«Костя, проснись, посмотри, какая погода! Просто создана для шашлыка».
Константин лишь неразборчиво промычал что-то, укрывшись одеялом по самые уши.
Алла рассмеялась, легко поднялась и распахнула окно.
За окном, словно на картине, раскинулся их любимый пейзаж: ухоженные грядки с клубникой, бережно взлелеянные свекровью Тамарой Васильевной, могучая старая яблоня, а вдалеке — серебристая лента реки.
Алла направилась на кухню, чтобы поставить чайник.
Проходя мимо гостиной, ее взгляд скользнул по маленькому комоду. На идеально отполированной поверхности остались отчетливые следы от кружек — и явно больше, чем мог оставить их скромный дуэт.
«Наверное, Тамара Васильевна что-то пролила в прошлый раз, явное недоразумение».
Чайник закипел, на кухню ввалился Константин.
«Костя, а ты не помнишь, мы допили тот хороший молотый кофе?»
«Нет, точно нет. Мы оставили почти полную пачку».
Алла заглянула в шкафчик. Пусто. Зато на полке, нелепо выделяясь, стояла какая-то дешевая растворимая смесь "3 в 1", которую они в своем доме принципиально не признавали.
«Странно, мама наверное забрала с собой, когда в прошлый раз уезжала. Может, закончился у нее, вот и взяла».
«Возможно, — Константин уже рылся в холодильнике, выискивая продукты для завтрака. — Алл… А где весь сыр? И колбаса? Я точно помню, покупал на выходные».
Алла подошла к нему. Полка, которую они в шутку называли «мясной», была почти пуста.
«И майонез куда-то делся, ты не брала?»
«Нет, конечно! Мы же вместе загружали сумку. Это очень странно…»
Настроение супругов начало медленно увядать.
После еды Константин отправился на улицу, чтобы проверить газонокосилку — предстояло привести в порядок участок. Алла же пошла в гостевую комнату, чтобы проверить постель.
Открыв дверь, она снова застыла в недоумении.
Постель была застелена, но как-то небрежно, углы одеяла были подтыканы кое-как. На тумбочке, рядом с кроватью, лежала чужая закладка для книг, а в старой пепельнице, которой они не пользовались годами, несколько окурков.
Она открыла шкаф. На полке лежала стопка чистых полотенец, но сверху, явно использованные и сложенные как попало, лежали еще два. На одном из них она заметила едва различимое винное пятно.
В этот момент с участка донесся голос Константина:
«Алла! Иди сюда!»
Алла выбежала на крыльцо. Константин стоял посреди участка, держа в руках несколько окурков и пустую пивную банку.
«Смотри, чужие следы».
Действительно, на мягкой земле у калитки и вдоль дорожки, ведущей к беседке, виднелись отчетливые отпечатки подошв от кроссовок. Большой размер, 44-45-й. Ни Константин, ни кто-либо из их друзей такой обувью не обладал.
«Костя, что происходит? У нас кто-то был?»
«Мама. Наверное, она приезжала за чем-то… Но почему ничего не сказала? И зачем ей пить пиво на нашем участке?»
Они вернулись в дом и начали осмотр.
«Всё, звоню маме, надо выяснить, что происходит».
Тамара Васильевна ответила сыну только после третьего гудка.
«Сынок, здравствуй! Как отдыхаете? Погода хорошая?»
«Мама, мы на даче. У нас тут странные вещи творятся».
- Какие еще странности?
— Кто-то был в доме. Еда пропала, вещи перемещены, мусор на участке… Ты не приезжала?
«Я? Нет, конечно. Может, это вы сами забыли, что съели? Или соседи заглядывали?»
«Мама, соседи в городе. И мы не курим, окурки под кустами — это не мы. И ключ от калитки пропал».
«Ключ? Да я, может, его случайно с собой в прошлый раз забрала. Найду — привезу. Не драматизируйте. Отдыхайте лучше».
Она быстро попрощалась и положила трубку. Константин посмотрел на телефон с недоверием. «Она что-то не договаривает…»
«Я тоже это почувствовала, давай проверим социальные сети».
Она зашла на страницу Тамары Васильевны. Та была активной пользовательницей, выкладывала фото цветов, пирогов и встреч с подругами. Прокрутив ленту вниз, Алла замерла. На глаза ей попалась фотография недельной давности. На ней Тамара Васильевна стояла с двумя другими женщинами, которые сидели как раз в их беседке на даче. На столе стояли тарелки с едой и бутылка вина. Подпись гласила:
«Вот так неожиданно удалось вырваться на природу с дорогими подругами! Спасибо за визит!»
Алла показала телефон мужу.
«Так. Значит, она была здесь с подругами. Но почему она врет? И куда делся ключ?»
Вдруг телефон Константина завибрировал.
Пришло смс от их соседа по участку, дяди Миши, пожилого и добродушного мужчины:
«Костя, привет! Вы к себе уже съездили? Там на прошлых выходных у вас народ был, машина чужая у калитки стояла. Я думал, вы сами. Мужик один ходил, на речку с удочкой сходил. Я аж удивился, думал, вы сдаете дачу кому-то».
В комнате повисла тишина.
«Она не просто была здесь с подругами. Она… сдает нашу дачу посторонним людям?»
Он снова набрал номер матери.
«Мама, мы сейчас подъезжаем к тебе, будь дома и приготовься объяснить, что значит твой пост про "визит" и кто тот мужчина с удочкой, которого видел дядя Миша!»
Дорога до города заняла полтора часа.
Тамара Васильевна встретила их в прихожей своей квартиры. Она попыталась сохранить невозмутимый вид.
«Ну, что за срочность? Что случилось-то?»
«Мама, хватит врать! Мы знаем, что ты была на даче с подругами. Мы знаем от дяди Миши, что там были какие-то мужчины. Мы нашли следы. Объясни, что происходит».
«Ну, была с подругами… Вы же не против? Я же тоже там хозяйка».
«Ключ от калитки где?»
«Ключ… я его подруге отдала. Людмиле. Ей на неделю надо было, племянник из другого города приезжал, пожить негде…»
— Ты отдала ключ от нашего дома, чтобы её племянник переночевал? А этот, с удочкой? Кто он?
— Это… муж Людмилы. На рыбалку ходил. Там два дня жили. Но они ж люди хорошие! Ничего не испортили!
— Мама, ты с ума сошла? Ты понимаешь, что натворила? Ты впустила чужих людей в наш дом без нашего ведома! Ты сдала нашу дачу! Как ты могла?
— Да какая сдача! Не за деньги! Просто подругам помочь решила! Вы дачей не пользуетесь, а им помощь понадобилась! Чем это плохо? Вы просто жадные!
— Дело не в жадности! Это наш дом! Ты не имела права распоряжаться им без нас! Даже не спросила!
— А зачем спрашивать? Я там всё вырастила, я за ней ухаживаю, пока вы по своим делам разъезжаете! Имею право! Это и моя дача тоже!
— Нет, мама! Это наша с Аллой дача! Мы её купили, мы за неё платим! Ты помогаешь с огородом, и мы тебе безмерно благодарны, но это не даёт тебе права решать, кто будет спать в нашей спальне!
— В вашей спальне никто не спал! Они в гостевой располагались!
Алла взглянула на свекровь и поняла: они говорят на разных языках.
— Хорошо, значит, так. Сегодня же меняем замок на калитке, и пока ты не поймёшь, что не права, на эту дачу — ни ногой.
— Как это? Мой огород! Мои цветы!
— Твои цветы можешь забрать в течение двух дней, пока мы там будем.
Супруги пробыли на даче, как и обещали, ещё два дня. За это время они перемыли каждый уголок.
Тамара Васильевна за своими цветами так и не приехала. Возвращение в город было хмурым.
Первая неделя после возвращения прошла в тягостном ожидании. Телефон молчал.
Через десять дней раздался звонок. Звонила Людмила, та самая подруга свекрови.
— Алло, Аллочка, здравствуйте! Это Людмила Семёновна, я подруга вашей свекрови…
— Здравствуйте.
— Я по поводу дачи… Мы с подружками хотели в следующий четверг съездить, грибов там пособирать. Тамара Васильевна сказала, что ключ теперь у вас. Можно нам забрать? Мы аккуратно, вечером все вернём.
— Людмила Семёновна, вы шутите? После всего, что произошло?
— А что такого произошло? Мы ведь ничего не сломали. Тамара Васильевна расстроена, плачет, говорит, вы её с дачи выгнали. Мы подумали, может, вам стыдно станет, и вы разрешите нам приехать. Она так по своим цветочкам тоскует…
— Людмила Семёновна, послушайте меня внимательно. Ни вы, ни ваши друзья, ни кто бы то ни было ещё, не будет появляться на нашей даче без нашего личного приглашения. Ключ мы никому не дадим. И передайте Тамаре Васильевне, что если она хочет поговорить, то пусть звонит нам сама.
Она положила трубку. Константин, услышав разговор из соседней комнаты вышел.
— Всё ясно, они там все вокруг мамы считают нас монстрами, обижающими бедную старушку. Классика.
Ещё через несколько дней пришло сообщение от самой Тамары Васильевны.
«Верните мои горшки с геранью и мою садовую тележку с инвентарём, если он вам не нужен».
— Хорошо. Значит, так. Мы не будем играть в эти игры. Отвезем её вещи сами. Сегодня же.
Они съездили на дачу, забрали вещи Тамары Васильевны и погрузили в багажник её садовый инвентарь — аккуратно сложенные грабли, лейку, маленькие рыхлители.
Дорога до её дома казалась бесконечной. Константин позвонил в дверь. Женщина открыла через пару минут.
— Что? — бросила она, не приглашая войти.
— Мы привезли твои вещи и я хотел бы с тобой поговорить.
Он занёс коробки в прихожую. Тамара Васильевна молча отступила назад, впуская незваных гостей.
— Говорите.
— Мама, это абсурд. Мы не хотим с тобой ссориться. Но твой поступок был неправильным. Ты должна это признать.
— Я ничего не должна признавать! Вы меня унизили! Выставили как какую-то воровку! Я столько времени на этой даче пахала, а вы мне теперь указываете, кто ко мне в гости приходить может!
— Речь не о гостях! Речь о том, что ты впустила в наш дом посторонних людей без спроса! Ты отдала наш ключ! Чужим! Это вопрос безопасности и уважения!
— Какая безопасность? Какие посторонние? Людмила — моя подруга детства! Её племянник — хороший мальчик, инженер! Вы что, боитесь, что он ваши ложки стащит?
— Это не имеет значения, кто они! Это наш дом! Наше решение! Ты не спросила, ты солгала и теперь ты делаешь из нас виноватых!
— Я всё поняла. Вы хотите, чтобы я у вас на даче больше не появлялась. Хорошо. Я не появлюсь. У меня и своих забот хватает. Можете не беспокоиться.
— Мама, мы не этого хотим! Мы хотим, чтобы ты поняла и извинилась!
— Извиниться? Перед вами? За то, что хотела сделать как лучше? Никогда!
Супруги посмотрели друг на друга и вышли.
Дверь за ними закрылась с глухим стуком.
Больше Тамара Васильевна с сыном и невесткой не общалась, записав их во враги.