Светлана замерла в коридоре, так и не успев стянуть с правой ноги влажный от осенней слякоти сапог. В квартире пахло ужином и дешевым освежителем воздуха с хвойным ароматом.
— Ну ты сама вдумайся, мам! — донесся раздраженный голос Максима. — Светку поставили руководить отделом внутреннего контроля! Моя собственная жена теперь — мой прямой руководитель! Ну какой из неё босс! Ни ума, ни фантазии! Я Эдуарду Валерьевичу прямо намекнул: вы еще пожалеете. Она же все поставки нам завалит!
Раздался скрип табуретки. Таисия Ивановна, свекровь Светланы, видимо, пододвинулась ближе к сыну.
— Максюша, сынок, кушай давай, остынет, — проворковала она. — Я тебе говорила, не связывайся ты с этой детдомовской. Они только прикидываются тихими овечками, а сами зубами за доходное место держатся. Света твоя хитрая. Может, она про твои… ну, заведенные интрижки прознала? Вот и готовит запасной аэродром. Обдерет тебя полностью при разводе.
Светлана прикрыла глаза, прислонившись затылком к холодным обоям. Ей стало невыносимо обидно. Три года назад она сама устроила Максима в эту компанию. Ходила к директору, просила, ручалась за мужа, который до этого полтора года сидел на диване в поисках «достойного призвания». Максим стал менеджером по закупкам, но денег в семье больше не стало. Он постоянно ссылался на задержки премий, на представительские расходы, на сложную ситуацию на рынке. Светлана тянула на себе коммуналку, продукты, садик для шестилетнего Дениса, покупая себе одежду только на распродажах.
А теперь, когда её наконец-то оценили и повысили, муж просто не смог пережить уязвленное самолюбие.
Она шумно выдохнула, стянула сапог и громко шлепнула им по коврику, обозначая свое присутствие. Разговоры на кухне мгновенно стихли.
Светлана прошла к раковине, молча включила воду. Максим ковырялся вилкой в макаронах, старательно избегая её взгляда. Таисия Ивановна тут же принялась протирать и без того чистую столешницу.
— Дениса из сада почему не забрал? — ровно спросила Светлана, вытирая руки полотенцем. — Мы же договаривались. У меня была важная сдача баланса, пришлось просить воспитательницу сидеть с ним лишний час.
— Я работал, вообще-то, — буркнул муж. — У меня поставщики, согласования. Не всем же в уютном кабинете таблички сверять.
— Понятно, — коротко бросила она и ушла в комнату к сыну. Спорить не было ни сил, ни желания.
На следующий день после обеда в офисе было неспокойно, коллеги что-то активно обсуждали. Светлана сидела за монитором, просматривая бесконечные таблицы. На мягком диванчике для посетителей возился Денис — в садике возникли проблемы с трубами, и ребенка пришлось забрать на работу. Мальчишка старательно выводил фломастером кривобокую машинку на черновике.
Дверь скрипнула. На пороге появился Эдуард Валерьевич — генеральный директор. Высокий, всегда собранный, он пах крепким кофе и дорогим парфюмом.
— Не отвлекаю, Светлана Юрьевна? — спросил он, проходя в кабинет. — Смотрю, у нас тут юный аудитор подрастает.
Денис поднял голову от рисунка и насупился.
— Я не аудитор, я гонщик. А вы дядя Эдик? Папа говорил, что вы у них в кабинете всех гоняете.
Светлана почувствовала, что заливается краской от смущения.
— Денис, рисуй, пожалуйста, — шепнула она сыну.
Но ребенка было не остановить.
— А папа сказал бабушке, что скоро мама отсюда улетит, и он будет жить один, — совершенно серьезно выдал мальчишка. — Ему с нами шумно. Он поэтому по ночам в отелях спит. Сказал, что командировки.
Повисла неловкая пауза. Эдуард Валерьевич перевел взгляд с мальчика на побледневшую Светлану. В его глазах не было насмешки, скорее — тяжелое понимание.
— Дети часто выдают то, о чем взрослые предпочитают молчать, Светлана Юрьевна, — негромко произнес директор. — Зайдите ко мне через полчаса. Я хочу, чтобы вы подняли все акты по закупкам комплектующих за последние четыре месяца. Особенно те, которые курирует Максим Сергеевич. Мне не нравятся цифры. И проверьте его командировочные расходы. Там появились какие-то представительские чеки из элитных ресторанов.
Вечером того же дня на личную электронную почту Светланы упало письмо. Отправитель — секретарь Эдуарда Валерьевича. Текст гласил: «Срочная неформальная встреча. Ресторан „Панорама“, 19:30. Явка строго обязательна, вопросы конфиденциальные».
Светлана удивилась. Должность контролера не предполагала встреч с партнерами. Но раз сам директор зовет — деваться некуда. Она позвонила соседке, попросила присмотреть за Денисом, накинула плащ и поехала по указанному адресу.
В ресторане было полутемно, играла тихая музыка, пахло мясом и корицей. Официант проводил её к столику у окна. Там сидел только Эдуард Валерьевич. Он нервно крутил в руках стакан с минералкой и выглядел крайне озадаченным.
— Добрый вечер, — Светлана присела на краешек кресла. — А где остальные?
Директор нахмурился.
— Какие остальные? Светлана Юрьевна, я приехал по вашей просьбе. Вы написали мне в мессенджер с личного номера двадцать минут назад, что обнаружили критическую нехватку средств и просили срочно встретиться здесь, подальше от офиса.
— Я ничего не писала, — Светлана достала телефон, но он оказался выключен. Батарея села еще в такси. — У меня даже вашего личного номера нет. Мне на почту пришло письмо от вашей секретарши...
Она не успела закончить фразу. К их столику быстрым шагом приблизилась эффектная брюнетка в дорогом бежевом тренче. Диана. Законная супруга директора. Женщина с властным характером, которая никогда не скрывала пренебрежения к подчиненным мужа.
— Какая прелесть, — громко, с издевкой произнесла Диана. Несколько посетителей за соседними столиками обернулись. — Рабочие вопросы решаете? Мне сегодня намекнули, что ты завел интрижку со своей новой протеже. Я гнала от себя эти мысли. Но вот вы тут. Вдвоем. В обстановке для двоих.
— Диана, что за представление ты устраиваешь? — Эдуард Валерьевич медленно поднялся. — Нас кто-то сюда выдернул под разными предлогами. Это подстава.
— Подстава?! — жена директора усмехнулась и достала свой смартфон. — Вот, смотри! Она сама тебе строчила!
Светлана мельком взглянула на экран. С её номера директору были отправлены игривые сообщения с намеками на встречу. Цифры её телефона. Но она точно знала, что аппарат всё время лежал в сумке. Точнее, лежал на тумбочке в коридоре всё утро, пока она собиралась на работу, а Максим в это время крутился рядом. Пароль от её телефона он знал — дата рождения Дениса.
— Это не я, — твердо сказала Светлана. — Мой телефон брал муж.
— Хватит! — оборвал её Эдуард Валерьевич. Его лицо потемнело от злости. Он явно устал от скандалов. — Я ждал от вас честной работы, Светлана Юрьевна. А вы тянете меня в какие-то неприятные выяснения отношений. Завтра утром сдайте пропуск в отдел кадров. Вы уволены.
Светлана вышла из ресторана, пошатываясь от усталости и обиды. В голове шумело.
Утром на проходной бизнес-центра её развернул охранник.
— Распоряжение руководства. Осмотр личных вещей, — хмуро сказал он, указывая на пластиковый стол. — Выкладывайте содержимое сумки.
Светлана послушно достала ключи, косметичку, пачку салфеток. И вдруг из бокового кармана на стол со звоном выпала чужая черная флешка.
— Электронный накопитель? — охранник тут же сгреб её в кулак. — Вы в курсе, что передача информации предприятия запрещена?
Доказывать, что она видит эту штуку впервые, было бессмысленно. Её обложили со всех сторон.
Дома её ждал чемодан. Старый, потертый чемодан, с которым она когда-то уходила из детдома. Максим сидел в кресле, закинув ногу на ногу. На его лице блуждала мерзкая, самодовольная ухмылка.
— Ну что, наруководилась? — сладко протянул он. — Тебя с треском выставили за дверь за передачу секретов. А меня, между прочим, Эдуард попросил временно присмотреть за твоим отделом. Так что забирай свои пожитки и на выход. Квартира моя, мы её до брака оформляли на маму. Тебе здесь ловить нечего.
Через три дня Светлана сняла крошечную комнату в коммуналке на окраине. Застиранные обои, скрипучий паркет, запах старой пыли. Денег оставалось в обрез. Слух о том, что она пыталась передать данные, разлетелся по всем крупным фирмам города. На работу её не брали даже рядовым бухгалтером.
В дверь постучали. На пороге стояла Таисия Ивановна. За её спиной переминалась с ноги на ногу незнакомая женщина с папкой.
— Заходите, смотрите! — с порога скомандовала свекровь, бесцеремонно отодвигая Светлану плечом. — Вот в таких условиях живет мой внук! Ужасные условия! Мать без работы, с дурной репутацией. Я требую, чтобы ребенка передали отцу в нормальную квартиру!
Представительница опеки достала ручку и принялась что-то строчить в бланке.
Светлана почувствовала, как её терпение окончательно лопнуло. Жалость к бывшим родственникам испарилась.
Она шагнула к свекрови.
— Таисия Ивановна, — голос Светланы звучал так тихо и твердо, что свекровь невольно попятилась. — Если вы сейчас же не выйдете за порог, я пойду в налоговую и в полицию. И расскажу им всё, что успела накопать в отчетах вашего сына за те два дня, пока была начальницей. Максим переводил деньги за стройматериалы на подставные фирмы. А его представительские расходы — это чеки из отелей, где он отдыхал вовсе не с поставщиками. Сумма тянет на реальный срок. У меня остались копии документов на облаке. Вы хотите ему передачи носить?
Свекровь побледнела. Она схватила сотрудницу опеки за рукав и потащила к лестнице, бормоча что-то про «неуравновешенную женщину».
Поздно вечером телефон Светланы ожил. Звонил незнакомый номер.
— Светлана Юрьевна, — раздался в трубке уставший голос Эдуарда Валерьевича. — Нам нужно поговорить. Спуститесь во двор.
Он ждал её у подъезда. Одетый в простую куртку, без привычного лоска, он казался постаревшим.
— Вы были правы, — тяжело сказал он, глядя на тусклый фонарь. — Я нанял независимых экспертов из другого города. Ваш бывший муж вывел со счетов огромную сумму. Но самое паршивое… он действовал не один. Ему помогала Диана.
Светлана замерла от удивления.
— У моей жены с вашим мужем завязалась интрижка почти год назад, — Эдуард Валерьевич горько усмехнулся. — Она имела доступ к моим паролям и утверждала его липовые сметы. А когда я назначил вас контролером, они поняли, что вы всё раскопаете. Диана разослала те сообщения и письма, а Максим подкинул вам флешку. Они хотели сделать вас крайней, вывести остатки денег и разбежаться.
— Что теперь? — спросила Светлана, пряча озябшие руки в карманы плаща.
— Максим задержан до выяснения обстоятельств. Диана пока проходит соучастницей, её счета я заблокировал, подал на развод, — директор посмотрел ей прямо в глаза. — Я приехал извиниться. Я повел себя неправильно, поверив эмоциям, а не фактам. Ваш кабинет свободен. Оклад я удваиваю. И еще… у компании есть свободная служебная квартира ближе к центру. Светлая, теплая. Завтра же переезжайте туда с сыном. Вы это заслужили.
Прошло полтора года.
Светлана сидела за кухонным столом в просторной квартире и пила утренний кофе. Денис в соседней комнате громко смотрел мультики. В прихожей щелкнул замок, и на кухню вошел Эдуард. Он поставил на стол пакет с горячей выпечкой, мягко обнял Светлану со спины и поцеловал.
— Встретил сегодня твою бывшую свекровь возле продуктового, — негромко сказал он. — Постарела сильно. Пытается квартиру продать, чтобы Максиму адвокатов оплачивать. Суд на следующей неделе.
Светлана отпила кофе. Внутри не было ни злости, ни торжества. Просто спокойное понимание того, что всё идет правильно.
— Каждый получает то, что строил своими руками, — ответила она.
Эдуард присел рядом и накрыл её руку своей. В его взгляде читалось глубокое, спокойное доверие. То самое, которое они выстроили за этот год, начиная всё заново.
— Знаешь, я тут подумал, — улыбнулся он. — Может, нам пора перебраться за город? В дом с небольшим двором. Чтобы у Дениса было место для велосипеда, а у нас… общая терраса.
Светлана улыбнулась в ответ. Впереди было много хорошего. И в этой жизни больше не было места для чужих интриг и предательства.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!