— Зинуля, мы всё решили! Это будет просто грандиозно! — торжественно объявила тридцатилетняя Леночка, победно потрясая смартфоном над тарелкой с остывшими макаронами.
Зинаида Аркадьевна, женщина пятидесяти четырех лет и одиннадцати месяцев от роду, замерла с намыленной сковородкой в руках. В груди привычно екнуло. За долгие годы семейной жизни она вывела железное правило: когда ее единственная дочь произносила слово «грандиозно», семейный бюджет обычно прятался под плинтус и тихо оттуда скулил.
Леночка сидела за кухонным столом, отодвинув чашку с недопитым чаем. Напротив нее, вальяжно раскинув ноги в полинявших трениках, восседал зять Костик. Он ковырял в зубах спичкой с таким аристократическим видом, будто только что откушал перепелов, а не разогретые сосиски «Студенческие» по желтому ценнику. Из зала доносилось мерное бубнение телевизора — там на диване, в своей естественной среде обитания, сливался с обивкой муж Валера.
— Что решили, летящие мои? — настороженно спросила Зинаида, методично споласкивая сковородку.
— Твой юбилей! Пятьдесят пять лет — это же дата! Эпоха! — Леночка всплеснула руками с идеальным маникюром (полторы тысячи каждые три недели, из маминого кошелька, разумеется, «в долг до зарплаты»). — Мы с Костиком нашли потрясающее место. Ресторан «Золотой фазан». Там такие интерьеры! Лепнина, хрусталь, диваны бархатные. Я уже и список гостей набросала. Человек сорок набралось. Родня из Саратова, твои девчонки с работы, наши друзья…
Зинаида Аркадьевна вытерла руки кухонным полотенцем, чувствуя, как внутри начинает зарождаться тихая, почти философская тоска.
— И сколько же стоит этот ваш птичий заповедник? — поинтересовалась она, присаживаясь на краешек табуретки.
— Ну, мы договорились на вип-зал. С меню, алкоголем и ведущим выйдет примерно тысяч двести пятьдесят. Но ты не волнуйся, мамуль, мы всё организовали! Тебе даже звонить никуда не надо. Мы забронировали на твое имя. Оплатишь счет сама, это же твой праздник! — лучезарно улыбнулась дочь. — Считай это нашим подарком: мы взяли на себя абсолютно всю головную боль по организации!
Зинаида медленно перевела дыхание.
— Двести пятьдесят тысяч? Леночка, а вы там часом не перегрелись под кондиционером в своем торговом центре? Я работаю заведующей складом текстиля, а не вдовой арабского шейха. Откуда у меня такие деньжищи?
В кухню, привлеченный громкими цифрами, вплыл Валера.
— Зинуха, ну чего ты начинаешь? — муж почесал пузико, обтянутое растянутой домашней майкой. — Гулять так гулять! Я требую продолжения банкета, как говорил классик! Один раз живем. Я ради такого случая даже свой парадный галстук в горошек поглажу. Тот самый, в котором еще на свадьбе у Петровых отплясывал.
Зинаида обвела взглядом свою «группу поддержки». Валера, который последние семь лет находился в перманентном «творческом поиске себя», перебиваясь случайными халтурами. Костик, работающий менеджером по продажам чего-то невнятного с окладом, которого хватало ровно на бензин для его подержанной иномарки. И Леночка, вечно сидящая в декрете, хотя внуку уже пошел седьмой год.
— Валерочка, — ласково, с той самой интонацией, от которой у грузчиков на складе обычно начинал дергаться глаз, произнесла Зинаида. — Чтобы гулять, надо сначала заработать. А у нас из накоплений — сто тысяч на черном дне, которые я на ремонт крыши на даче откладывала.
— Мам, ну ты как из прошлого века, честное слово! — фыркнула Лена, закатив глаза. — Сейчас все нормальные люди берут кредиты! Подумаешь, возьмешь обычный потребительский. За год раскидаешь, мы поможем... морально. Зато какие фотографии в соцсетях будут! Я уже фотографа присмотрела, он в стиле глянца снимает. Будешь как королева. А то живешь, света белого не видишь, все работа да дом, шмотки годами не меняешь.
Зинаида Аркадьевна посмотрела на грязный носок Костика, застывший под батареей в форме бумеранга, который почему-то так и не вернулся к хозяину. Потом на квитанцию за коммуналку, сиротливо лежащую на подоконнике (за которую она еще не платила). Потом снова на дочь.
В голове пронеслась шальная, чисто русская мысль: а не треснуть ли их всех этой самой чугунной сковородкой по затылку, чтобы чакры... тьфу ты, чтобы совесть прочистилась? Но советское воспитание и врожденная интеллигентность взяли верх.
— Значит, вы организуете, а я беру кредит и плачу? — уточнила она, чувствуя, как внутри закипает праведный пролетарский гнев.
— Ну да! — радостно закивал Костик, вступая в диалог. — Зинаида Аркадьевна, это же инвестиция в ваши эмоции! Вы поймите современные тренды. К тому же, я там с менеджером договорился, мы свой алкоголь принесем, пробковый сбор всего по пятьсот рублей с бутылки. Я вам такую экономию сделал, между прочим!
Она ничего не ответила. Просто встала, молча прошла в свою спальню и закрыла дверь. Села на кровать, покрытую стареньким, но добротным пледом.
Инвестиция в эмоции. Двести пятьдесят тысяч. Вся эта фигня затевается ради того, чтобы Леночка выгуляла новое платье (которое, несомненно, попросит купить ей Зинаиду), Костик нажрался бесплатного коньяка, а Валера рассказывал дальним родственникам, как он «почти стал директором филиала, но завистники подсидели». И все это — за ее счет, да еще и в кабалу банку лезть. Спонсировать этот цирк шапито? Слово-то какое — «спонсор». Прямо как Газпром, только вместо газовой трубы — Зинаида Аркадьевна с ее остеохондрозом.
В течение следующей недели жизнь в квартире напоминала сюрреалистический спектакль. Зинаиду аккуратно, но настойчиво «доили», готовясь к великому дню.
— Мамуль, скинь пять тысяч, фотографу задаток надо внести, а то у него даты горят, — щебетала в трубку Лена во вторник. Зинаида стискивала зубы, но переводила деньги со своей скромной заначки.
В четверг на кухне нарисовался Валера с трагическим выражением лица.
— Зин, тут такое дело… Туфли мои парадные, ну те, итальянские, помнишь?
— Которые мы тебе в две тысячи восьмом году на вещевом рынке покупали у Ашота? Помню.
— Ну так они того… каши просят. Подошва отлетела. Не могу же я на юбилей любимой жены в стоптаных кроссовках идти. Дай тысяч десять на нормальные штиблеты, статус обязывает.
«Статус мужа завскладом — это звучит гордо», — саркастично подумала Зинаида, но молча выдала деньги. В ней происходила удивительная метаморфоза. Если в первые дни она еще пыталась робко спорить о необходимости экономии, то теперь ее охватило странное, ледяное спокойствие. То самое спокойствие, которое бывает у сапера за секунду до того, как он перережет нужный провод.
В пятницу Зинаида отпросилась с работы пораньше. Но поехала она не в банк оформлять кредит, как клятвенно обещала дочери за завтраком, а по адресу, где располагался пресловутый ресторан «Золотой фазан».
Это оказалось пафосное заведение с мраморными колоннами, тяжелыми портьерами и швейцаром на входе, который посмотрел на прошлогодний пуховик Зинаиды с легким презрением.
— Мне к банкетному менеджеру, — ледяным тоном процедила она, мысленно пообещав себе когда-нибудь купить норковую шубу просто назло таким вот привратникам.
Менеджер, прилизанный молодой человек по имени Эдуард, встретил ее дежурной улыбкой.
— Да-да, Зинаида Аркадьевна! Ваша дочь Елена всё забронировала. Вот предварительная смета на подпись.
Зинаида надела очки, которые висели у нее на цепочке на груди, и углубилась в чтение.
«Ассорти благородных сыров с медом диких пчел», «Тар-тар из фермерской телятины», «Фаланги краба в соусе манго»...
— Мед диких пчел, значит... — пробормотала Зинаида. — А пчелы в курсе, что они дикие? Ладно. А где, стесняюсь спросить, обычная селедочка с картошечкой? Огурчики соленые? Мясная нарезка человеческая?
— Елена Валерьевна просила исключить, так сказать, излишне провинциальные позиции, — дипломатично ответил Эдуард. — Упор на фьюжн и высокую кухню. И еще, Зинаида Аркадьевна, у нас строгое правило: предоплата пятьдесят процентов вносится за неделю до банкета, то есть послезавтра. И договор нужно подписать сегодня.
Зинаида смотрела на договор. На сумму в 280 тысяч (ценник за неделю успел подрасти из-за «уточнения меню», Костик расстарался). На графу «Заказчик», где уже была вписана ее фамилия.
И тут в ее голове созрел план. Гениальный в своей простоте и безжалостный, как зима в Сибири. Сначала она хотела просто разорвать эту бумажку, приехать домой и сказать: «Денег нет, идем жрать пельмени на кухне». Но разве это научит ее великовозрастных нахлебников хоть чему-то? Нет. Этот обалдуй Костик и лентяй Валера просто обидятся, назовут ее жадиной, испортившей им праздник, и продолжат свешивать ножки с ее шеи.
Бить надо их же оружием. Юридически грамотно, интеллигентно и с размахом.
— Эдуард, — Зинаида сняла очки и улыбнулась так ласково, что менеджер почему-то поежился. — А скажите-ка мне, молодой человек, можно ли переоформить договор на другого заказчика?
— Эм… Ну, технически да, если этот человек приедет с паспортом…
— А без паспорта? По доверенности?
— Если доверенность нотариально заверенная, то, разумеется, можно. Наш юрист всё одобрит.
— Прекрасно.
Зинаида Аркадьевна вспомнила, что буквально пару месяцев назад, когда они продавали старый дедовский гараж (деньги от которого, к слову, растворились в погашении очередного автомобильного долга Костика), Леночка и Валера оформили на нее генеральные доверенности. Самые настоящие, с печатями, на ведение абсолютно любых финансовых, имущественных и бумажных дел от их имени, чтобы самим не таскаться по душным инстанциям. Срок доверенностей был целых три года. Копии и оригиналы мирно лежали у нее в сумочке, так как она как раз заезжала в МФЦ закрывать последние вопросы по тому гаражу.
— Знаете, Эдуард, я тут подумала, — проворковала Зинаида, доставая из сумки папку с документами. — Юбилей-то мой. Но такой шикарный подарок делают мне любимый муж и дорогая дочь. Было бы в корне несправедливо лишать их этой чести официально. Давайте мы переделаем договор. Заказчиками банкета будут выступать солидарно гражданин Валерий Степанович и гражданка Елена Валерьевна. А я, как их законный представитель по доверенности, сейчас всё подпишу.
Менеджер пожал плечами. Ресторану было абсолютно фиолетово, чья фамилия стоит в шапке документа, лишь бы деньги поступили на счет.
— Как скажете. А предоплата?
— Предоплату, — Зинаида достала из потайного кармана сумки пухлый конверт со своими единственными отложенными на крышу ста тысячами, — я вношу прямо сейчас. Это от них. А оставшуюся сумму, согласно вашим правилам, они оплатят в день банкета, по факту?
— Да, остаток вносится администратору по завершении мероприятия.
Оформление заняло от силы полчаса. Зинаида размашисто расписалась где нужно, поставив приписку «по доверенности», аккуратно сложила свой экземпляр договора в сумку. Она отдала свои кровные, тяжело заработанные сбережения, но почему-то не чувствовала горечи. Напротив, в груди разливалось приятное тепло. Она покупала себе билет в первый ряд на самый лучший спектакль в своей жизни.
Вечером Зинаида вернулась домой, сияя, как начищенный советский пятак.
Семья привычно базировалась в зале. Костик ожесточенно клацал кнопками, режась в приставку, Леночка с умным видом листала ленту коротких видео в телефоне, Валера дремал под бормотание диктора новостей.
— Ну что, родные мои! — громко и бодро объявила Зинаида, скидывая в коридоре сапоги. — Была я в банке! Кредит одобрили! И в ваш ресторан заехала, всё подтвердила. Банкету — быть!
В зале на секунду повисла тишина, а потом все разом оживились, как чайки, увидевшие булку.
— Мамуль, ты просто супер! — Леночка отбросила телефон и бросилась ей на шею. — Я же говорила, что так лучше! Завтра поедем мне платье выбирать, ты же обещала мне ту розовую прелесть из бутика на втором этаже!
— Зинуха — мировая женщина! — забасил Валера, резво вскочив с дивана и потирая руки. — Накроем поляну, пусть вся родня обзавидуется! Я им покажу, кто тут хозяин жизни!
— Зинаида Аркадьевна, респект, — вяло, но одобрительно махнул джойстиком Костик. — Я тогда завтра звякну ребятам, коньячок закуплю по оптовой.
Зинаида стояла в дверях зала и смотрела на их довольные, расслабленные лица. Они уже мысленно пили, ели фаланги краба и собирали лайки в интернете. Они были на двести процентов уверены, что всё пройдет по привычному, накатанному годами сценарию: мама потащит на себе весь груз, мама расплатится, мама закроет глаза на их махровый эгоизм.
Она ласково погладила дочь по голове, послала воздушный поцелуй мужу и, напевая себе под нос мотив из фильма «Бриллиантовая рука», пошла на кухню ставить чайник.
Но ни ленивый Валера, ни гламурная Леночка, ни предприимчивый Костик даже в самом страшном сне не могли представить, ЧТО ИМЕННО удумала их тихая, покладистая Зинаида Аркадьевна. Они не знали, какая бомба замедленного действия тикает в ее сумочке рядом с ключами от квартиры, и чем обернется для них этот роскошный банкет с медом диких пчел в тот самый момент, когда улыбчивый официант принесет финальный счет...
ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ ЧИТАЙТЕ ЗДЕСЬ