Эту историю в деревне Гадюкино до сих пор пересказывают, причем с каждым разом щука увеличивается на полметра, а полет рыбака становится всё более грациозным.
Жил-был Степаныч. Рыбак он был серьезный: экипировка по последнему слову техники, спиннинг стоимостью в подержанную «Ладу», и выражение лица такое, будто он не окуней ловит, а ведет переговоры по ядерному разоружению.
Великое противостояние
В то утро на реке стоял туман, тишина была такая, что слышно было, как комар чешет пузо. И вдруг — БАБАХ! Удилище Степаныча согнулось в идеальную дугу, фрикцион взвизгнул, как недорезанный поросенок.
— Есть! — прошептал Степаныч, и в его глазах загорелся огонь первобытного охотника. — Кракен! Не меньше!
Щука на том конце лески явно не разделяла энтузиазма. Она тянула так, будто к крючку привязали подводную лодку. Степаныч уперся сапогами в скользкий глинистый берег, принял позу «атлант держит небо» и начал выкачивать рыбину.
Полет шмеля
Борьба длилась десять минут. Степаныч уже мысленно выбирал место на стене для чучела головы этой щуки. Соперница подошла к самому берегу. Степаныч сделал решающий рывок, выкрикнув что-то победное...
Но тут природа решила внести свои коррективы:
* Глина под правым сапогом предательски чавкнула и превратилась в идеальный каток.
* Щука, почувствовав слабину, сделала прощальный кульбит и резко рванула в глубину.
Законы физики неумолимы. Инерция — штука жестокая. Степаныч, всё еще мертвой хваткой сжимавший спиннинг, исполнил то, что в фигурном катании назвали бы «тройным тулупом с выходом в стратосферу».
ХЛЮП! — и над водой взлетел столб брызг, распугав всех лягушек в радиусе километра.
Финал в тине
Через минуту из воды показалась голова Степаныча. Выглядел он эпично:
* На левом ухе кокетливо повисла длинная нитка водорослей.
* Из кармана жилетки испуганно выглядывал малек.
* А в руках он всё еще сжимал спиннинг. Пустой.
Самое обидное случилось через секунду. В метре от его носа из воды показалась та самая щучья морда. Она внимательно посмотрела на мокрого Степаныча, как будто оценивая его вес и свежесть, вальяжно хлопнула хвостом по воде (Степанычу показалось, что она хихикнула) и ушла на дно.
«Знаешь, Петрович, — рассказывал он потом соседу, выжимая тельняшку, — я просто решил применить тактику ближнего боя. Хотел схватить её за жабры в её же стихии. Просто она... это... техническое поражение признала и убежала».
