— Посмотри на себя в зеркало! Ты уродка! И платье твое — такое же уродское! — ледяной голос Галины эхом отскочил от стен тесной комнаты для сборов.
Звонко щелкнули большие металлические ножницы. Легкий шелк цвета слоновой кости, который Надя с таким трудом отыскала в маленьком винтажном магазине, с треском расползся прямо на ее животе. Полтора года нервной подготовки к этой вымученной двойной свадьбе рухнули на пол вместе с обрезками старинного кружева.
Надя замерла перед огромным зеркалом. Она чувствовала, как немеют кончики пальцев от дикой усталости и накопившейся обиды.
— Галя, ты в своем уме? Что ты наделала? — Надя попыталась перехватить изуродованную ткань, но золовка лишь высокомерно усмехнулась.
В ее ухоженных руках хищно блестели лезвия. Галина всегда терпеть не могла Надю. С самого первого дня, как брат привел в дом эту простую, работящую девушку. Галя привыкла быть центром вселенной, любимицей родителей, которой всё позволено.
Они играли свадьбу в один день только потому, что Галина устроила истерику. Ей было жизненно необходимо доказать всем родственникам, что ее праздник будет самым богатым, ее жених Антон — самым успешным, а сама она затмит скромную невестку.
— Я спасла тебя от вселенского позора, дорогая моя! — Галина картинно отбросила ножницы на пуфик. — Мой Антон — солидный человек. У него свой бизнес. На нашей свадьбе будут уважаемые люди!
Золовка с откровенным отвращением оглянула испорченный наряд Нади.
— А ты собралась идти в ЗАГС в этой старой половой тряпке? Мой брат Слава заслуживает нормальную, обеспеченную жену. А не нищенку, которая донашивает чужое старье с барахолки! Ты позоришь нашу семью одним своим присутствием!
Надя посмотрела на разорванный подол. Это платье стоило ей двух месяцев бессонных ночей. Она работала удаленно без выходных, чтобы оплатить этот наряд самой. Ее жених Слава ни копейки не вложил в ее образ. «У нас же теперь общий бюджет, Наденька, давай поэкономим», — говорил он, пока его родная сестра заказывала себе наряд прямиком из Европы за бешеные деньги.
Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Слава. Он был в идеально выглаженном дорогом костюме, купленном на деньги родителей. Увидев порванное платье своей невесты и довольную, сияющую сестру, он лишь раздраженно закатил глаза.
— Девочки, ну вы опять начинаете свои разборки? Нам к машинам выходить через двадцать минут! Надя, ну переоденься ты уже во что-нибудь другое. Галь, ну зачем ты так грубо?
— Грубо? Я ей глаза открываю на реальность! — фыркнула золовка, поправляя свою идеальную укладку.
Слава подошел к Наде вплотную. Вместо того чтобы защитить любимую женщину, он тихо, сквозь зубы процедил:
— Надя, я тебя умоляю, не порть людям праздник. Просто надень свой обычный брючный костюм и выходи на улицу. Ради меня. Потерпи, это же просто женские эмоции.
Надя подняла глаза на человека, с которым собиралась прожить всю свою жизнь. В его взгляде не было ни капли сочувствия или поддержки. Только животный страх расстроить свою истеричную сестру и испортить красивую картинку для гостей.
В этот момент Надя не стала плакать. Она не стала бить посуду, кричать в ответ или бросаться на обидчицу с кулаками. В ее груди вдруг стало очень пусто, холодно и неестественно спокойно. Как будто туман окончательно рассеялся.
Она молча стянула с себя остатки испорченного платья и аккуратно повесила их на спинку стула. Достала из дорожной сумки свои любимые потертые джинсы, простую белую рубашку и кроссовки. Быстро переоделась.
— Ты в таком виде поедешь? Какое позорище! — презрительно скривила губы Галина.
Надя проигнорировала этот выпад. Она достала из сумочки свой мобильный телефон. Открыла переписку с Антоном — тем самым «успешным бизнесменом» и женихом золовки.
Работая с документами на удаленке, Надя недавно проверяла базы данных по просьбе одного из своих клиентов. И совершенно случайно наткнулась на очень интересную информацию. Никакого бизнеса у Антона давно не было. Зато были фирмы-однодневки, колоссальные долги перед банками и два свежих судебных дела по факту мошенничества.
Антон оказался обычным аферистом, который искал глупую, но обеспеченную жертву. А семья Славы и Галины как раз месяц назад удачно продала огромную загородную недвижимость, и деньги лежали на счетах.
Надя порывалась рассказать всё Славе еще на прошлой неделе. Но жених тогда грубо отмахнулся, обвинив ее в зависти к чужому богатству. Теперь пришло время решить эту проблему раз и навсегда.
Надя прикрепила к сообщению три файла со сканами официальных судебных решений и выписками по огромным долгам.
«Копии этих бумаг прямо сейчас отправлены на рабочую почту твоего будущего тестя. Если ты не исчезнешь с горизонта прямо сейчас, следующая копия ляжет на стол следователю», — коротко напечатала она и нажала кнопку отправки.
До здания ЗАГСа они ехали в тяжелом, гробовом молчании. Слава всю дорогу нервно косился на простые джинсы Нади, тяжело вздыхал, но не решался сказать ни слова.
Возле красивого исторического здания с белыми колоннами уже толпилась нарядная родня. Галина выпорхнула из арендованного лимузина, как настоящая королева бала. Она гордо оглядывалась, ища глазами своего идеального мужчину.
Антон стоял возле мраморного крыльца. Цвет лица у него был нездоровый, восковой. Он не отрываясь смотрел в светящийся экран своего телефона. Его холеные руки заметно дрожали.
— Антоша, любимый! Ты только посмотри на эту оборванку! — Галина со звонким смехом указала пальцем на вышедшую из машины Надю. — Наш праздник точно будет самым стильным!
Антон медленно поднял глаза. Он встретился взглядом с Надей. В ее глазах не было ни злости, ни обиды. Только холодный, стальной расчет. Она едва заметно кивнула ему в сторону дороги. Прошло ровно сорок минут с момента ссоры в комнате с платьем.
Мужчина нервно сглотнул. Он не сказал ни единого слова своей нарядной невесте. Просто резко развернулся, оттолкнул с дороги какого-то родственника с букетом, сбежал по ступенькам и быстрым шагом направился к проезжей части.
— Антон! Ты куда пошел? У нас роспись через пять минут! — истошно закричала Галина на всю улицу.
Но жених уже запрыгнул на заднее сиденье случайно припаркованного такси и с силой захлопнул дверь. Машина резко сорвалась с места, оставив после себя лишь облако едкого дыма.
Среди собравшихся гостей началось невообразимое столпотворение. Женщины ахали, мужчины пытались дозвониться Антону, но абонент уже был недоступен. Галина прямо в своем дорогущем наряде осела на грязные каменные ступеньки. Ее безупречный макияж потек темными ручьями. Она выла в голос, размазывая тушь по щекам.
Слава в панике метался между рыдающей сестрой и растерянными гостями. Наконец, его взгляд упал на спокойную Надю. Его лицо уродливо перекосило от бешенства. Он подлетел к ней вплотную.
— Это ты во всем виновата! — заорал он, не стесняясь толпы. — Я видел, как он посмотрел на тебя перед тем, как сбежать! Что ты ему такого сказала?!
— Я просто отправила ему выписки из суда. Твой несостоявшийся родственник — брачный мошенник по уши в долгах. Он планировал обобрать вашу семью до нитки, — совершенно ровным голосом ответила Надя. — Можешь прямо сейчас позвонить отцу, документы уже у него на почте.
Слава судорожно вытащил телефон. Его бегающие глаза быстро пробежались по строчкам присланного документа. Вся кровь отхлынула от его лица. Но реакция этого человека оказалась совершенно не той, какую ожидала бы нормальная женщина.
Вместо банальной благодарности за то, что Надя спасла их семью от полного разорения, Слава крепко сжал кулаки и сделал угрожающий шаг к ней.
— Ты обязана была рассказать это мне дома! В тишине и наедине! Зачем ты устроила этот публичный позор перед всеми нашими родственниками?! — брызгая слюной, орал он прямо ей в лицо.
— Посмотри на Галю! У девочки настоящая истерика! Иди и немедленно извинись перед ней! Успокой мою сестру! — продолжал надрываться жених.
Надя стояла и не верила своим собственным ушам. Она смотрела на мужчину, которого еще сегодня утром считала своей единственной опорой. А теперь перед ней стоял абсолютно чужой, слабый и зависимый человек.
— Извиниться? Перед той, которая час назад изрезала мое свадебное платье и назвала меня уродкой? — голос Нади звучал тихо, но каждое слово било наотмашь.
— Да плевать я хотел на твое платье! — сорвался на визгливый крик Слава. — Ты испортила моей сестре всю жизнь, потому что она испортила твою дешевую тряпку?! Иди и извинись сейчас же!
Слова застряли в воздухе, словно каменные глыбы. Гости замерли, перестав перешептываться, и во все глаза наблюдали за этой сценой.
Надя медленно стянула со своего пальца золотое помолвочное кольцо. То самое кольцо, на которое они складывались деньгами пополам. Она сделала шаг вперед и жестко вложила его в потную ладонь Славы.
— Тряпка в этой истории только одна, Слава. И это ты. Утешай свою сестру сам. У вас это замечательно получается — жить в мире постоянного вранья и лицемерия. А я в этом больше не участвую.
Она круто развернулась на каблуках своих удобных кроссовок и пошла прочь от площади, даже не оглянувшись на крики за спиной.
Дорога до дома заняла около часа. Надя прекрасно понимала, что этот решительный шаг будет стоить ей дорого. Ей придется срочно съезжать из квартиры, которую они со Славой оплачивали вместе. Придется отказаться от нескольких выгодных заказов, которые пришли по рекомендации его знакомых.
Но всё это казалось сущим пустяком по сравнению с тем, что она чувствовала прямо сейчас. Надя зашла в пустую квартиру и распахнула форточки. Свежий весенний ветер моментально ворвался в комнату, выдувая остатки тяжелого, больного прошлого. Она поставила чайник и приготовила себе напиток покрепче, села на широкий подоконник и посмотрела на шумную улицу. В ее жизни больше не было красивого винтажного платья, жениха и грандиозных планов на этот вечер. Зато в ее глазах больше не было ни капли страха. Только абсолютное спокойствие, вернувшееся женское достоинство и долгожданная, ни с чем не сравнимая свобода.