появлением двойняшек жизнь в доме на Кутузовском подчинилась строгому распорядку. Эмма, будучи медиком по образованию, подошла к уходу за детьми с профессиональной дотошностью. В доме воцарилась почти стерильная чистота. И няня, которую они наняли, должна была соответствовать самым высоким требованиям.
Няня из подвала: история про перекись и медицинские халаты
Та самая няня, которую Малинины наняли для двойняшек, потом, спустя годы, рассказала журналистам о порядках в доме. Её звали, если верить публикациям, Королева. И её история — это маленький шедевр о том, как живут люди, привыкшие контролировать всё до мелочей.
— Когда я пришла в дом Александра и Эммы Малининых, по-настоящему удивилась их требованиям, — вспоминала она. — Они искали круглосуточную няню для двойняшек. Рассматривались исключительно светловолосые славянки с размером одежды не больше 44-го. Основным условием мамы было соблюдение няней всех правил антисептики. Прежде чем мне показали детей, пришлось сначала принять душ в специально отведённой для прислуги комнате, прополоскать горло трёхпроцентным раствором перекиси водорода, надеть медицинский халат и маску.
Даже сейчас, когда я это перечитываю, перед глазами возникает картина: идеально чистая комната, стерильные халаты, и женщина в маске, которая с градусником в руке проверяет температуру детской смеси. Малининым была нужна не просто няня, а профессионал высокого класса, который ухитрялся бы накормить сразу двух малюток при спаренном кормлении. При этом нужно успеть развести смесь по строгим пропорциям, остудить до нужной температуры — и чтобы при этом никто не слышал детского плача. Потому что папа только что вернулся с гастролей, а мама постоянно занята восстановлением дородовых габаритов и, естественно, очень устаёт.
Но самое любопытное — это то, как была устроена жизнь прислуги в доме. Комната персонала с туалетом и ванной находилась в подвале. А детские — на третьем этаже. Представляете? Няня должна была круглосуточно следить за малышами, не спуская с них глаз ни днём, ни ночью. Но при этом её собственное жизненное пространство было вынесено далеко вниз, в полуподвальное помещение.
Няня, кстати, рассказывала, что Эмма требовала от неё буквально невозможного: чтобы дети никогда не плакали, чтобы всё было идеально, чтобы никаких отклонений от графика. Наверное, так рождается та самая «идеальная семья», о которой потом пишут в глянцевых журналах. За кадром остаются бессонные ночи, стерильные халаты и комнаты для прислуги в подвалах.
Жизнь на три дома
Сейчас дети Малининых выросли. Фрол учился в художественной академии в Мюнхене. Устинья окончила Лондонскую королевскую консерваторию, пишет стихи на английском и немецком. Образование, как видим, самое что ни на есть престижное.
Семья живёт на три дома. Особняк в Одинцовском районе Подмосковья, недвижимость в Германии и в Италии. В феврале 2020 года Эмма и Александр отметили жемчужную свадьбу — тридцать лет вместе.
Тридцать лет — это срок. За это время можно было сто раз развестись, разругаться, разбежаться. Но они не разбежались. И даже те, кто называет Малинина «подкаблучником», вынуждены признать: что-то в этой паре есть. Что-то, что держит их вместе.
А что же старые друзья?
Те самые друзья, которые вздыхают, вспоминая Сашу Выгузова, говорят: «Пропал человек». Мол, был свой, простой, мог с мужиками посидеть, гитару подёргать, выпить, поговорить по душам. А теперь — «звезда», «неприступный», «под каблуком у жены».
Может, они и правы. Но есть одна деталь. Многие из тех, кто осуждает Малинина за то, что он «ушёл из тусовки», сами остались в той тусовке. И далеко не все из них дожили до шестидесяти в здравом уме и твёрдой памяти. А Малинин — жив, здоров, поёт, зарабатывает, растит детей и внуков.
Тут, как говорится, каждый выбирает своё. Можно оставаться «своим в доску», но спиться в провинциальной забегаловке. А можно позволить умной и жёсткой женщине выстроить твою жизнь заново, и прожить тридцать лет в достатке и уважении.
Эмму Малинину многие не любят. Считают холодной, расчётливой, высокомерной. Бывший муж обижен, бывшая однокурсница завидует, няня вспоминает стерильные халаты и комнату в подвале. Но факт остаётся фактом: именно с её появлением в жизни Александра Выгузова началась совсем другая история. История успеха, денег, славы и той самой «идеальной семьи», которую она так старательно строила.
Вместо послесловия
Знаете, я часто думаю о таких парах. Где один — талантливый, но безалаберный, а второй — холодный, расчётливый, но при этом преданный и верный. И где эта самая «холодность» оказывается тем самым цементом, который держит всё вместе.
Эмма Малинина — женщина, которую можно по-разному оценивать. Кому-то она кажется стервой, кому-то — гениальным менеджером, который сумел раскрыть талант мужа и вывести его на самый верх. Наверное, правда, как всегда, где-то посередине.
Но я вам вот что скажу. Если посмотреть на их общую фотографию — а их много в интернете, от девяностых до сегодняшних дней, — везде они выглядят спокойными, уверенными, словно у них всё идёт по плану. Ни одного снимка, где бы Малинин выглядел несчастным или забитым. Ни одного, где бы Эмма выглядела истеричкой или деспотом.
Может, секрет в том, что они просто нашли друг друга. Того самого человека, который дополняет. И не важно, что про это говорят бывшие друзья или однокурсницы. Важно, что они вместе уже тридцать четыре года (если считать с 1988-го) и, судя по всему, расходиться не собираются.
А что касается слухов про «подкаблучника»... Знаете, я тут вспомнил одну народную мудрость: «За мужем, как за каменной стеной, бывает, но за умной женой — как за железобетонной».