Иногда судьба делает такие круги, что сам начинаешь сомневаться: ты живешь или наблюдаешь чужую историю.
Три года назад Агата была уверена: ее жизнь закончилась. Семен ушел. Не просто ушел, ушел к своей первой любви. К женщине, о которой когда-то говорил с ностальгией, но всегда добавлял:
— Да ладно, это же давно было. Глупости юности.
Глупости юности вдруг оказались сильнее двенадцати лет брака.
Агата хорошо помнила тот вечер. Семен долго ходил по кухне, будто собирался сказать что-то важное. Потом остановился у окна и тихо произнес:
— Агата, нам надо поговорить.
Она тогда даже не испугалась. Думала, что опять про деньги или ремонт.
— Говори, — спокойно ответила она, помешивая суп. Он молчал так долго, что ложка в ее руке застыла.
— Я ухожу, — наконец сказал он.
— Куда?
— К Зосе.
Имя прозвучало как удар. Агата медленно поставила ложку в раковину и повернулась к мужу.
— К кому?
— К Зосе… — повторил он, опустив глаза. — Мы встретились случайно. И… понимаешь…
— Нет, — резко перебила она. — Я ничего не понимаю.
Семен тяжело вздохнул.
— Она была моей первой любовью. Мы поговорили, вспомнили… и я понял, что чувства не прошли.—Агата рассмеялась. Смех получился какой-то чужой.
— То есть двенадцать лет — это так, ошибка? А вот там настоящая любовь?
Семен промолчал. И это молчание сказало больше любых слов. Он собрал вещи быстро, будто давно готовился. Взял чемодан, куртку и уже у двери сказал:
— Ты хорошая женщина, Агата. Но… так будет честнее.
Дверь закрылась. Агата тогда долго стояла посреди кухни. Суп выкипел.
Первые месяцы она не жила, а существовала. Просыпалась, шла на работу, возвращалась в пустую квартиру, ложилась спать. Иногда она представляла, что Семен просто в командировке. Что он скоро вернется и скажет:
— Агата, ну что ты, это была глупость.
Но он не возвращался. Иногда она видела его в городе. Один раз даже с Зосей. Зося была моложе. Таких называют «живыми».
Они шли, держась за руки. Агата тогда спряталась за витрину магазина и долго стояла, пока они не ушли.
Домой она пришла с ощущением, будто ее кто-то медленно вывернул наизнанку. Год она пыталась вернуть мужа.
Звонила.
— Семен, может поговорим?
Он отвечал спокойно:
— Агата, не надо.
Потом она писала сообщения: «Мы ведь столько прожили вместе». Ответа не было. Она даже однажды пришла к его дому. Стояла под подъездом почти час. Но так и не поднялась. Потом гордость все-таки победила.
— Все, — сказала она себе однажды. — Хватит.— И действительно перестала надеяться.
Прошло три года. Боль притупилась, но не исчезла. Однажды вечером к ней пришла подруга Лида. Они сидели на кухне, пили чай, и Агата вдруг сказала:
— Знаешь, иногда мне кажется, что я все еще его жду.
Лида фыркнула.
— Три года прошло!
— И что? — тихо ответила Агата. — Двенадцать лет брака не выкинешь из головы.
Лида задумалась, потом прищурилась.
— Слушай… а ты пробовала его… не возвращать?
Агата непонимающе посмотрела на нее.
— В смысле?
— В смысле не умолять. А… заставить приходить.
— Ты сейчас о чем?
Лида хитро улыбнулась.
— Мужики такие существа. Если их просишь, они бегут. А если их используют… начинают возвращаться сами.
— Бред, — покачала головой Агата.
— Ничего не бред. Позвони ему. Скажи, что что-то сломалось.
— Он не придет.
— Придет. Он же не зверь. Двенадцать лет вместе жили.
Агата задумалась, а Лида продолжала:
— Скажи, что дверь шкафа отвалилась или кран течет. Мужики обожают чинить.
— И что дальше?
Лида пожала плечами.
— А дальше… посмотришь.
В ту ночь Агата долго не могла уснуть. И вдруг утром она подошла к шкафу. Смотрела на дверцу несколько минут. Потом взяла отвертку.
— Ну… — тихо сказала она. — Начнем.
Через пять минут петля была вывернута. Дверца перекосилась. Агата даже усмехнулась.
— Отлично.
Но этого ей показалось мало. Она пошла в ванную и начала крутить кран. Через пару минут он перестал закрываться. Теперь из него тонкой струйкой текла вода. Агата смотрела на это и вдруг почувствовала странное возбуждение. Будто собиралась сделать что-то запретное.
Она взяла телефон. Долго смотрела на номер Семена. Палец дрожал. Но она все-таки нажала.
— Алло? — наконец раздался его голос. У Агаты вдруг перехватило дыхание. Она не слышала его три года.
— Семен… это я.
— Агата?
— Да.
— Что случилось?
Она закрыла глаза. Слезы пришли сами. Не пришлось даже притворяться.
— У меня… у меня все ломается… — сказала она дрожащим голосом. — Шкаф… кран… вода не закрывается… я не знаю, что делать…— Семен тяжело вздохнул.
— Мастера вызови.
— Я пыталась… — всхлипнула она. — Никто сегодня не может… Семен, пожалуйста… ты же умеешь…
Агата уже подумала, что он откажет, но он тихо сказал:
— Ладно. Я заеду.
Она открыла глаза. Сердце колотилось.
— Спасибо…
— Через полчаса буду.
Когда звонок закончился, Агата несколько секунд сидела неподвижно. Потом вдруг вскочила.
— Господи…
Она быстро побежала на кухню. Открыла приложение доставки. Заказала мясо, салат, хлеб. Потом подошла к бару. Там стояла бутылка крепленого вина. Она купила ее когда-то… еще при Семене, но так и не открыла. Агата взяла бутылку, покрутила ее в руках и тихо сказала:
— Ну что, Семен… посмотрим, чем все это закончится.
Когда в дверь позвонили, Агата на секунду замерла посреди комнаты. Сердце билось так громко, будто его могли услышать даже соседи. Она вдруг поймала себя на странной мысли: за эти три года она тысячу раз представляла этот момент: как Семен снова окажется на пороге их квартиры. Но теперь, когда это действительно происходило, она не знала, как себя вести.
Позвонить в дверь успели второй раз. Агата быстро провела рукой по волосам, поправила домашнюю кофту и пошла открывать. На пороге стоял Семен.
Он почти не изменился. Разве что стал немного серьезнее, а у висков появилась седина. В руках у него был небольшой чемоданчик с инструментами, тот самый, с которым он когда-то чинил в доме всё подряд, от розеток до полок.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Неловкость повисла в воздухе.
— Здравствуй, Агата, — наконец сказал он тихо.
— Здравствуй, — ответила она.
Ей вдруг показалось, что прошло не три года, а всего несколько дней. Те же глаза, тот же голос, даже привычка слегка наклонять голову, когда он разговаривает. Семен первым отвел взгляд.
— Ну… где у тебя катастрофа?Когда в дверь позвонили, Агата на секунду замерла посреди комнаты.
Сердце билось так громко, будто его могли услышать даже соседи. Она вдруг поймала себя на странной мысли: за эти три года она тысячу раз представляла этот момент — как Семен снова окажется на пороге их квартиры. Но теперь, когда это действительно происходило, она не знала, как себя вести.
Позвонить в дверь успели второй раз.
Агата быстро провела рукой по волосам, поправила домашнюю кофту и пошла открывать.
На пороге стоял Семен.
Он почти не изменился. Разве что стал немного серьезнее, а у висков появилась седина. В руках у него был небольшой чемоданчик с инструментами, тот самый, с которым он когда-то чинил в доме всё подряд — от розеток до полок.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Неловкость повисла в воздухе.
— Здравствуй, Агата, — наконец сказал он тихо.
— Здравствуй, — ответила она.
Ей вдруг показалось, что прошло не три года, а всего несколько дней. Те же глаза, тот же голос, даже привычка слегка наклонять голову, когда он разговаривает.
Семен первым отвел взгляд.
— Ну… где у тебя катастрофа?—Агата чуть улыбнулась.
— Проходи. Сейчас покажу.
Он вошел в квартиру и остановился в прихожей. Его взгляд медленно прошелся по стенам, по комоду, по старому зеркалу.
— У тебя почти ничего не изменилось, — заметил он. Агата пожала плечами.
— А зачем менять? Всё и так работает.
Она не добавила, что менять что-то просто не было сил. Семен снял куртку и поставил чемоданчик на пол.
— Ну, показывай, что сломала… то есть, что сломалось.—В его голосе мелькнула легкая усмешка. Агата сделала вид, что не заметила.
— Сначала шкаф.—Они прошли в спальню.
Дверца шкафа действительно висела криво. Семен сразу подошел, присел на корточки и внимательно осмотрел петлю.
— Интересно… — пробормотал он. — Она же просто так не ломается.
Он покрутил винт пальцами и поднял глаза на Агату.
— Ты ее что, дергала?—Агата сделала невинное лицо.
— Может, сумкой задела.—Семен тихо хмыкнул.
— Понятно.
Он достал отвертку и начал аккуратно прикручивать петлю обратно. В комнате стало тихо. Слышался только легкий скрип металла. Агата стояла у окна и смотрела на него. Как же знакомо выглядела эта картина. Раньше такое происходило постоянно: Семен что-то чинил, ворчал, а она ходила рядом и что-нибудь рассказывала.
Только тогда это было обычной жизнью. А теперь почти запретной роскошью. Семен вдруг сказал, не поднимая головы:
— Ты одна живешь?
— Да.
— Замуж не вышла?—Вопрос прозвучал неожиданно. Агата усмехнулась.
— Нет.
— Почему?—Она пожала плечами.
— Не встретила такого терпеливого мужчину, который согласился бы чинить мне шкафы.—Семен коротко рассмеялся.
— Понятно.—Он закончил с петлей, несколько раз открыл и закрыл дверцу шкафа.
— Теперь нормально.
— Спасибо.
— Так… где у тебя еще бедствие?
— В ванной.
Они прошли туда. Семен посмотрел на струйку воды и сразу покачал головой.
— Агата, ну ты даешь.
— Что?
— Тут просто прокладка износилась. Пять минут работы.
Он снова открыл чемоданчик. Пока он возился с краном, Агата тихо ушла на кухню. Как раз в этот момент привезли доставку. Курьер быстро передал пакеты и ушел. Агата начала раскладывать еду по тарелкам. Мясо, салат, свежий хлеб.
Потом достала бутылку крепленого вина и поставила на стол. Когда Семен появился на кухне, он остановился на пороге.
— Ого… у тебя тут пир.—Агата обернулась.
— Ну ты же пришел помогать. Надо же тебя покормить, отблагодарить.
Семен замялся.
— Да я вообще-то не собирался…
— Сядь, — спокойно сказала она. — Ты же всегда говорил, что нельзя работать на голодный желудок.—Он посмотрел на стол, потом на нее.
— Помню.
Семен медленно сел. Они начали есть. Сначала разговор не клеился. Они говорили о пустяках: о работе, о погоде, о том, как подорожали продукты. Но постепенно напряжение стало уходить. Семен вдруг произнес:
— Ты знаешь… я часто вспоминал эту кухню.
— Правда?— Агата подняла брови.
— Да. У тебя всегда было… уютно.—Она тихо усмехнулась.
— Странно. Раньше ты говорил другое.—Семен нахмурился.
— Что именно?
— Что у меня бардак. Что я всё время что-то теряю. Что ужин холодный.—Он покраснел.
— Ну… бывало.—Агата взяла бутылку вина.
— Будешь?—Семен колебался недолго.
— Немного можно.
Она налила два бокала. Первый они выпили молча. Потом второй. Разговор стал теплее, легче. Семен начал рассказывать смешные случаи с работы, а Агата вдруг поймала себя на том, что смеется так, как не смеялась уже много лет. В какой-то момент он внимательно посмотрел на нее.
— Ты изменилась.
— В какую сторону?
— Стала… спокойнее.—Она усмехнулась.
— Это называется старость.
— Нет, — покачал он головой. — Раньше ты была всё время напряженной.
Агата ничего не ответила. Она просто налила еще вина. Вечер незаметно перетек в ночь. Когда Семен поднялся из-за стола, он слегка покачнулся.
— Пожалуй… мне пора.—Агата встала рядом. Они оказались слишком близко. Она чувствовала запах его одеколона, знакомый до боли. Семен смотрел на нее так, будто пытался что-то вспомнить.
— Агата…
Она тихо спросила:
— Что?
Он не ответил. Просто вдруг обнял ее на секунду. Но этой секунды хватило. Агата сама не поняла, как это произошло. Она только почувствовала, что больше не может сопротивляться той волне чувств, которые три года пыталась удержать внутри.
Она подняла голову и поцеловала его. Семен сначала замер, но потом ответил. Через несколько минут они уже не разговаривали.
И только поздно ночью, когда в квартире снова стало тихо, Агата лежала рядом с ним и смотрела в потолок. Внутри у нее не было ни радости, ни стыда. Только странное спокойствие. Она тихо подумала: «Вот так… бывшая жена становится любовницей».
Утро наступило тихо и неожиданно спокойно. Агата проснулась раньше Семена. Несколько минут она лежала неподвижно, глядя в потолок, и пыталась понять, что именно чувствует. Вчерашний вечер казался одновременно реальным и каким-то странным, будто он произошел не с ней, а с другой женщиной.
Она осторожно повернула голову. Семен спал рядом. Его лицо было расслабленным, почти беззаботным, и в этот момент он вдруг показался ей тем самым человеком, с которым она прожила двенадцать лет. Тем самым мужчиной, который когда-то храпел на этом диване, ворчал по утрам, требовал кофе и искал свои носки. Агата тихо вздохнула.
— Вот как всё повернулось… — прошептала она себе под нос. Семен пошевелился, открыл глаза и некоторое время смотрел на нее, словно пытаясь понять, где находится. Потом память вернулась. Он резко сел.
— Агата… — произнес он немного растерянно. Она спокойно повернулась к нему.
— Доброе утро.
Он провел рукой по волосам и некоторое время молчал.
— Слушай… вчера… — начал он. Агата села рядом и перебила его мягким голосом:
— Если ты собираешься сейчас говорить, что это была ошибка, лучше не надо.
Семен удивленно посмотрел на нее.
— Почему?
— Потому что мне не нужно это слышать, — спокойно ответила она. — Мы взрослые люди. Никто никого не заставлял.
Он задумался.
— Наверное, ты права.
Она встала с дивана и накинула халат.
— Пойду кофе сварю.
На кухне она двигалась уверенно и спокойно, хотя внутри чувствовала странное волнение. Когда Семен появился в дверях, она уже ставила перед ним чашку. Он сел за стол и внимательно посмотрел на нее.
— Ты… очень спокойно себя ведешь.
Агата пожала плечами.
— А что мне делать? Плакать?
— Нет… просто… — он замялся. — Я думал, ты будешь злиться.
Она тихо усмехнулась.
— Три года назад я уже всё сказала. Злость закончилась.
Семен долго смотрел в чашку.
— Агата… я не знаю, как это получилось.
Она спокойно ответила:
— Иногда жизнь сама решает за нас.
Он кивнул, но в его взгляде всё равно читалась растерянность. Через полчаса он начал собираться. В прихожей он задержался, будто хотел что-то сказать.
— Спасибо за ужин… и… — он запнулся.
Агата спокойно закончила за него:
— И за ночь.
Он смущенно улыбнулся.
— Да.
Она открыла дверь перед ним.
— Заходи, если опять что-нибудь сломается.
Семен усмехнулся.
— Надеюсь, у тебя не каждый день что-то ломается.
Агата посмотрела на него чуть хитро.
— Никогда не знаешь заранее.
Он ушел. Дверь закрылась. Агата прислонилась к стене и впервые за утро рассмеялась. Ситуация была настолько странной, что казалась почти комичной.
Но на этом всё не закончилось. Через четыре дня Семен позвонил. Агата как раз читала книгу, когда зазвонил телефон. Она увидела его имя на экране и даже не удивилась.
— Да, — спокойно сказала она.
— Агата… — его голос звучал немного неуверенно. — У тебя всё… в порядке?
Она улыбнулась.
— А что должно быть не в порядке?
— Ну… я просто… хотел узнать.
— Узнал?
— Узнал.Утро наступило тихо и неожиданно спокойно.
Агата проснулась раньше Семена. Несколько минут она лежала неподвижно, глядя в потолок, и пыталась понять, что именно чувствует. Вчерашний вечер казался одновременно реальным и каким-то странным, будто он произошел не с ней, а с другой женщиной.
Она осторожно повернула голову.
Семен спал рядом.
Его лицо было расслабленным, почти беззаботным, и в этот момент он вдруг показался ей тем самым человеком, с которым она прожила двенадцать лет. Тем самым мужчиной, который когда-то храпел на этом диване, ворчал по утрам, требовал кофе и искал свои носки.
Агата тихо вздохнула.
— Вот как всё повернулось… — прошептала она себе под нос.
Семен пошевелился, открыл глаза и некоторое время смотрел на нее, словно пытаясь понять, где находится.
Потом память вернулась.
Он резко сел.
— Агата… — произнес он немного растерянно.
Она спокойно повернулась к нему.
— Доброе утро.
Он провел рукой по волосам и некоторое время молчал.
— Слушай… вчера… — начал он.
Агата села рядом и перебила его мягким голосом:
— Если ты собираешься сейчас говорить, что это была ошибка, лучше не надо.
Семен удивленно посмотрел на нее.
— Почему?
— Потому что мне не нужно это слышать, — спокойно ответила она. — Мы взрослые люди. Никто никого не заставлял.
Он задумался.
— Наверное, ты права.
Она встала с дивана и накинула халат.
— Пойду кофе сварю.
На кухне она двигалась уверенно и спокойно, хотя внутри чувствовала странное волнение. Когда Семен появился в дверях, она уже ставила перед ним чашку.
Он сел за стол и внимательно посмотрел на нее.
— Ты… очень спокойно себя ведешь.
Агата пожала плечами.
— А что мне делать? Плакать?
— Нет… просто… — он замялся. — Я думал, ты будешь злиться.
Она тихо усмехнулась.
— Три года назад я уже всё сказала. Злость закончилась.
Семен долго смотрел в чашку.
— Агата… я не знаю, как это получилось.
Она спокойно ответила:
— Иногда жизнь сама решает за нас.
Он кивнул, но в его взгляде всё равно читалась растерянность.
Через полчаса он начал собираться.
В прихожей он задержался, будто хотел что-то сказать.
— Спасибо за ужин… и… — он запнулся.
Агата спокойно закончила за него:
— И за ночь.
Он смущенно улыбнулся.
— Да.
Она открыла дверь.
— Заходи, если опять что-нибудь сломается.
Семен усмехнулся.
— Надеюсь, у тебя не каждый день что-то ломается.
Агата посмотрела на него чуть хитро.
— Никогда не знаешь заранее.
Он ушел.
Дверь закрылась.
Агата прислонилась к стене и впервые за утро рассмеялась.
Ситуация была настолько странной, что казалась почти комичной.
Но на этом всё не закончилось.
Через четыре дня Семен позвонил.
Агата как раз читала книгу, когда зазвонил телефон. Она увидела его имя на экране и даже не удивилась.
— Да, — спокойно сказала она.
— Агата… — его голос звучал немного неуверенно. — У тебя всё… в порядке?
Она улыбнулась.
— А что должно быть не в порядке?
— Ну… я просто… хотел узнать.
— Узнал?
— Узнал.—Потом он вдруг спросил:— Может… я зайду?—Агата подняла брови.
— У меня ничего не сломалось.
— Я… просто так.—Она немного помолчала.
— Приходи.
В тот вечер он снова сидел на ее кухне. Они ужинали, разговаривали, иногда смеялись. Атмосфера была удивительно легкой, будто между ними не было ни развода, ни трех лет разлуки.
Когда он ушел, Агата долго стояла у окна и смотрела на улицу. Внутри у нее вдруг появилось четкое понимание происходящего. Семен не возвращался. Он приходил. И это были две совершенно разные вещи.
Через пару недель он начал заходить регулярно. Иногда два раза в неделю. Потом чаще. Он никогда не оставался до утра, но почти всегда задерживался допоздна.
Агата привыкла к этим вечерам. Она не задавала вопросов, не говорила о будущем и не напоминала о прошлом. Именно это, кажется, и притягивало Семена всё сильнее. Однажды вечером он принес цветы. Агата удивленно посмотрела на букет.
— Это что?
— Цветы, — смущенно сказал он.
— Я вижу. Но зачем?—Он пожал плечами.
— Просто захотелось.—Она тихо рассмеялась.
— Знаешь, за двенадцать лет брака ты приносил мне цветы всего три раза.
Семен покраснел.
— Правда?
— Да.
Он потер затылок.
— Наверное, я был идиотом.
— Наверное, — спокойно согласилась она.
Однажды к ней пришла мать. Пожилая женщина сразу почувствовала, что в квартире что-то изменилось. Она внимательно посмотрела на дочь и вдруг спросила:
— Агата… ты что-то скрываешь?
— Почему ты так решила?
— У тебя глаза другие.—Агата вздохнула.
— Мам, не начинай.—Но мать не собиралась отступать.
— Семен к тебе ходит, да?
— Иногда, — наконец ответила она. Мать всплеснула руками.
— Господи, Агата! Ты с ума сошла?
— Почему?
— Потому что ты опустилась до роли любовницы!—Агата спокойно посмотрела на нее.
— Я была его женой двенадцать лет.
— Но теперь он живет с другой!
— И что?
Мать возмущенно сказала:
— Если уж он вернулся, пусть возвращается по-настоящему!
Агата тихо покачала головой.
— Нет, мам.
— Почему?
Она улыбнулась странной, спокойной улыбкой.
— Потому что сейчас мне это нравится гораздо больше.—Мать изумленно уставилась на нее.
— Ты серьезно?—Агата кивнула.
— Представляешь, какими красивыми словами он меня теперь называет? Приходит с цветами, говорит комплименты, смеется. А раньше что я слышала?
Она слегка изменила голос, передразнивая мужа:
— "Ужин готов? Что у тебя в доме за бардак? Почему ничего нельзя найти?"
Мать покачала головой.
— Это неправильно.
Агата спокойно ответила:
— Может быть. Но мне так хорошо.
Через несколько дней на пороге появилась Зося. Агата открыла дверь и сразу поняла, зачем она пришла. Зося стояла напряженная, с холодным выражением лица.
— Нам надо поговорить.
— Проходи, — спокойно сказала Агата. Они сели на кухне. Несколько секунд обе молчали. Потом Зося резко сказала:
— Ты разрушаешь мою семью.—Агата удивленно подняла брови.
— Правда?
— Да! Семен всё время где-то пропадает!—Агата спокойно посмотрела на нее.
— И ты решила, что он у меня?
— Я это знаю.—Агата слегка наклонилась вперед и тихо сказала:
— Зося… а ты помнишь, как сама уводила его из семьи?
Зося побледнела.
— Это другое.
— Нет, — спокойно ответила Агата. — Это то же самое.
Она посмотрела ей прямо в глаза.
— Теперь ты понимаешь, хорошо ли уводить мужа у другой женщины.
Зося вскочила.
— Ты… ты специально это делаешь!
Агата спокойно пожала плечами.
— Я просто живу.
Зося молча вышла. Агата закрыла дверь и тихо сказала сама себе:
— Вот такая странная роль… бывшая жена, которая стала любовницей.
После разговора с Зосей жизнь Агаты неожиданно стала еще спокойнее. Она поймала себя на мысли, что больше не ждет ничего особенного и не строит никаких планов. Все происходило так, как происходило, и именно это давало ощущение легкости, которого у нее никогда не было в браке.
Семен продолжал приходить.
Иногда он звонил заранее, иногда появлялся неожиданно. Он приносил цветы, фрукты, однажды даже привез торт, хотя раньше никогда не покупал сладкое. Агата принимала всё это спокойно, без восторгов, без благодарных вздохов. Она не играла роль обиженной женщины и не пыталась его удержать.
И чем спокойнее она себя вела, тем сильнее Семен тянулся к ней.
Однажды вечером они сидели на кухне и ужинали. За окном медленно темнело, в квартире горел мягкий свет настольной лампы, и атмосфера была почти домашней.
Семен смотрел на Агату внимательно, будто пытался что-то понять.
— Знаешь, — сказал он наконец, — я всё чаще думаю о прошлом.
Агата спокойно подняла глаза от тарелки.
— Это возраст.
— Нет, — покачал он головой. — Просто… я вдруг понял, что у нас было много хорошего.
Она усмехнулась.
— А три года назад ты этого не понимал?
Семен вздохнул.
— Тогда всё казалось по-другому.
— Конечно, — тихо сказала Агата. — Когда появляется новая любовь, старая жизнь всегда кажется скучной.
Он помолчал, потом тихо произнес:
— С Зосей всё сложно.
Агата не удивилась.
— А когда было просто?
Семен провел рукой по лбу.
— Мы постоянно ссоримся. Она всё время подозревает меня, проверяет телефон, задает вопросы. Раньше она была другой.
Агата спокойно ответила:
— Может, она просто начала тебя лучше узнавать.
Он невесело улыбнулся.
— Возможно.
Несколько минут они молчали. Потом Семен вдруг сказал:
— Агата… я часто думаю о том, что сделал тогда.
Она посмотрела на него спокойно.
— И что ты думаешь?
— Что был дураком.—Агата тихо рассмеялась.
— Приятно слышать. Но поздновато.—Он серьезно посмотрел на нее.
— А если бы можно было всё вернуть?
Она не сразу ответила. Агата медленно поставила чашку на стол и сказала:
— Семен, знаешь, что самое странное?
— Что?
— Сейчас мне впервые за много лет спокойно.—Он удивленно поднял брови.
— А раньше было неспокойно?—Она усмехнулась.
— Ты правда не замечал?
Семен растерянно покачал головой. Агата немного подумала и продолжила:
— Когда мы жили вместе, у нас была обычная семейная жизнь. Работа, бытовые дела, усталость. Мы редко разговаривали по душам, редко смеялись. Ты приходил домой и сразу начинал что-то критиковать: то ужин не такой, то в квартире беспорядок, то я опять что-то потеряла.—Она говорила спокойно, без обиды, будто рассказывала чужую историю.
— А теперь? — спросил он. Агата улыбнулась.
— А теперь ты приходишь с цветами, говоришь комплименты, рассказываешь смешные истории. И уходишь до того, как мы успеем поссориться.
Семен опустил глаза.
— Ты хочешь сказать, что я был плохим мужем?
Она покачала головой.
— Нет. Просто мы были плохими супругами друг для друга.—Эти слова заставили его надолго замолчать.
Прошло еще несколько недель. Однажды вечером Семен пришел особенно тихим и задумчивым. Он почти не шутил, мало говорил и всё время смотрел на Агату так, будто собирался решиться на что-то важное.
Наконец, когда они сидели на диване, он глубоко вздохнул.
— Мне надо с тобой поговорить.
Агата сразу поняла, о чем пойдет речь.
— Говори.
Семен долго собирался с мыслями.
— Я больше так не могу.
— Как именно?
— Жить на два дома.
Она молчала. Он продолжил, глядя ей в глаза:
— Я понял, что до сих пор люблю тебя. И что всё это время совершал ошибку.
Агата не удивилась. Где-то внутри она давно ждала этих слов, но когда они наконец прозвучали, никакой радости не почувствовала. Семен говорил всё увереннее:
— Я хочу всё исправить. Хочу, чтобы мы снова стали семьей. Я готов уйти от Зоси и вернуться домой.
Он замолчал, ожидая ее реакции. В комнате повисла тишина. Агата некоторое время смотрела на него спокойно, потом слегка улыбнулась.
— Семен… — мягко сказала она.
— Да?
— Меня всё устраивает.—Он моргнул, будто не понял.
— В каком смысле?
— В прямом.—Семен нахмурился.
— Подожди… ты хочешь сказать, что не хочешь, чтобы я вернулся?
Агата спокойно кивнула. Он смотрел на нее так, словно видел впервые.
— Но… почему?—Она немного подумала и ответила честно:
— Потому что сейчас ты относишься ко мне лучше, чем за все годы нашего брака.
Семен растерянно покачал головой.
— Я могу так же относиться и дальше.
— Нет, — мягко сказала она. — Не сможешь.
— Почему ты так уверена?
Агата спокойно объяснила:
— Потому что когда люди снова начинают жить вместе, всё возвращается на круги своя. Быт, раздражение, усталость. Через пару месяцев ты опять начнешь ворчать, что я разбрасываю вещи и забываю выключить свет.
Семен молчал. Она продолжила:
— А сейчас всё иначе. Мы встречаемся, разговариваем, смеемся. У нас нет обязательств, нет претензий. И поэтому нам хорошо.
Он смотрел на нее долго и внимательно.
— То есть ты хочешь, чтобы всё осталось как есть?—Агата пожала плечами.
— Почему нет?
— Но это же… странно.—Она улыбнулась.
— Возможно.
Он тихо спросил:
— Значит, я теперь просто твой любовник?
Агата чуть склонила голову и сказала с легкой иронией:
— Видимо, да.
Семен вдруг рассмеялся. Сначала тихо, потом всё громче.
— Никогда бы не подумал, что окажусь в такой роли.
Агата тоже улыбнулась.
— Жизнь умеет шутить.
Он посмотрел на нее с каким-то новым уважением.
— Знаешь… ты очень изменилась.
— Наверное.
Семен поднялся, подошел к окну и некоторое время смотрел на вечерний город. Потом тихо сказал:
— Я подумаю.
— Подумай.
Через несколько минут он ушел. Агата закрыла дверь и медленно прошла на кухню. Она налила себе чай, села за стол и вдруг почувствовала странное удовлетворение.
Она не вернула мужа. Она просто вернула себя.
И теперь, когда Семен наконец захотел всё исправить, оказалось, что ей это уже не нужно.